ПОЧТОВЫЙ ЯЩИК 31 июля 2019 года среда № 28 (1037) 12 С Днем рождения, народный избранник! Теперь, когда мы стали забывать лихие девяностые, когда всё изменилось, и большая часть людей стали жить на порядок лучше, когда проезды и дворы переполнены машинами, а дома отремонтированы, когда практически все сделали ремонт в своих квартирах, а молодым семьям компенсируют часть стоимости жилья. Когда выплачиваются материнский капитал и пособие по родам, а молодёжь уже не представляет, как это их бабушки и мамы в 50-е-60-е годы просто рожали и на 56-й день шли на работу, и не было никакой помощи. Когда пенсии приносят вовремя, когда у большинства есть работа, и зарплата выдаётся вовремя. Когда при мировом кризисе мы его, по правде сказать, не ощущаем, так как жизнь по большому счёту уж так сильно не меняется, почему-то мы стали грубее и чаще выражать своё недовольство. И если кто-то стал успешным и богатым, то отношение к нему самое негативное. Все жалуются на отсутствие денег, а на отсутствие ума - никто! И я хочу рассказать о человеке, который прошёл через водоворот перестройки и занял достойное место в жизни города, о депутате нашего округа, предпринимателе Яковлеве Михаиле Евгеньевиче, чья жизнь достойна подражания для молодого поколения. Познакомились мы в 1993 году, вместе работали в торговом отделе фирмы «Кольчуг-Зенит». Михаилу Евгеньевичу тогда было чуть больше 25 лет, но уже было видно, что это человек с внутренним стержнем. Энергичный, доброжелательный, коммуникабельный и с блестящим образованием. ОконРовный, устойчивый шум тридцатисильного лодочного мотора навевал мысли о мощности и надёжности отечественной техники. «Казанка», приподняв нос над водой, стрелой неслась по зеркальной глади, оставляя позади себя клиновидные «усы» волн. В воде отражались розовые, начавшие желтеть на утреннем солнце облака. Позади остались огни большого северного города, портовые краны и огромный железнодорожный мост. Рядом с мостом - грузовой причал и красивая набережная. Всё это было построено в 30-40-е годы прошлого века. А сейчас в этом городе живут и трудятся потомки тех, кто осваивал Север в то далёкое время. На пути строительства Северной железной дороги Печора встала серьёзной преградой, но нет ничего непреодолимого. Тогда и сейчас полноводная река является солидным транспортным путём из предгорьев Урала в Нарьян-Мар. Всё это, когда-то услышанное на уроках географии и истории, всплывает из глубины памяти под шум мощного лодочного двигателя. Погода обещала быть устойчивой. Осень в этих краях, действительно, золотая. Не только потому, что берега одеты в ярко-жёлтый наряд, с вкраплениями багрянца кустарников и зелени сосен. Осенняя пора тут самая продуктивное время по ловле рыбы. Рыба тут есть всюду, но наш путь шёл в верховье, к Кыртинским порогам. Дорога по воде неблизкая. Спалив не один бачок бензина, наконец-то лодка чуть сбавила ход. Тут уже не так глубоко, и есть опасность пропороть днище лодки о камни. Эти самые камни, в основном, песчанник, река приносит сюда во время весеннего паводка со льдом. Лёд примораживается к скале, а затем, при весеннем подъёме воды отрывает кусок скальной породы. Далее, толкаемые сильным течением и льдом, камни двигаются по дну реки, устраивая те самые пороги. Несмотря на меняющийся профиль дна, река полностью судоходная. На берегах установлены указывающие фарватер знаки и створы. К одному из таких знаков мы и причалили. Надо было готовить снасти, вечерняя зорька не за горами. На Севере день короток, и всё успеть сделать необходимо засветло. Меняем движок на лодке. Такой мощный, а, самое главное, шумный мотор ночью ни к чему. Всю рыбу распугаешь. Расстилаем брезент и перебираем невод. Его раскладывают особым способом, в зависимости от того, в какую сторону будут сбрасывать. Несмотря на довольно большой подготовительный