ЛАМПАДА 19 октября 2021 года в Сергиевском зале кафедрального соборного Храма Христа Спасителя в Москве состоялась встреча Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла с учителями, реализующими предметные области «Основы религиозных культур и светской этики» и «Основы духовнонравственной культуры народов России». В ней приняли участие министр просвещения Сергей Сергеевич Кравцов, президент Российской академии образования Ольга Юрьевна Васильева, представители РПЦ и делегации из самых разных территорий России, в том числе и из Владимирской области. Приятно, что в состав делегации нашей области вошел учитель Павловской основной школы Сергей Вадимович Малютов - «Кольчугинские вести» не так давно рассказали о том, что он стал победителем в номинации «За организацию духовнонравственного воспитания в образовательной организации» XVI Всероссийского конкурса в области педагогики, воспитания и работы с детьми и молодежью до 20 лет «За нравственный подвиг учителя». На встрече с ПАТРИАРХОМ Сергей Вадимович поделился с нами своими впечатлениями от этой встречи: «Участников было немного – человек 120-130, поэтому формат получился, можно сказать, кулуарный. При этом разговор состоялся очень серьезный. Патриарх в своем выступлении в начале встречи сразу озвучил болевые точки в процессе образования. Он рассказал о том, что сегодня в России реализуется пять проектов, в которых тесно взаимодействует церковь и образование. В свою очередь, и министр просвещения Сергей Сергеевич Кравцов выразил поддержку такого сотрудничества. Кстати, министр подчеркнул, что труд учителя – это не услуга. По его словам, с этим согласились и депутаты Государственной Думы. Нас, учителей, это, безусловно, порадовало. Конечно, яхотел спросить министра о том,что тогда такое – труд учителя, но, к сожалению, возможности задать вопрос у нас не было. Но в любом случае, встреча была очень полезной, насытила нас позитивом». Мы поинтересовались у Сергея Вадимовича его планами по развитию духовно-нравственного воспитания учащихся Павловской школы, он ответил, что когда во Всероссийском конкурсе презентовал систему духовно-нравственного воспитания, члены комиссии признались, что последние десять лет не видели такого в этом конкурсе. Поэтому она сразу и заслужила самые высокие оценки на региональном и всероссийском уровнях. И сегодня задача школы – развивать эту систему, наполнять новыми формами работы и продолжать взаимодействие с православной церковью. «Самое главное, что у нас нет никакого противодействия этой системе, а значит, можно смело думать о ее развитии», - подчеркнул он. Выдержки из выступления Святейшего Патриарха: «По оценкам президента группы компаний InfoWatch Натальи Касперской, в 2019 году более 7 миллионов молодых людей школьного возраста русскоязычного сегмента Интернета присутствовали в деструктивных группах в соцсетях и на сайтах. 7 миллионов человек — давайте запомним эту цифру! При этом обращалось внимание на то, что динамика, к сожалению, плачевная - каждый год в данный сегмент входит еще примерно два миллиона новых участников. Это подростки, которые читают деструктивный контент, посвященный наркотикам, суицидам и подстрекающим к ним «группам смерти», тоталитарным сектам и многому другому. 7 миллионов! Это проблема не какого-то региона, не какой-то отдельной возрастной группы — это проблема общества, проблема государства. И речь не о детях, находящихся где-нибудь далеко, — речь о наших детях, которые учатся в наших школах». «Решение вышеназванных проблем, соответственно, также находится в значительной мере в религиозной плоскости. Сколько бы противники любых упоминаний о религии в школе ни говорили о светскости, о том, что школа не должна касаться вопросов веры в Бога, в итоге мы видим молодых ребят, которые, назвав самих себя «богами», а всех остальных «биомусором», берут в руки оружие и идут убивать, не зная, просто не понимая, что Бог — это не поставление себя выше других, не некое горделивое право судить и приговаривать к жизни или смерти, а любовь и свет. Им просто не сказали, не объяснили, что находится в основании тысячелетней духовной культуры нашего народа, кого называют подобными Богу — преподобными, не дали возможности получить хоть какую-то защиту от злого влияния сил, которые, используя религиозную лексику и извращенные псевдорелигиозные механизмы, ставят перед собой конкретные цели — физическую и духовную гибель людей. Настоящие убийцы — не те, кто с оружием приходит в школы. Они тоже жертвы. Жертвы тех сил, которые заставили