БЕРЕЗОВЫЙСОК Занималась весна. Снег осел, и местами на выгоне виднелись чёрные проталины с лучиками стеблей прошлогодней сухой травы. Днём там появлялись пережившие зиму мыши, исполняя ритуал чистки своей мордочки и греясь на солнце. Да и само солнце сияло в небе по-особенному, по-весеннему, находясь на небосводе гораздо выше, чем в феврале. По утрам чувствовалось, что зима ещё не ушла, напоминая о себе замысловатым узором тонкого льда на появившихся днём лужицах. На деревьях с утра каркали вороны. Что они хотели сказать, не ясно, но ясно было одно – зима отступает. Скоро побегут с пригорков и вдоль дорог холодные ручейки талого снега. Ветви на деревьях становились всё мягче – оживали. На южной стороне крыш снег сошёл, а с северной весели толстые сосульки. Солнце и талая вода делали своё дело. Всё вокруг ожидало прихода тепла. Любите ли вы берёзовый сок? Слегка вяжущий, терпковатый, немного мутный с запахом берёзовых почек? Это не тот сок, что продавался в трёхлитровых банках и был по 10 копеек за стакан. Настоящий, из леса? Такой не купить в магазине, его надо собирать саОкончание. Начало в №№ 40-44, 46-50 за 2017 год, №1-7 2018 год мому. И это, скажу я вам, нелегко. Недалеко от нашего посёлка росли самые толстые берёзы. Место это было открытым, солнечным, и земля там оттаивала раньше, чем в округе. Такой островок весны посреди ещё не проснувшегося от зимы леса. Идти туда было непросто. Снега наметало много. Это летом в те места шла широкая тропинка, иди себе да насвистывай. А весной продираться приходилось почти ползком. За спиной в рюкзаке гремели жестяные трёхлитровые консервныебанки.Ихзаранеезаготавливализимой,спрашивая у «тётей» в магазинах. В них была томатная паста, которая продавалась на развес. Тщательно отмытые, с дужками из проволоки, эти котелки ждали своего часа. И вот этот час настал. Весенний ветер шумел в кронах берёз. На секунду казалось, будто вокруг тебя ничего нет, только ты, берёзы и весна. Стая синиц с громким свистом носилась между белых стволов, как бы приветствуя нас. Узнали, что ли? Может, и так. Но сначала костёр. Надо вытряхнуть отовсюду набившийся снег и просушиться. Ходили мы за соком довольно большой компанией подростков от 10 до 15 лет. Старшие приглядывали за младшими и учили элементарным вещам, например, как держать в руках топор. С дровами проблем не было, и костёр радовал нас своим теплом уже скоро. Поджарив на палочке хлеб – ритуал, все расходились по берёзам. В карманах позвякивали сделанные на уроках труда «клювики» из железной оцинкованной полосы. Выбрав место, устанавливали банку, привязывал её к стволу, вбивали под кору «клюв». Радуясь первым каплям сока, мы слизывали их, как бы снимая пробу – пойдёт, не пойдёт? Далеко не расходились, держа в поле зрения старших ребят, наблюдая, как ловко у них всё получается. Закончив установку банок, все снова собирались у костра. Пора в обратный путь, домой. Завтра с утра за соком! На самом деле, сок начинался со второго дня. Первый день – подготовительный, без него никак. Пластиковых пятилитровых фляг тогда не было, да и капроновые канистры с надписью «для пищевых продуктов» были редкостью. Большие санки с широкими полозьями и молочная фляга. Мы её называли цистерна. Редко когда удавалось набрать её почти полную. Но самое интересное тогда было – процесс. Смеясь и меняясь поочерёдно, тащили санки по вчерашним следам. Санки валились на бок, их приходилось постоянно ставить. В последующие дня протаптывалась довольно широкая тропа, и поправлять санки не было уже такой необходимостью. Бурлаки на Волге – так мы сами себя, смеясь, называли. И вот, наконец, березняк. Сердце учащённо колотилось в предчувствии чего-то необыкновенного. Первая банка. До краёв, аж льётся. Сначала отхлебнуть, чтоб меньше