объём работы, сделано было всё быстро и аккуратно. До заката ещё есть время. Надо заварить чаю и приготовить что-нибудь поесть горячего. Ночь будет длинная. Макушки елей начали отливать красноватым оттенком. Солнце садилось. Было уже не так тепло, как днём. Возможно, ночью будет заморозок, небо ясное. Это хорошо, главное - не будет дождя, а то на глинистом берегу на ногах стоять затруднительно. А тут ещё тянуть толстый фал. Конечно же, будем это делать вдвоём. В старые времена, говорят, пригоняли лошадку. Она тянула береговой конец невода. Лошадь приходилось гнать довольно дачив Московский авиационный институт имени С. Орджоникидзе, факультет «Космонавтика и автоматические летательные аппараты», он был направлен по распределению в ОКБ им. Челомея в город Реутов. Но карьере в космонавтике не суждено было состояться по причине того, что время было такое, и в молодых специалистах ОКБ не нуждалось. Это был 1991 год. Финансово-экономическая система, а вместе с ней и всё государство, разваливались прямо на глазах. В1995 году с младшим братом Дмитрием Михаил Евгеньевич решил попробовать себя в самостоятельном бизнесе - производстве мебели. И годы упорных трудов по 10-12 часов в день, практически без выходных и праздников, не прошли напрасно. Сейчас у Михаила Евгеньевича в Кольчугинском районе достаточно успешное мебельное предприятие, производящее столы и стулья. Новые корпуса, современное немецкое и итальянское оборудование, окрасочные и обрабатывающие центры. И всё это создано с нуля! Благодаря, в первую очередь, каторжному труду, настойчивости, качественному техническому образованию и, конечно же, риску. А ещё Михаил Евгеньевич обладает замечательным качеством - он создаёт позитивный психологический настрой и заряжает им окружающих. Он обращается с собеседником, как будто это самый важный человек в мире, особенно, с людьми старшего возраста. Я убедилась в этом ещё раз, когда Михаил Евгеньевич принёс поздравительное письмо с 95летием от Президента моей маме. С каким интересом он слушал и разговаривал с ней! В начале 2000-х, почувствовав некоторые пробелы в экономических знаниях, Михаил Евгеньевич поступил в Российскую Экономическую Академию им. Плеханова. В 2006 году закончил её. Именно в это время в стране наступили перемены к лучшему, и в сочетании с новыми знаниями производство буквально «выстрелило» - и качественно, и количественно, перейдя на новый уровень. И появилась возможность помогать людям, быть спонсором в социальных программах, принимать активное участие в благотворительных мероприятиях и благоустройстве общественных территорий. И вот уже в 2016 году Михаил Евгеньевич получает заслуженное звание «Меценат года в области культуры». В этой связи мне вспоминается последний разговор с Татьяной Михайловной, мамой Михаила Евгеньевича. Она заходила к нам договариваться о мероприятии в Доме культуры деревни Новосёлка, на котором должен был выступать Владимир Владимирович Мазур. И в разговоре о Михаиле Евгеньевиче она сказала: «Я всё время говорю Мише: просят - если можешь, помоги!». Хорошая семья, хорошее воспитание. У Михаила Евгеньевича тоже выросли двое замечательных детей - Кирилл и Лиза. Кирилл такой же доброжелательный, целеустремлённый, с лидерскими качествами и лучезарной улыбкой. И что-то мне подсказывает, что он сделает головокружительную карьеру. Лиза, учась в школе, занимала призовые места в городских и областных олимпиадах, а главное её увлечение - лошади и верховая езда. И вот, размышляя о кадровом голоде в администрации нашей области, я удивляюсь, почему мы приглашаем на руководящие должности области людей с криминальным прошлым из других областей, когда есть свои - умные, талантливые, добросовестные и ответственные, с блестящим образованием и накопленным опытом. Только в Кольчугине их наберётся с десяток. Почему у нашего