10 З#АМЯ ЧИТАЛЬНЫЙЗАЛ 7 НОЯБРЯ 2014 ГОДА Записки районного хирурга Глава 10 Продолжение. Начало в номерах: 50, 52, 54, 56, 60, 62, 63, 65, 67, 69, 71, 73, 74, 75, 77, 79 Казусырайонной хирургии Почти полтора года я в районной хирургии, а чем дальше, тем больше нового. Превалировала экстренная помощь, где каждый случай был особенным, не похожим на другие. Ответы на основные вопросы я находил в книгах, но иногда происходило такое... Час ночи - хотя это можно и не писать, понятно, что днем таких пациентов не привозят - доставили шестнадцатилетнего мальчика. Пару часов назад подвыпивший хулиган ударил его ножом в голову. Когда вытаскивал нож, тот обломался и остался в голове. Передо мной лежал крепкий, не по годам развитый юноша, руки-ноги работали, жалоб не было. Вроде все хорошо, но снимок! На рентгене отчетливо видно было инородное тело в веществе головного мозга в проекции правой теменной кости. Нож пробил кость, мозг и, обломавшись у рукоятки, остался в черепе, под костью. Что делать? Звоню в нейрохирургию. Как назло, телефон не отвечал. Под дверями ординаторской - толпа плачущих родственников молит о помощи. Ножв мозгу - это серьезно! Я еще раз осмотрел рану и увидел в глубине блеск стали. Лезвие надо было извлечь, пока оно не ушло глубже и не натворило дел. Мы побрили парня наголо и взяли его в операционную. Я сделал разрез, отделил кожу и отвел ее в сторону, посмотрел на рану - и понял, что через нее мне нож не достать: узко и глубоко. Аккуратно высверлил кость вокруг - получилась дыра диаметром в два сантиметра, как раз по ширине лезвия. Тонким зажимом «москит» я попытался подцепить нох, но тот не давался. Санитарка ежеминутно промокала мне лоб - пот заливал глаза. Я выдохнул, постарался успокоиться, задержал дыхание, как перед прыжком, и попытался еще раз. БранШИ «москита» захватили лезвие, и я осторожно извлек его. Все! Здоровенный нож, сантиметров двенадцать! После операции мальчик быстро пришел в себя и ни на что не жаловался. Я дозвонился до нейрохирургов, те подивились, но ничего ценного не сообщили. Мальчик поправился, никаких отклонений не было. Мы направили его на компьютерную томографию - тоже все оказалось в порядке. Через год - снова никаких отклонений. На самом деле «черепники» - непредсказуемые люди. Наша повариха как-то привела своего сынишку, мужика лет сорока. Вовика! Этому Вовику полгода назад, в чужих краях, где он искал лучшей доли, дали по голове арматурой. Вовик попал в больницу, ему выполнили трепанацию черепа справа - и он сбежал, без выписки и без медицинского заключения. Сейчас Вовика мучали жуткие головные боли и ничем не сбиваемая температура в сорок градусов. На краниограммах мы увидели отверстие от трепанации справа. В месте старого операционного рубца выбухала кожа. Вот и причина болей и температуры. Вовик в область ехать категорически отказывался, говорил, что «лучше сдохну здесь». Ладно, решили лечить здесь. На операции мы только ткнули скальпелем в кожу - сквозь прокол полился зеленый зловонный гной. Сцедили почти литр, осмотрели и вместо мозга увидели огромную полость, выстланную белесой плотной тканью - абсцесс головного мозга! В гное плавала резина, старый дренаж. Похоже, что Вовик сбежал из больницы прямо с дренажем, тот мигрировал под кожу и стал причиной абсцесса. После опорожнения гнойника Вовик не поправился, перестал сам дышать и на третьи сутки умер. Видимо, произошла дислокация головного мозга. Я сходил на вскрытие - у покойного практически отсутствовало правое полушарие головного мозга. Непонятно, как он вообще жил... Недаром говорят, что резервные возможности человека слабо изучены, и никто не знает их предела. Я чем больше работал, тем больше с этим соглашался. Но иногда и сам попадал в щекотливые ситуации - от невнимания и неопытности. Передо мной сидит подвыпивший мужичок лет тридцати, этанольное амбре от него такое, что хоть закусывай. «Опять казус! У него на лице трепанация черепа жирным шрифтом написана! Непонятно только, почему он в сознании?» - думаю, а вслух спрашиваю: - Вас как звать? - Митька я! Митька Носков! - И что с тобой, Митька, случилось? - Да что случилось, что случилось... По башке вот бутылкой врезали! - гражданин Носков шмыгнул носом и указал на голову, где в правой лобнотеменной области бугрился кровоподтек. - Давно ударили? - Да не помню я! - Сознание терял? - Говорю, не помню! - Значит, терял! Ну что, надо оперировать! Согласен на операцию? - Погоди, доктор! А чего делать-то будешь? - Как что? Трепанацию делать надо! Череп сверлить, да-с. - А может, обследовать