пролилось. И хотя этот сок был ненамного лучше воды, тогда он нам казался вкусным. Видя своё отражение в очередной банке, наполненной до краёв соком, мы от всей души радовались удаче и весПамяти Ларисы Павловны ПУЗАНОВОЙ Сегодня мы завершаем большой цикл публикаций памяти Ларисы Павловны Пузановой. Многим кольчугинцам, следившим за этими публикациями, Лариса Павловна открылась с новых сторон. Даже те, кто был знаком с ней, не догадывались о ее приключениях, а главное – о ее умении талантливым, простым языком о них рассказывать. И мы рады, что полгода на наших страницах публиковались эти потрясающие воспоминания – в память о нашем большом друге. Ну, а сегодня мы хотим познакомить вас со стихами, которые Ларисе Павловне посвящали ее коллеги-туристы и которые тоже свидетельствуют о том, насколько уникальным она была человеком. Также мы публикуем письмо, написанное к сороковому дню после смерти Л.П. Пузановой ее подругой – А.С. Морозовой. *** Ты тем, Лариса, хороша, Что нашего плота душа. А как возьмешься за весло, Наш плотик мчится весело. Что б ни встретилось в дороге - Перекаты иль пороги - Предвещает нам успех Заразительный твой смех. Убедила ты нас в том, Что совсем не зря потеем, Целый день маша веслом, - «Вдруг чево, а мы умеем». Будь же счастлива, подружка, И давай нальем по кружке! *** Как у Блока, 12 Нас собралось в поход Никто пути пройденного У нас не отберет. Наша мама Ира Была за командира, А непоседа Лара - Была за комиссара. Как выглядел наш женский гвалт. Единственный Володя Хранил очаг и был отцом И не свихнулся вроде. Хоть Люда потеряла На Селигере брюки, Зато у ней способными Для гребли были руки. Трудилась над обедами Хозяюшка Надюша. Снабжала свежей рыбой Частенько нас Танюша. Стихов читала много Нам Алла у костра. А – Таня с Асей пели, Плясали трепака. Спортсменка Антонина Всегда неутомима. А Неля – заводила, Повсюду нас водила. А Нина оказалась чудеснейшим поэтом. Про всех нас сочинила веселые куплеты Прошли, как миг счастливый, Двенадцать дней похода, Но хватит впечатлений На долгие нам годы. не, смешанной воедино. Собрав сок и напившись вдоволь, отправлялись в обратную дорогу. На опушке леса, бывало, стоял местный лесник – дядя Ваня, товарищ моего деда. «С уловом!», смеясь в усы, приветствовал он нас. «Дайте попить!» и протягивал зелёную эмалированную солдатскую кружку. Сняв пробу, дядя Ваня поправлял усы и со словами «Костёр загасили?» махал рукой в сторону посёлка, как бы разрешая нам двигаться дальше. Так было почти каждый день, кроме одного. С утра всё шло как обычно. Идя знакомой проторённой тропой, быстро дошли до березняка. Ничего не предвещало перемен. Дойдя до первой банки, вылили сок, а во второй – только на дне. Третья, четвёртая – то же. Где сок? Может, кто-то был до нас? Узнали где, проследили? Можно же было просто спросить, зачем поступать так нечестно? Наши детские сердца трепетали. Шли домой унылые. По дороге перебирали вслух по именам тех, кто знал, где мы и зачем, а также кто, встретился по пути. «Ну, как дела? – с улыбкой в усах появился из-за раскидистой ели лесник. - Напоили лосей?» Мы тут же остолбенели. Каких лосей, откуда? И тут дядя Ваня нам рассказал о том, что случай, произошедший сегодня с нами, ни единичный. Весной такое бывает. Лось – зверь лесной, но и он предпочитает берёзовый сок талой воде. В нём сила пробуждения природы. «Завтра будет сок, я видел их, они ушли на север вдоль старой узкоколейки», - сказал напоследок дядя Ваня. По посёлку шли вместе, волоча за собой на санках пустую флягу. Всем, кто интересовался, в чём дело, рассказывали о том, что лоси выпили весь сок. Кто смеялся, мол, врёте, пролили весь, не довезли. Кто говорил, что бывает и такое, мол слышал когда-то. Вот такой он - берёзовый сок. Вкус