b000000185

56 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 57 М А Ш Т А К О В Под Сталинградом Воспоминания Г.К. Жукова я перечитываю частенько. Для меня это трогательные воспоминания. В главе о Сталингра- де упоминается 51-я армия генерала Труфанова, в которую входил 4-й кавалерийский корпус Шапкина. Из прочитан- ного я представляю, где мы воевали, какая была наша роль. К Сталинграду мы вышли из Средней Азии, где я оказал- ся после ранения. Приехали поездом. Километров за две- сти высадились, совершали марш, шли только по ночам. Днём ночевали в оврагах, в лесах. Не доходя до Сталингра- да, остановились в роще. Это было перед днём Октябрь- ской революции. Из Сталинграда доносилась канонада. Мы стояли недели две. Вокруг нас было много войск. Ду- маем: «Что же мы тут стоим! В Сталинграде такая битва, та- кая борьба идёт, а наши рощи, овраги – все забиты войска- ми!» Отпраздновали день Октябрьской революции. Подмо- розило, и ночью команда: «Марш!» Как по асфальту за ночь прошли тридцать километров и наутро оказались у Сталин- града. Началась орудийная канонада, батарея пошла впе- рёд. Перешли линию обороны. Одним из основных осво- бождённых нами населённых пунктов был совхоз Плодови- тое. Затем наш корпус освобождал станцию Абганерово. В прорыве мы находились три дня. Через три дня солдатское радио сообщило: Сталинград окружён, наши фланги соеди- нились. Столько было радости – Сталинград в кольце! Мы поздравляли друг друга, стреляли радостно в воздух. Тут впервые увидали военнопленных. С такой ненави- стью на них смотрели! А некоторые ребята, у кого род- ственники на оккупированной территории погибли, под- ходили, грозили: «Фрицы поганые». Того гляди шибанут им. Пленные вдруг: «Ха-ха-ха! Мы не фрицы, мы макаронники, мы итальяно». Ну, у нас ненависть немножко спала. Плен- ные итальянцы были, между прочим, рады, что в плен-то попали. Затем нам было дано задание: расширять плацдарм, то есть образовать внешнее кольцо окружения Сталинграда. Направление было дано на Котельниково. Нам пришлось воевать с румынами. В одной балке, помню, был у нас силь- ный бой. Румын мы разбили. Поле, где они занимали обо- рону, сплошь было усеяно трупами. Смотрим, за спиной у них большие такие баулы. Мы заинтересовались, что это у них за котомки. Вскрыли, а там награбленное у местно- го населения добро: пелёночки, распашоночки, дамские блузки, одеяла байковые. Мы продолжали наступать. Освобождали от врага один за другим населённые пункты. Тут пошёл сырой снег, по- том начались морозы. Осень есть осень. Но мы были оду- шевлены напором вперёд. Недели две продвигались. Были небольшие стычки с неприятелем, мы выбивали их гарнизоны и продолжали наступление. Вышли в степь. В степи попадались лишь сараи метров по тридцать длиной и двадцать в ширину. Наверное, это были овечьи стойла, куда загоняли животных в непогоду. Как к такой кошаре подходим, все туда – погреться. Там нет этого пронизыва- ющего ветра, и соломка постлана. Бывало, там и ночева- ли. Дня три шли по степи. Стали опять попадаться насе- лённые пункты. Когда из деревень выбивали немцев, то брали трофеи. Раз взяли лошадей. Хорошие итальянские лошади, высо- кие, чёрные. Наши лошадки поистощали: осенью кормёж- ка плохая. Решили подпрячь трофейных лошадей. Вышли в марш. Прошли километров двадцать, смотрим: у них ноги косятся, косятся – и все трофейные лошади попадали. При- шлось их отпрягать и своих вновь впрягать. У нас лошадки в основном были маленькие – монголки. Пушку тянут ло- шади покрупнее, а в обоз запряжены монголки. Нас корми- ли хорошо, а вот лошадям трудновато было. Много там по- падало коней наших. Наступать приходилось быстро, без остановок. Жалко лошадей, но что делать!