чего надо сначала? - Так, а чего обследовать? Снимки черепа ничего не показали, но это еще не факт. - А что факт? - Митька перестал шмыгать носом. - По голове били? Били. Сознание терял? Терял! - Я сказал, что не помню. - Правильно, а это значит, что терял! И главное, - я многозначительно поднял палец ввверх, - есть бесспорный признак, который говорит нам, что у тебяв голове гематома! - Чего у меня в голове? - Гематома! Кровь излилась из поврежденных сосудов и теперь давит на мозг, если не прооперировать, то помрешь! - Так, а как ты увидел-то энту самую хематому? - чуть не плача, спросил Митька. - Да просто! У вас вот удар справа, и справа зрачок расширен и на свет не реагирует! - Да он у меня уж пять лет как расширен! - Что значит - пять лет расширен? - пришел мой черед удивляться. - А вот как! - Митька ловко вынул глаз из глазницы. - Во, ону меня стеклянный! - Да уж! - только и смог выдавить я. Внимательней надо осматривать пациентов и желательно 1 Смещение головного мозга вследствие изменения внутричерепной топографии при различных патологических процессах в центральной нервной системе. в динамике, а не тащить сразу на операционный стол. Но, вопервых, я смотрел Митьку под шестидесятиваттной лампой «скорой помощи», а во-вторых, прежде чем оперировать, я обязательно сделал бы ему люмбальную пункцию», и, если бы в ликворе не оказалось крови, то не стал бы оперировать, а госпитализировал бы под динамичное наблюдение. В-третьих, сделал бы эхографию головного мозга, хотя этот диагностический прием я не любил. А невзлюбил я его из-за одного скандала, происшедшего по вине прибора. Надо сказать, что аппарат, которым мы смотрели головы пострадавших с черепно-мозговой травмой, был очень капризным. В науке отклонение на полсантиметра от срединной линии черепа косвенно говорило о внутричерепной гематоме. Но любое препятствие, чаще всего волосы, мешало трактовать показания точно. Жил в ту пору в наших краях не совсем обычный человек. Считал он себя викингом, носил длинные волосы, бороду, одевался по моде того времени и обожал ездить на лошади, махая самодельным мечом. Однажды этот викинг упился самогоном и упал с лошади. Товарищ, надо заметить, был здоровый. Лежит перед нами такая гора мышц - и поди разберись, что с ним, то ли он пьян, то ли проблема в черепе. Решили сделать эхографию, приставили электроды - есть контакт! Отклонение от срединной линии аж на два сантиметра! Люмбальную пункцию делать не стали: кто ж такую тушу ворочать будет, чтобы к позвоночнику подобраться; да и верили мы показаниям прибора. Подготовили викинга к операции - обрили наголо, в ванной комнате целый стог волос остался, и покатили в операционную. По дороге подумали: «А давай еще раз проверим на приборе». Проверили - нет смещения! Решили подождать до утра. Утром пошли на обход. Викинг проснулся и по привычке потянулся к шевелюре. Рукой взмахнул, а коснулся лысого черепа. Двумя руками проверил - нет волос! Он- в крик! Скандал разгорелся - едва уняли воина. Вспоминать неохота. А прибору мы доверять перестали. Ладно, когда люди травмированы. Хуже, когда они просто больны на голову. Лейтенант Капустин мнил себя асом. Лавры Прохоровки не давали ему покоя. Он мог часами говорить об этом легендарном танковом сражении лета 1943 года на Курской дуге. Его дед, участник тех событий, и привил юному Ване Капустину любовь к танкам. Все бы ничего, да 2 Пункция - прокол стенки сосуда или какого-либо органа с лечебной или диагностической целью. Люмбальная пункция - прокол спинного мозга. вот служить Ваня попал в нашу глубинку, где не то что танковые бои, а и простые стрельбы не случались. Скоро лейтенант стал как все: пил водку и по ночам бегал к одиноким бабам, охочим до мужской ласки. Но тут подписали хасавюртовское соглашение, война в Чечне завершилась, генералитет подвел итоги, сделал выводы и распорядился с пьянством завязать, а приступить к боевой подготовке. На первом же марше, еще не отойдя от недельного загула, лейтенант Капустин приказал механику-водителю свернуть с дороги и мчаться сквозь лес. Высунувшись из люка танка по пояс, он пьяно улыбался, глядя, как мощная машина крушит деревья. Вот она, романтика! - Давай прямо! - приказал лейтенант, увидев, что водитель хочет обогнуть сухую лиственницу, внезапно возникшую на пути. - Дави ее! Это было последнее, что успел сказать Ваня Капустин, прежде чем потерять сознание. Сухое дерево не выдержало натиска многотонной машины и, разломившись на множество частей, обсыпало танкиста сотней деревянных осколков. Военные доставили