детства. Запах весны. В. КИРИЛЕНКО *** Ой, сидит Лариса с нами у костра. Нам она как воздух, как вода нужна. Нас она собрала со страны, совсей. Мы за это очень благодарны ей. Нас она собрала, позвала в поход. Недаетпокоя– всевперед,вперед. Жаворонок ранний, раньше всех встает, Свистом милицейским дрыхнуть недает. Ода на День рождения Ларисы Павловны Ты лошадей впрягала в сани И плот вела по Юрюзани. Нынче мы встретились с тобой На славной речке Чусовой. Верней и преданней, чем ты, Нигде нам сроду не найти. В день твоего, наш друг, рожденья Тебе желаем возрожденья Тынашоператор,тынашрепортер, Непоседа самая изо всех сестер. Мыбыотпускцелыйспалиукостра, Если б нас к истоку ты не повела. К порывам новым и походам, Чтоб вкруг тебя - мы хороводом На лодках, лошадях, плотах... Ах! Все равно, но лишь бы вместе И чтобы не сидеть на месте. Летопись похода тщательно ведет. Юмора, сатиры там невпроворот. Бодрости,здоровьяжелаеммытебе, Радостныхпоходов,счастьяивоще. Твое рожденье мы встречали На Юрюзани и мечтали Отметить вместе праздник твой Еще разок на Чусовой. *** В День рождения Ларисы Не пекли мы каравай. Просто с нею забрались мы В этот дальний тихий край. И не будем в День рожденья Ей солидное дарить. Просто хочется особо Нам о ней поговорить. И энергией, и хваткой Не обижена она. А способность вот такая Ведь не каждому дана... И к башкирам, и в Саяны, И на лодках, и в седле, В группудружнуюсплочившись, Ходят люди по земле. Вот для нас не так уж сложно Взять и все зарифмовать, Но поход не всякий сможет Так вот организовать. Написать десятки писем, Отпуска согласовать, И путевки, и билеты Заказать и разослать. И к тому ж отметить надо, Что она уж с давних пор, Наш и фотолетописец, Наш и кинорепортер. Мы завидуем ей, братцы, И желаем в юбилей Ей такой же оставаться Много лет и тыщи дней. 1985 г., Мещера Но, безусловно, знаешь ты, Что нет предела для мечты. Так почему тот день на Юрюзани НеповторитьвкругудрузейнаМане? 17 июля 1984 год р. Чусовая *** Ой, цветет калина, Мы идем в поход, Но его готовить Надо целый год. Надо подготовить Дружный коллектив, Чтобы интересно Время провести. А любовь к туризму У Ларисы есть. И сейчас мы с нею Отдыхаем здесь. Всю страну исходим, Если захотим, А потом и в космос С нею полетим. Мы живем, не зная, Ничего о том, Что Лариса писем Написала том. Отпуска, путевки, Деньги и маршрут - Все здесь уместилось У нее вот тут. К сороковому дню Ларисы Павловны Господи! Неужели это все-таки случилось – умерла Лариса... Я очень переживала и тогда, когда она слегла, да и сейчас не легче... Просто боль стала как-то глуше, что ли... Но стоит мне остаться одной, начинают,какмолнии,мелькатьвоспоминаниявсяких эпизодов, связанных у меня с ней. В детстве я встречалась с Ларисой у Крезовых, но поскольку она старше меня на три года, особенного внимания на нее не обращала. Осталось только впечатление ее бойкости. Но вот 1 сентября 1961 года помню отлично. Я поступила в наш техникум и пришла пораньше. Открываю дверь кабинета, где должно быть первое занятие и нос к носу сталкиваюсь с Ларисой. Обе узнали друг друга, разулыбались. Оказалось, что она тоже поступила и будет учиться со мной. Я – после 10-го класса, а она уже успела закончить профучилище и стать штукатуром. А директор уговорил ее поступать в техникум. Экзамены она сдавала с вечерниками, поэтому я ее и не видела при поступлении. В первую же минуту нам сказали, что занятий не будет, и завтра мы поедем в колхоз. По пути туда нашу группу разделили на две части в две деревни. Мы с Олей Павличко решили ехать с парнями, и Лариса решительно заявила, что тоже едет с нами. Так мы поселились в Борисцеве – трое нас и трое парней из Александрова. Все в одном доме. Парни спали на сеновале, а мы – на полу, в одной комнате с глухой старушкой-хозяйкой, которая совершенно не обращала внимания на наш нескончаемый хохот, какие-то дикие немыслимые танцы и т.