Президента есть кадровый резерв, а у Губернатора нет? Вопрос риторический. В конце июля у Михаила Евгеньевича День рождения. Поэтому, дорогой Михаила Евгеньевич, примите искренние поздравления и пожелания счастливого долголетия, семейного согласия и процветания Вашего бизнеса. Пусть сбудутся все Ваши мечты! С уважением, Галина МАЗУР чтобы узнать миграционные пути рыбы. Не создавая шума, лодки направились на противоположный берег. Тут река уже не такая широкая, но времени это заняло прилично. Сказывается течение. Вот и берег. Как в первый раз, мы вдвоём на берегу. В руках тяжёлый кручёный фал. Плетёные верёвки не применяются, их мокрые трудно удержать, проскальзывают. Невод пошёл в воду, повторный заброс. Слышался ритмичный, едва уловимый плеск опускающихся в глубину грузил. На душе появилось какое-то лёгкое волнение, пока непонятное. Невод заброшен, потянули. Вдруг почувствовался резкий рывок. Может, камень. Надо тянуть, ничего не поделаешь, невод должен замкнуться кольцом, иначе все труды насмарку. Камни тут не редкость, снасть крепкая, вытягивали и с камнями. Тянуть стало ещё тяжелее. Вдруг ещё один рывок и – стоп. Невод ни с места. Что такое? Огромный валун, коряга? Ясно только то, что заброс не удался. Надо спасать снасти. В таких случаях невод выбирают обратно в лодку, выпуская рыбу. Так и сделали. Зашумел мотор, лодка почти на полном газу очень медленно стала приближаться к берегу. Мы, в свою очередь, с усилием тянули свою половину невода. Пришлось скинуть с головы шапки, пот заливал глаза и капал с носа. Вот подошла лодка. С большим трудом стали выбирать невод на берег. Надо же, ещё какая-то рыба есть. Но нам сейчас не до неё. Осталось метров десять. Невод шёл всё тяжелее. Ноги скользили по глине. Усталость и отсутствие сна давали о себе знать. Решили осмотреться, отдохнуть. Вода тут чистая, прозрачная, раскатав бродовые сапоги и включив фонарики, зашли в воду. И тут же остолбенели. Такого ещё никто из нас никогда не видел, и, тем более, не вытаскивал. В неводе был валун размером с приличный чемодан и старый корабельный якорь. Привязав верёвку, все вместе вытащили якорь на берег. Потом выкатили из невода камень и достали из воды снасть. Полотно невода было изрядно порвано, необходимо штопать. О дальнейшей ловле рыбы не было и речи. Чинить снасть надо днём, по свету. Ночью ничего толкомнеполучится.Собравневодвмешок,поднялись на берег ждать утра. У костра все обсохли и задремали. Хоть какой-то сон. С одной стороны греет огонь, а с другой - поддувает холодный осенний ветерок. Но ничего, всё-таки отдых. Рассвет был туманным. Это когда температура воздуха ниже температуры воды. Туман поднимался с воды. Воды не было видно, как будто между двумя берегами находилось затянутое туманом поле. Солнце поднялось быстро. Вскоре утренний ветер разогнал туман, и перед глазами появилась красочная картина. С высокого берега открывался великолепный вид. Сосны, ели, золотая листва берёз, багрянец ив - все эти краски осени простирались ярким, насыщенным, разноцветным ковром. Вдалеке синели предгорья Урала. Внизу, под берегом, стояли наши лодки. Рядом выловленный из воды камень и якорь. Спустились к воде. При дневном свете якорь казался ещё больше. Старинная штука. «Это от баржи!» - сказал Андрей Андреевич. - На таких уголь возили или людей». Как это людей, на грузовых баржах? Расскажи! И Андреич нам поведал интересные исторические факты этих мест: « Вон, видите, на том берегу сваи из воды торчат? Это был причал. Сваи железные, их забивали с зимы через лёд, а настил сверху каждый год делали бревенчатый. Как не крепи, а половодьем весной брёвна и доски срывало. Строили это всё заключённые. Откуда они тут? А вот этими самыми баржами их сюда и доставляли. Причал тут неспроста был. Тут уголь грузили и отправляли в Печору, на железную дорогу. Уголь нужен был