лейтенанта к нам - мы были ближе, чем госпиталь. Когда Капустина внесли, я пожалел, что не взял с собой фотоаппарат. Где еще доведется увидеть человека-ежа? Как мне рассказывали очевидцы, сопровождавшие офицера солдаты, дерево-убийца оказалось сухим и высоким. При ударе корпусом танка об ствол оно просто рассыпалось в щепки прямо в воздухе, по всей длине, лейтенант инстинктивно лег грудью на люк, а его сверху обсыпало «дождем» из крепких щепок, от чего вся задняя поверхность лейтенанта Капустина оказалась буквально нашпигована разнокалиберными занозами. Тут попадались и большие, около 10-15 см, и маленькие - 3-5 см, и совсем маленькие экземпляры, меньше сантиметра. Они встречались повсюду, но больше всего их обнаружилось на спине и в области ягодиц. С превеликим трудом, по кускам срезав комбинезон с незадачливого Капустина, я принялся извлекать колючее дерево из тела офицера. Ваня постоянно крутил головой и скулил. Через пару часов, когда гора щепок заполнила ведро, хоть титан растапливай, а концу работы не видно желанного конца, я решил отправить несостоявшегося вояку в гарнизонный госпиталь. Военные медики поначалу сопротивлялись такому исходу дела, но по телефону мне удалось их убедить, что жизни военнослужащего ничего не угрожает, а большую часть заноз я извлек. Без особого энтузиазма они выслали машину. Представляю, какой стоял мат, когда они увидели человека-ежа: там раДмитрий Правдин боты оставалось часов на пять, можно было титан протопить извлеченными щепками. А ведь занозы могут не только кожу уязвить. Как показывает практика, и внутренние органы беззащитны перед этими маленькими кусочками дерева. Виталя Литовцев в детстве очень любил кино про индейцев. А кто из нас не играл в этих отважных борцов с бледнолицыми! Виталя вырос и спился. К сорока годам он практически полностью деградировал, но про индейцев не забыл. Смастерил копье, прикрутил кухонный нож вместо наконечника - и спьяну метнул его в свою сожительницу Галю, отказавшуюся идти за очередной бутылкой. По-индейски наказал несговорчивую бабу. Галю ранило в спину. Удар пришелся чуть ниже угла правой лопатки, но почему-то вся спина женщины была усеяна мелкими занозами. В сопроводительном диагнозе значилось: «Проникающее ножевое ранение правой половины грудной клетки», а про занозы - ни слова. Сама Галя ничего прояснить не могла - еще не переработала выпитый самогон. Виталя тоже ничего не мог сказать о занозах - его уже откомандировали в КПЗ. На снимках легкое на стороне повреждения было поджато, я установил дренажи - во втором межреберье, для отвода воздуха, и в восьмом - для оттока крови, если такая скопилась. Утром Гале лучше не стало. Она хоть и пришла в себя, но ничего существенного не сообщила. «Откуда же занозы?» - недоумевал я. Повторил снимки - легкое не расправилось. Решил оперировать. Вскрыв грудную полость, я обнаружил, что нижняя доля правого легкого пробита насквозь, а рана обильно нашпигована мелкими занозами. Раневой канал шел сзади наперед и, пробив ткань легкого, вышел на противоположной стороне туловища! В проекции правой молочной железы зияла рана, также обсемененная деревом. Я выполнил ревизию раны и извлек кучу щепок из молочной железы. В этот момент что-то блеснуло в районе диафрагмы. Я засунул туда руку - и извлек нож. Цельнометаллический острый нож длиной 40 см! Он покоился в брюшной полости. К сожалению, мы до операции сделали снимки только грудной клетки, где собственно и была выходная рана. Снимок живота не выполнили, так как никомув голову не могло прийти, что возможна такая непростая ситуация. Выходило следующее: импровизированное копье, пробив сзади грудную клетку, вошло в организм. Нож от удара слетел и скользнул вниз, пробил грудобрюшную преграду и «ушел» в брюшную полость, где застрял в печени. Само древко копья, расщепившись, продолжало двигаться. Оно пронзило легкое, переднюю грудную стенку, застряло в молочной железе. Получалось, что мы столкнулись со сквозным ранением туловища, нанесенным... копьем. Если б груди были поменьше, мы догадались бы раньше. Такое вот чисто «индейское» ранение. Правда, не этому учили киногерои Гойко Митича, ох, не этому! Сколько сил я потратил на извлечение заноз, только мне и известно. Часть легкого пришлось убрать, после выполнить лапаротомию и зашить печень, и там щепки пособирать. Очень было тяжело! Галя долго лечилась, но поправилась. Раны воспалились, гнили, а вместе с гноем отходили мелкие занозы. А копьеметателя посадили в тюрьму. Продолжение следует
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4