Кольчугинские ести МЫ И ИСТОРИЯ в К ГОДОВЩИНЕ ГИБЕЛИ ГЕНЕРАЛА № 6 (863) 17 февраля 2016 г. 10 17 февраля исполнится 71 год со дня мученической гибели генерал-лейтенанта Советской Армии Дмитрия Михайловича Карбышева в застенках концлагеря Маутхаузен. В 2014 году в одном из гуманитарных ВУЗов Москвы был проведён опрос: «Знакомы ли вам фамилии генералов Власова и Карбышева?». Про Власова слышали почти все, про Карбышева – только трое из сотни опрошенных. Почему? Это меня и натолкнуло на мысль напомнить молодым читателям «Кольчугинских вестей» об удивительном человеке, Герое Советского Союза генерал-лейтенанте Дмитрии Михайловиче Карбышеве. К началу войны Дмитрию Михайловичу было уже 60 лет, он имел звание генерал-лейтенанта инженерных войск, был доктором военных наук и профессором Военной академии Генерального штаба. Дмитрий Михайлович родился 26 октября 1880 года в городе Омске в семье военного чиновника. Он пошёл по стопам отца. В 1898 году окончил Сибирский кадетский корпус, затем Николаевское военно-инженерное училище и в чине подпоручика был назначен ротным командиром в Восточно-Сибирский сапёрный батальон. В 1904–1905 годах участвовал в русско-японской войне. Войну закончил в чине поручика и вернулся с пятью боевыми наградами. В 1911 году он с отличием окончил Николаевскую военно-инженерную академию, после окончания которой был направлен в Брест-Литовск. Там он принимал участие в строительстве фортов Брестской крепости. Во время 1-й мировой войны воевал в составе 8-й армии генерала Брусилова. В декабре 1917 года Карбышев вступил в Красную гвардию. Сражаясь на стороне большевиков, он занимался укреплением позиций в Поволжье, на Урале, в Сибири, на Украине. После окончания гражданской войны Дмитрий Михайлович начал преподавать в Военной академии имени М.В.Фрунзе. В 1934 году возглавил кафедру военно-инженерного дела Военной академии Генерального штаба. Он создал более ста фундаментальных трудов, статей и учебных пособий по различным отраслям военно-инженерного искусства, участвовал в разработке современных средств военной техники и находил новые приёмы их боевого использования. Д.М.Карбышева знали как крупного учёного не только у нас в стране, но и далеко за её пределами. За огромную плодотворную научно-педагогическую деятельность ему было присуждено учёное звание профессора и учёная степень доктора военных наук. В 1940 году ему присвоено звание генерал-лейтенанта инженерных войск. В 1939–1940 годах генерал участвовал в советско-финской войне. Великая Отечественная война застала Д.М.Карбышева в штабе 3-й армии в городе Гродно (Белоруссия). В августе 1941 года при попытке выйти из окружения Дмитрий Михайлович был тяжело контужен в бою в районе Днепра (Могилёвская обл. Белоруссии) и в бессознательном состоянии был захвачен вплен. Д.М. Карбышев начал свой «лагерный путь» в распределительном лагере у польского города Остров-Мазовецкий. Затем в октябре 1941 года в переполненном людьми эшелоне прибыл в польское Замостье. Генерала поселили в барак 11, который впоследствии стали звать «генеральский». Здесь были почти нормальные условия, что было редкостью. Немцы были уверены, что после всего пережитого у выдающегося советского учёного возникнут «чувства благодарности», и он согласится на сотрудничество. Но это не сработало. И в марте 1942 года Карбышева перевели в сугубо офицерский концлагерь Хаммельбург (Бавария). Командование этого лагеря имело чёткую установку – делать всё возможное (и невозможное), чтобы склонить на сторону Гитлера «неустойчивых, колеблющихся и малодушных советских офицеров и генералов». В отношении Карбышева это не прошло. Именно в этот период родился его знаменитый девиз: «НЕТ БОЛЬШЕЙ ПОБЕДЫ, ЧЕМ ПОБЕДА НАД СОБОЙ! ГЛАВНОЕ - НЕ ПАСТЬ НА КОЛЕНИ ПЕРЕД ВРАГОМ». К концу октября 1942 года немцы поняли, что привлечь Карбышева фашистской Германии проблематично. Гестаповское командование приказало доставить Карбышева в Берлин. Генерала поместили в одиночную камеру без окон, с яркой, постоянно мигающей электрической лампочкой. Находясь в камере, Карбышев потерял счёт времени. Сутки здесь не делились на день и ночь, прогулок не было. Но, как говорил он потом товарищам по плену, прошло не менее двух-трёх недель, прежде чем его вызвали на первый допрос. К удивлению Дмитрия Михайловича, его встретил не тюремный следователь, а известный немецкий фортификатор Гейнц Раубенгеймер. Профессор вежливо поприветствовал пленника, выразив сожаление за причинённые неудобства, затем достал из папки лист бумаги и начал читать заранее подготовленный текст. Советскому генералу предлагалось освобождение из лагеря, полная материальная обеспеченность. Карбышеву будет открыт доступ во все библиотеки и