не только Печорскому речному пароходству, но и паровозам. Механизации никакой. Уголь загружали тачками. А там, за лесом, было две шахты. И тоже з/к. Говорят, тут даже колючей проволоки не было. Бежать всё равно некуда. А судов раньше по реке ходило много. С Урала возили руду, обратно – этапы. В районе Кыртинских порогов некоторые напарывались днищем на камни, а баржи просто тонули. Кто его знает, что было тогда в этих баржах загружено. Сколько народу здесь полегло, неизвестно. Там, на той стороне, чёрное на берегу – это уголь. Много лет прошло, а река никак не смоет его, как память о тех, кто сгинул здесь в те далёкие годы. Вот так-то! Якорь тут неспроста, и обрывок корабельной цепи на нём. Пусть остаётся тут, на берегу, как память. Времена давно поменялись, а креста тут так никто и не поставил. Пусть будет якорь. Мы поблагодарили Андреича за рассказ и, впечатлённые, направились наверх, чинить невод. Вечером, перед тем, как начать ловить рыбу, все вместе оттащили якорь повыше на берег. Чтобы лучше было видно. Вторая ночь прошла без происшествий, мы поймали необходимое количество рыбы разных пород и утром отправились обратно. Всю дорогу домой я всматривался в очертания берега, как будто искал что-нибудь из прошлого. Но нет – только осенняя красота. К полудню показался мост, причал и город. В течение нескольких последующих дней много было рассказов про невод, про камни и, конечно же, про якорь. А не было бы якоря, может, так никто и не вспомнил бы, что было в тех местах в 30-е годы прошлого века. Якорь нам всем стал напоминанием из прошлого – чтоб не забыли! В. КИРИЛЕНКО леко, более 50 километров. Но это всё окупалось огромным количеством рыбы, которую потом на плотах отправляли вниз по реке. Времена были тяжёлые. Война. Ради победы не жалели своих сил. А лошадок берегли. Об этом мне рассказывали старики. Прошло несколько минут, и старший инспектор рыбоохраны скомандовал: «Пора!» Все направились к лодкам. Каждый знал свои обязанности. Конечно же, мы были не браконьеры. Это ежегодный плановый отлов рыбы ценных пород. Часть улова будет отдана на ветстанцию. Там есть отделение Северного института рыболовства. А из оставшейся части будет шикарная уха в нескольких вёдрах. Заурчали моторы, мы направились к месту лова. Шли тесно. Внезапно наступившая темнота на некоторое время сковала всё тело. Но постепенно глаза привыкали. К тому же очень ярко светили звёзды. Даже казалось, что их света вполне достаточно, чтобы хоть и с трудом, разглядеть окружающие тебя предметы. Вот лодка мягко покатилась на берег. Начали. Оставив двух береговых, на малом газу лодка стала отходить от берега, сбрасывая невод. На освещённой звёздами воде силуэт лодки был отчётливо виден, да и по приглушённому урчанию мотора знали, кто где находится. Потянули. В голове всплыли строчки детских стихов: «Ох, нелёгкая это работа, из болота тащить бегемота!» Оно и верно. Усилия те же. После двух десятков метров стало жарковато. Это действительно нелегко. Но вот звук мотора начал приближаться в нашу сторону. Заводим тоню. Это когда невод замыкает кольцо, и рыбе уже некуда деваться. Только на берег. Начали выбирать, пошагово укладывая клетчатое полотно на берегу. Послышался плеск крупной рыбы. Ещё не видя улова, чувствуешь, что заброс удачный. Осталось метров двадцать. И тут вода в неводе закипела. Рыбёшка поменьше металась от края в край, будоража всё внутри. Часть рыбы перепрыгивала поплавки, и уходила на волю. И пусть уходит, нам мелочовка не нужна. А вот и улов: несколько больших рыбин и полтора десятка поменьше. Ту, что поменьше, - обратно в воду, крупную - аккуратно в мешок, чтобы не повредить чешую. Ихтиологи будут изучать всё. Первая тоня удалась. Сейчас небольшой перекур, укладка невода. Будем забрасывать на другом берегу,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4