д. Неповторимое чудесное время... Я очень дружила с Олей, а с Ларисой всегда были ровные, дружелюбные отношения. Она заядлая спортсменка, а я и спорт – несовместимы были никогда. Лариса жила в общежитии, и я очень часто там бывала, т.к. почти вся наша группа была иногородняя. А на последнем курсе и мне пришлось там поселиться, т.к. мы стали, как вечерники – практика на заводе и занятия в две смены. Лариса захотела жить со мной в одной комнате. Она всегда была наичестнейшим, умным и наиправдивейшим человеком из всех людей, которых я знала в жизни. Прямолинейной до резкости, но... что было – то было... Всегда вспоминаю один случай, связанный со мной. На последнем курсе к нам пришел новый учитель, который по какой-то причине невзлюбил меня. И когда я стала сдавать ему экзамен, он, взглянув на мою зачетку, где были все пятерки, ухмыльнулся и открыто стал меня засыпать. Задает один дополнительный вопрос, второй, пятый...десятый... И вдруг Лариса, которая здесь готовилась к сдаче по своему билету, встала и громко сказала: «А почему Вы так поступаете? Она же Вам ответила, а Вы ее засыпаете! Это несправедливо!»Представляете– ведьона сейчас будет сама ему сдавать, но не побоялась, просто не могла стерпеть несправедливость. Вот в этом вся Лариса. После окончания техникума наши с ней пути разошлись, но в течение всей жизни мы переписывались, время от времени встречались в Кольчугине, навещали друг друга. Она несколько раз признавалась, что мы, все сокурсники, стали какие-то родные на всю жизнь. Мы приходили на вечера встреч в техникуме через 8, 10 лет. А через 15 и еще несколько раз – встречались у нее сначала на улице Зернова, где она получила комнату, а потом в ее квартире по улице III Интернационала... Она всегда была центром, инициатором встреч. С болью вспоминаю, как она меня навестила первый раз в моей новой квартире в Москве. Увидев, как я пеленаю месячного сына Андрюшу, Лариса с горечью сказала: «А у меня вот этого никогда не будет»... Я стала утешать, говорить, что, может быть, она родит для себя, без мужа. А она сказала: «Я так не могу!»... Так она и прожила одна. Работала на заводе, закончила заочно институт, всегда активно занималась спортом, в основном, лыжами, много раз ездила на интересные экскурсии по Союзу. Находила хороших подруг и дружила с ними до конца жизни. Всегда приходила на помощь в трудные минуты. Моя память выхватывает встречу с ней в том страшном году моей жизни, когда умирал мой брат, а я тоже загибалась со своим пальчиком... Лариса только что получила квартиру. Затащила меня к себе и помогла помыться в своей ванной... Вообще – отзывалась на любую просьбу, а то и намек или просто пожелание. Мы в семье часто вспоминаем, как несколько лет она ездила к себе в Левашово на велосипеде через Тонково и каждый раз заезжала к нам. И вот однажды мы обнаружили у двери целый бидон облепихи. И вспомнили, что говорили при Ларисе о том, что у нас всю ягоду склевали птицы, такая жалость... И вот она для нас сделала такой подарок! А ведь эту ягоду трудно рвать. Так Лариска тронула наши сердца, не забудем никогда... Уверена,чтоонасделалаподобныедобрые вещи много раз и многим людям. Я часто раздумывала, как достойно она живет. Ведь, казалось бы – не сложилась личная жизнь, и другие на ее месте исплакались бы, изнылись, как все плохо... А Лариса делала добрые дела, имела свою гражданскую позицию и боролась, как могла с несправедливостью и хамством. Я сохранила большую папку с вырезками из газет ее статей. Лариса! Уважаю, люблю и не забуду тебя никогда! Светлая тебе память, дорогая подруга! 2017год
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4