книгохранилища Германии. Все чины германской армии будут относиться к Карбышеву как к генерал-лейтенанту инженерных войск германского рейха. Внимательно выслушав условия «сотрудничества», Дмитрий Михайлович спокойно ответил: «Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту сторону, которая находится в состоянии войны с моей Родиной». Подобного упрямства немец не ожидал. Карбышеву начали давать солёную пищу, после чего отказывали в воде. Заменили лампу – она стала такой мощной, что, даже закрыв веки, глазам не было покоя. Они начали гноиться, причиняя мучительную боль. Спать почти не разрешали. И когда казалось, что он начал «скисать», снова приходили с предложением сотрудничать. Ответ был тот же – «нет». Так продолжалось без малого полгода. После этого по этапу Карбышев был переведён в концентрационный лагерь Флоссенбург, расположенный в баварских горах, в 90 км от Нюрнберга. Он отличался каторжными работами особой тяжести, а бесчеловечное отношение к заключённым не знало предела. Узники с утра до ночи работали в гранитных карьерах под наблюдением эсэсовцев, вооружённых хлыстами и пистолетами. Малейшая провинность вызывала у надсмотрщиков бешеную ярость, избиение хлыстом. Часто слышались выстрелы. Стреляли прямо в затылок. Один из советских офицеров вспоминал уже после войны: «Однажды мы с Дмитрием Михайловичем работали в сарае, обтёсывали гранитные столбики для дорог, облицовочные и намогильные плиты. По поводу последних Карбышев вдруг заметил: «Вот работа, доставляющая мне истинное удовольствие. Чем больше намогильных плит требуют от нас немцы, тем лучше, значит, идут у наших дела на фронте». В августе 1943 года Карбышев был переведён в Нюрнберг и помещён в тюрьму гестапо. Затем последовали Освенцим, Заксенхаузен, Маутхаузен – лагеря, которые навеки войдут в историю как памятники самых страшных злодеяний фашизма. За 3 месяца до вступления нашей армии в Берлин 65-летнего Карбышева переводят в лагерь Маутхаузен, где он и погиб. В ночь с 17 на 18 февраля 1945 года Д.М. Карбышев погиб во время массовой расправы нацистов над узниками – мести за организованный ими побег двухнедельной давности. Из душевой, куда нацистские палачи пускали то ледяную воду, то кипяток, измождённые люди были выгнаны обнажёнными на ночной холод. При свете прожекторов их обливали из брандспойтов ледяной водой, которая при температуре 10 градусов мороза покрывала тело ледяной коркой. Последние слова генерала были: «Бодрее, товарищи! Думайте о Родине и мужество не покинет вас!» 16 августа 1946 года генерал-лейтенанту Дмитрию Михайловичу Карбышеву «За исключительную стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецкими захватчиками в Великой Отечественной войне» было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Л. ПУЗАНОВА ОПЕКА УОжшЛВ ТУЛП ÂÚflÏ... «Боюсь, что разговор у нас получится довольно пессимистичный», - говорит заведующий отделом опеки и попечительства Управления образования администрации Кольчугинского района ВАЛЕНТИНА НИКОЛАЕВНА ОРЕШНИКОВА. А говорить мы собираемся об алиментных обязанностях граждан, лишенных родительских прав, по отношению к своим детям. На 1 января текущего года на учете Управления образования состоит 144 ребенка, имеющих статус детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей. Из них 78 детей имеют право на обеспечение со стороны родителей в виде алиментов. К большому сожалению, только 37 из них получают эти выплаты фактически. И такой процент выплат, по словам Валентины Николаевны, наблюдается из года в год. Лишь семи детям родители согласились выплачивать алименты добровольно, кто-то имеет уважительную причину временно их не выплачивать (например, декретный отпуск), остальным были предъявлены исполнительные листы. Кстати, нахождение родителя в местах лишения свободы тоже по закону считается уважительной причиной, чтобы не платить своему ребенку алименты. Она вынимает из папки множество листов с отпечатанными на них столбцами цифр. Это статистика выплат за истекший год, подготовленная судебными приставами. Первая графа – название месяца, вторая – сумма выплат за этот месяц. Иногда в этой графе можно увидеть трех- , а то и четырехзначные числа. Но чаще она целиком состоит из нулей. В отношении шести «уклонистов» в 2015 году судебными приставами были возбуждены уголовные дела по ст.157 УК РФ, были вынесены соответствующие приговоры – до шести, до восьми месяцев исправительных работ. Шестеро человек находятся в розыске. «Чтобы наша картина была полной, отдельно скажу про тех тридцать семь человек, которые фактически вроде бы осуществляют выплаты, - говорит Валентина Николаевна.