их поверить, что в мире нет ни любви, ни милосердия; что в людях, на которых они направляют оружие, нет образа Божия, потому что нет и Самого Бога, нет Творца, мудрого и милостивого Отца, Спасителя, любящего и приносящего Себя в Жертву ради нашей вечной жизни в Его Свете. От трагедии американского Колумбайна до трагедий в Керчи, Казани и Перми причины, побудившие подростков взяться за оружие, лежат, как я уже сказал, в псевдорелигиозной сфере. Если мы нехотим,чтобы человек безграмотно писал,мы учим его орфографии. Если нехотим,чтобы делал математических ошибок, учим математике. Для того чтобы ребенок не попал под машину, мы учим его соблюдать правила дорожного движения. Чтобы предохранить детей от неверного или искаженного восприятия религии, нам следует предоставить им возможность познакомиться с религиозной традицией своего народа, сформировавшей систему нравственных ценностей, лежащих в основе общепринятых норм поведения и законов. Человек не может быть совершенно безрелигиозен, а-теистичен. Человек так устроен. У него есть глаза, чтобы воспринимать образы, слух, чтобы различать звуки, душа — чтобы общаться с Богом. И если у человека, у ребенка есть доступ к той системе ценностей, к тем нравственным устоям, на которых основана традиционная духовно-нравственная культура народов России — подчеркну, культура религиозная, — у него есть шанс возрастать в добре, стать личностью нравственной, а значит, способной содействовать укреплению нравственных устоев в семейной и общественной жизни». Василий КОСТЕРИН МАЛЕНЬКИЕ РАССКАЗЫ О ПОВСЕДНЕВНЫХ ЧУДЕСАХ ПОПРОШАЙКА После Литургии отец Нил порадовал нас вдохновенной идеей – совершить паломничество в Лавру. Бывали мы там не раз и поодиночке, но ведь всем приходом душевнее, дружнее, да тем более с любимым батюшкой. Сначала больше часа ехали на автобусе. Выяснилось, что на электричку опоздали, а до следующей – целый час. Зашли в привокзальный храм, помолились. И вот опять выбрались на пыльный перрон, жмёмся к батюшке, как овцы к доброму пастырю. А он возвышается над нами: мы разноцветные, а он в чёрном, чуть выцветшем подряснике, золотой крест на груди блистает в июльских лучах, на голове тёмно-фиолетовая скуфья. Пользуясь случаем, мы лезем к нему со своими вопросами. Вдруг видим, как подбирается к нам неуверенной походкой неухоженный тип в потрёпанной одежде. Останавливается в сторонке, посматривает на батюшку искоса и как бы подслушивает наши разговоры. Тут моя подружка Вера спрашивает: – Батюшка, а всегда надо подавать милостыню? Я вот раз была в Питере. Иду мимо Казанского собора, а там старушка сидит молча в кресле-каталке, вся закутанная в пуховый платок, пальто коричневое на вате, валенки (зимой это было), а на коленях коробочка картонная с мелочью. Ну, прошвырнулась я по Невскому и на Смоленское поехала к блаженной Ксеньюшке. Гляжу, у ворот опять та старуха сидит, перевезли её, значит. Ну, как ей подать. Да я и первый-то раз прошла мимо. Очень уж не понравилась она мне на вид. Лицо особенно. Батюшка погладил серебристую бороду, поправил чёрные усы, сдвинул на затылок скуфью. – Если помочь одеждой, едой, то не сомневайтесь: накормите, напоите, оденьте, приютите. А вот если äåíüãàìè… Тут подозрительный тип, похожий на бомжа, раздвинул наше малое стадо и обратился к отцу Нилу с протянутой рукой: – Батюшка, помогите ради Христа. Меня обокрали, теперь не могу уехать домой, на вокзале ночую. Не сегодня-завтра заберут в кутузку. Запаршивел тут совсем. Помогите, батюшка, Христом Богом молю. А от самого вроде бы водочкой попахивает. Мы зашептали нашему духовнику на ухо: «Батюшка, таких попрошаек на каждом вокзале тьма, и все талдычат одно и то же – отстали от поезда, обокрали, дайте денежку на хлеб, на билет. Это ведь бомж, попрошайка, обманщик. Как пить дать пропьёт деньги-то». Отличался наш батюшка тем, что мог остановиться на улице с любым человеком и всерьёз поговорить о жизни, о Боге. Никем не гнушался. Поговорит с кем-нибудь и идёт дальше, а в спину слышит: «Какой простой батюшка-то». А ведь он не только семинарию закончил, но и академию духовную. Обманчивая простота-то. Собирался в монахи постричься, но старец благословил его жениться. И слава Богу! А то бы мы с ним и не встретились. Помню, как-то раз шли мы в Посаде вдоль величественных стен Троице-Сергиевой лавры, и к батюшке подошёл заметно поддавший мужик. – Батюшка, исповедуй меня! Я давно за тобой слежу, уж очень ты мне пондравился. Да вон и девчонки тебя любят! Как пчёлки заботливые вокруг тебя летают. Исповедуй, батюшка! Всю