b000000185

96 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 97 М А Ш Т А К О В Наши верные помощники – лошадки Наш полк входил в состав кавалерийской дивизии, а зна- чит, у нас были боевые кони. Когда мы только приехали на фронт, лошади пугались взрывов, шарахались. Потом при- выкли и уже ни на какие звуки не реагировали. У нас были специальные люди – ездовые, которые занимались кон- кретно лошадьми. Кормление и весь лошадиный быт ле- жал на их плечах. Командир орудия командует упряжкой только во время занятия огневой позиции и на марше. А как только прибы- ли с марша, пушки поставили, вожатый средств тяги заби- рает все упряжки. Одна упряжка таскает ящик со снаряда- ми, это шесть лошадей. Другая – пушку. Это ещё шесть ло- шадей. Получается двенадцать. Умножаем на четыре ору- дия – получается сорок восемь лошадей. Да ещё командир- ские лошади, с десяток. Всего получается под шестьдесят. Целый табун! Это ещё не считая обозных несколько бричек, кухни. Так выглядела наша боевая батарея. У меня за войну было три коня. Первого звали «Слав- ный», вторую «Плика», а третьего я назвал в честь перво- го – «Славный». Хорошие были кони! Бывало, ночью занимаем огневую. Места неизвестные. Может где-то ещё и противник остался. Нужно моменталь- но ориентироваться на местности. Необходимо знать, где тут овраги, лощины, перелески, пригорки или рощица. На- ходили укромное местечко. Ездовые уезжают в укрытие. Для лошадки ведь щель не выкопаешь. Они стоят, милень- кие, только вздрагивают да ушами стреляют, когда рвутся снаряды. Потом и лошади привыкли к войне, считали, что так и должно быть. Они ведь не понимали, что находятся в эпицентре зла и ужаса. Кавалерийские части могут маневрировать намного бы- стрее, чем пехота. Поэтому нас часто перебрасывали с участка на участок. У командиров орудий, у разведчиков имелись свои кони. Иногда ночью на марше собираемся в голове колонны вместе с комбатом, едем и поём песни. Когда шли по освобождённым украинским сёлам, то уже при подходе к хутору слышалось пение девчат. Ещё далеко не покинув хутор, слышим пение уже в другом селе.