- Без долга по алиментам среди них всего семнадцать человек, включая тех, кто в добровольном порядке платит по тысяче рублей в месяц. Что можно купить ребенку на такие деньги? Что же касается долгов, то самый маленький из них составляет около 22 000 рублей, а самый большой – 620 000 рублей, в то время как выплаты некоторых из них составляют от силы 250 рублей в месяц, и все. И по закону его уже нельзя привлечь к ответственности, ведь он платит! Среди таких должников не только отцы, но и матери детей». Можно ли считать, что алиментные обязанности этими людьми выполняются удовлетворительно? Едва ëè… Справедливости ради еще раз поясним, что речь здесь идет не о тех родителях, которые, сочтя нужным расторгнуть брак, продолжают вести социально приемлемый образ жизни и исполняют родительские обязательства, а о тех, кто по тем или иным причинам был лишен родительских прав. Но не обязанностей. Как поясняет В.Н. Орешникова, на стопроцентные алиментные отчисления можно рассчитывать только в том случае, если исполнительные листы направляются по месту работы должника, и деньги перечисляются ребенку, не попадая в руки нерадивого родителя. Впрочем, по опыту работы сотрудники отдела опеки и попечительства не ждут многого от этих родителей. Многие из них злоупотребляют спиртными напитками, не работают или работают от случая к случаю, проявляя крайне мало заботы о своих детях. У некоторых из них дети были отобраны при непосредственной угрозе жизни и здоровью. Со слов Валентины Николаевны узнаем, что грязные, неухоженные, голодные ребятишки, спящие на голых, гнилых, без постельного белья, матрасах – это не следствие прокатившейся по стране войны, не общий низкий материальный и культурный уровень населения, это жизнь, созданная детям их родителями. И эти семьи живут сегодня рядом с нами. «Могу сказать сразу, что работа с «уклонистами» ведется колоссальная, - поясняет Валентина Николаевна. - В ходе межведомственного взаимодействия учреждения и ведомства, входящие в систему профилактики социального сиротства, среди которых Комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав, полиция, медики, учреждения образования, социальная защита, Центр занятости населения, отдел опеки и попечительства, задействуют весь арсенал своих средств, но его не хватает! Мы выходим в семьи, разговариваем, призываем к совести, помогаем найти работу, полечиться, направить детей, если необходимо, в Центр социальной реабилитации, собрать документы на материальную помощь или иные полагающиеся по закону льготы. Как оценивать нашу работу? По оценкам многочисленных проверок, она осуществляется так, как это установлено законом, однако сами мы видим, что всего, что мы делаем, недостаточно, чтобы в корне изменить ситуацию». Быть может, здесь давно назрело какое-то радикальное изменение отношения общества к таким людям и, как следствие этого, серьезные изменения в законодательстве? Если проанализировать статью 157 Уголовного Кодекса РФ, можно увидеть, что наказание, предусмотренное законом нерадивым родителям, поставившим преступной небрежностью под угрозу здоровье и жизнь своих детей, слишком гуманно, мягко – наказывается исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на тот же срок, либо арестом на срок до трех месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года. Более того, только 45% незначительных доходов от их принудительной работы идут на покрытие долгов по алиментным обязательствам и часть денежных средств в доход государства. Как в данном случае учитываются интересы ребенка? Разве что как некий фактор воздействия на родителя: не хочешь на исправительные работы – плати! «Большинство таких родителей почему-то думают, что государственного обеспечения их детям достаточно, - с горечью говорит Валентина Николаевна. - А может быть, и ничего не думают эти люди, многие из которых состоят на медицинском учете как алкоголики либо должны быть поставлены на такой учет. У них очень быстро вырабатывается психология потребителей, ожидающих от государства полного материального обеспечения. Это люди, которым никто не дорог! Мы раз за разом пытаемся что-то изменить в их жизни, помочь, но по опыту видим, что помочь можно лишь тем из них, кто сам готов взяться за исправление своей жизни. А количество таких людей ничтожно мало, в то время как другие состоят у нас на учете по десять ëåò…» Завершая беседу, Валентина Николаевна говорит, что хотела бы со страниц газеты поблагодарить кольчугинцев за их неравнодушие к чужой беде: «Нам звонят, приглашают побывать в той или иной семье, где родители пьют, а детей часто видят голодными, неухоженными, а то и со следами побоев. Благодаря таким людям мы вовремя успеваем прийти на помощь детям! Спасибо!» Н. ЛУШИНА
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4