душу наизнанку выверну. Устал я грехи свои, как кандалы таскать за собой. – Да ты же выпил, братец. Какая тут исповедь?! – ласково проговорил батюшка, положив ему руку на плечо. – Так в том-то и дело, батюшка. Когда я тверёзый, меня в церковь на канате не затащишь, а как выпью, так душу очистить тянет. Я ведь в детстве исповедовался. К Вознесенью на днях ходил. Стою у ворот, как нищий, жду батюшку вознесенского. Вышел он после службы, я к нему, а он принюхался и строго так отослал меня домой, дескать, придёшь, когда протрезвеешь. Не понимает, что из трезвого меня клещами слова не вытянешь. А мне надо исповедаться, очень уж грехи душу рвут. Батюшка наш обнял выпивоху, благословил, развернул на сто восемьдесят градусов. – Давай-ка, брат, ступай сейчас домой, а завтра я тебя буду ждать на этом самом месте, скажем, в семь утра. Пойдём в храм, и я тебя поисповедую. Не задерживайся, а то ведь так можно и в Царство Небесное опоздать. Подтолкнул батюшка человека, перекрестил ещё раз со спины и призвал нас помолиться о рабе Божием. Романом тот назвался. Что ещё добавить? У батюшки появилось ещё одно духовное чадо. За сто сорок километров на службы к нам ездит, правда, от винной привычки пока никак не может отстать. А уж что там за грех его мучил, то неведомо никому кроме батюшки нашего. Но я отвлеклась. Всё про батюшку хочется рассказывать: и то, и другое, и третье. Вот и скачу с пятого на десятое. Однако вернёмся наперрон. Мы, значит, шепчем, перебивая друг друга, на ухо батюшке с опаской поглядывая на бомжа-попрошайку, а наш наставник начинает рыться в карманах. И спрашивает: – А сколько тебе надо? Мы ожидали любого ответа, только не такого: – Двенадцать тысяч, батюшка. У нас глаза на лоб. Двенадцать тысяч! У некоторых из нас пенсия такая. На целый месяц. Батюшка не удивился, только посмотрел внимательно, пытливо в глаза попрошайке, и выложил на ладонь две красненьких и две зелёненьких бумажки. Мы в ужасе! Уже не шёпотом, а в голос кричим: – Батюшка, что вы делаете! Это же нам на икону для храма! А он махнул рукой, призывая к тишине. Попрошайка же затараторил: – Вы меня спасли, отец родной, вы меня спасли. Век не забуду. Скажите ваш адрес, я всё отдам, я до копеечки верну. Вот увидите, только адрес ñêàæèòå… Батюшка опять лишь рукой махнул, дескать, иди, иди с Богом. Тот, пятясь, прошёл по перрону, а там опрометью бросился в вокзал. Только его и видели. Мы в шоке, батюшка, дескать, а икона, которую заказали? Светлой памяти протоиерея Владимира (Петрова) Но в ответ он развёл руками, улыбнулся и принял виноватый вид. Думаете, на этом и дело кончилось. Как бы не так! Я и рассказывать о такой мелочи не стала бы. Сидим мы, значит, в электричке. Все под впечатлением «милостыни», поцарски пожертвованной бомжу. При батюшке обсуждать его деяние стесняемся. В общем, на вопрос Веры он ответил. Не словом, а поступком. Тут у кого-то пискнул телефон. Все друг на друга посматривают, гадают: у тебя, у неё, у Нади, у Нины, у Зои. Батюшка достал свой, нашёл эсэмэску, она гласила: «На ваш счёт поступило пожертвование в размере 12 тыс. руб. от неизвестного лица», – прочитал он вслух. Мы в изумлении. А батюшка совсем не удивился, Блеснув белыми ровными зубами из-под чёрных усов, он пригладил серебристую бороду и в качестве доказательства стал подносить экранчик телефона каждой под нос. Мы крестились одна за другой. Он радостно, не без хитрецы улыбался, поглядывал через окно в небеса и возлагал на себя размашистое крестное знамение. Воттак. Здесь вы опять можете подумать, что на этом всё и кончилось, но нет. Слишком привычной концовки хотите. Прошло около месяца, и батюшка получает денежный перевод с письмом. На вырванном тетрадном листе в линеечку сообщалось: «Дорогой отец Нил, я слышал ваше имя от девушек, которые уговаривали вас не подавать мне. Я их не сужу. Ваш адрес я нашёл в интернете. Оказывается во Владимирской епархии всего два отца Нила, но один – архимандрит. Так что быстро нашёл сайт вашего прихода, узнал вас по фотографии. С благодарностью возвращаю вам деньги. Отныне я ваш почитатель. Дать такую сумму незнакомому человеку и не спросить даже адреса – удивительное дело! Вы чудесный человек! О своей беде, в которую я попал в Подмосковье, рассказывать нет смысла. Помолитесь о рабе Божием Григории. Низкий и тёплый поклон вам из далёкого и холодного Мурманска». Девчонки, когда слушали лаконичное послание с Северов, вытирали слёзы. А теперь всё. Вот так вот! Продолжение следует
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4