Кольчугинские вести ПРАЗДНИК № 23 (829) 17 июня 2015 г. 3ч=“2*= «Душевный человек и настоящий профессионал своего дела», - так характеризуют коллеги-медики Веру Николаевну Кузьмину. Совсем недавно она покинула свой пост - терапевта участка №1 - и ушла на пенсию. Ее медицинский стаж составляет 40 лет 10 месяцев и 7 дней. И все дни, месяцы и годы трудового стажа Вера Николаевна проработала в одном месте – в поликлинике №1 Кольчугинской Центральной районной больницы. - Вера Николаевна, почему Вы выбрали медицину? - В моей семье много медицинских работников. Было девять врачей и одна медсестра. - То есть была династия? -Нет, династии как таковой не было. Мои родители – инженеры лесного хозяйства. Но, например, мой дядя и его жена - врачи, родной и двоюродный братья - врачи. И разговоры на медицинские темы присутствовали в моей семье с детства. - Где Вы учились? - В 1977 году я закончила1-й Московский институт имени Сеченова. А потом вернулась работать в родной город Кольчугино и проработала здесь всю жизнь. - Вы не жалеете о своем выборе? Ведь это трудная ïðîôåññèÿ… - Человеческая жизнь и здоровье имеют огромную ценность. И цель медицины – сохранять это здоровье насколько âîçìîæíî...… К сожалению, не все зависит от врача. Если пациент ведет нездоровый образ жизни, пьет, курит, переедает или, наоборот, плохо питается, никакой врач здесь не поможет. Больно видеть, что часто молодежь гробит свое здоровье ñìîëîäó...… Я как врач честно выполняла свои функции и сделала для своих пациентов все, что могла. - А что самое сложное в профессии врача? - Надо очень сильно любить людей и иметь огромный запас терпения. Больной человек и накричать может, и нахамить. Бывают вспышки заболеваний, большие очереди, много вызовов на дом, тяжелые ñëó÷àè...… Важно продолжать работу и делать ее качественно в любых, даже стрессовых условиях. - Как Вы оцениваете ЦРБ? - Я счастлива, что мне удалось поработать со многими замечательными медиками, врачами и сестрами. Я думаю, что у нас был хороший коллектив. С моей медсестрой на участке Нестеровой Раисой Александровной мы проработали вместе 38 лет и ушли на пенсию в один день. Но есть явление, которое меня беспокоит. - Какое? - Теряется преемственность поколений. Я имею в Речь пойдет об аттестации на высшую категорию в профессии. Но ей предшествует первая категория. Вот уж тут у меня никак не обошлось без кумовства. Так как при этом были нарушены основные правила, которые действовали, если хирург претендует на первую категорию. Стаж работы по профессии должен быть не менее 8 лет. И претендент представляет в аттестационную комиссию облздравотдела отчет о работе за 3 года. У меня был стаж 7 лет. А в отчете анализировалась работа только за ïîëãîäà… Почему так? С большим желанием и энергией я начал работу здесь в 1970 году тотчас после окончания клинической ординатуры по общей хирургии в г. Горький. Почти жил в больнице. Так как совмещал на полставки еще в должности анестезиолога. Коих было всего 2 человека. И мы по неделе дежурили по экстренной помощи на дому. За полгода я успел сделать 200 операций и заболел туберкулезом левого легкого. Если точно, то операций было 196. И на год выбыл из строя. До сих пор не знаю, кто именно ходатайствовал за меня на аттестацию на ту первую категорию. Это могла быть главный врач ЦРБ фронтовичка Анна Александровна Шибалова или тоже фронтовик и после тяжелого ранения зав. хирургическим отделением ЦРБ Михаил Дмитриевич Новиков. Но официальное приглашение прислал главный хирург облздравотдела Алексей Харлампиевич Орфаниди. Помню такой мне вопрос: «Что вы лично привнесли нового в работу отделения?» Это была холангиография на операционном столе при удалении желчного пузыря с камнями. Другое было время. УЗИ не было. Оперировали больных с большим и даже порой огромным стажем болезни в 2 десятилетия! Возвращаясь к заявленной теме, отмечу, что начиная с 1966 года в Андреевской поселковой больнице на 100 коек, я одновременно выступал в роли и анестезиолога, и в роли хирурга. В Судогде еще не приехал со специализации первый анестезиолог Виктор Зайцев. У меня же схематично это было так: вводил больного в наркоз; далее интубация трахеи и подключение к наркозному аппарату, устанавливал параметры газовой смеси в наркозном аппарате, и далее наркоз проводила мною обученная, очень толковая и знающая медсестра. Теперь их называют анестезистками. Их специально учат. Моя медсестра, как и я сам, тогда работала исключительно «за интерес». Далее я мылся на операцию, начинал ее и по ходу действа «суфлировал» медсестре как параметры газовой смеси, так и кратность введения курареподобных средств, применение которых наполовину облегчает хирургу точное исполнение хода операции. Заканчивал ее, опять становился анестезиологом и выводил больного из наркоза. На 1 мая 1966 года в гости к врачу нашей больницы приехал его ВУЗовский друг. Студент-шестикурсник Витя. Так случилось, что в этот день я оперировал больного с прободной язвой желудка. По вышеуказанной схеме. Студент Витя был восторженно удивлен. Примерно через 10 лет главный врач ЦРБ А. Моргунов пригласил меня здесь на должность его заместителя по медицинской части. На одном из совещаний во Владимире я увидел на трибуне начмеда областной больницы Виктора Викторовича Лазарева. Конечно, это был тот самый студент Витя. Еще лет через 10 или 15 он становится главным хирургом облздравотдела. Я же через 5 лет оставил должность начмеда и стал рядовым хирургом. Да, я не смог стать правой рукой нового главного врача ЦРБ В.Е. Хренова. О чем сказал ему откровенно за полгода, что работаю только до отпуска. Мы оказались слишком разными. Настолько, что я утратил удовлетворенность трудом. Это – главное, что удерживает человека на данной работе. При наличии выбора. Выбор у меня был. Шли годы. Раз в 5 лет я готовил отчет о работе за 3 года и направлял его в аттестационную комиссию. Мне заочно подтверждали первую категорию. Зимой 1998 года после сдачи годового отчета заведующий хирургическим отделением С.В. Савельев сообщил мне, что имеет поручение от главного хирурга 4 Материал подготовила Т. МОРОЗОВА, фото автора виду передачу профессионального опыта молодым сотрудникам, приходящим на работу после институтов. Говоря проще – их просто нет. Молодые не идут работать в больницу или быстро уезжают в Москву, где зарплаты значительно выше. Большинство работающего сейчас медперсонала – люди пенсионного возраста. Я не знаю, кто будет лечить людей, когда это поколение старой закалки уйдет. И жаль, что их опыт остается невостребованным. Когда я была молодым специалистом, нас всегда поддерживали, советовали, делились знаниями. Я с благодарностью вспоминаю, например, Тортеву Галину Федоровну, заведующую терапевтической службой. Она была наставницей для многих молодых врачей. - А какие-то светлые перспективы у сегодняшней медицины есть? - Ну, конечно, есть и позитивные изменения. Появилось новое оборудование для более точной диагностики заболеваний, новые лекарства и препараты. На курсах повышения квалификации, которые каждый врач проходит раз в пять лет, идет поток информации о новом в медицинской науке. Медицина не стоит на месте, развивается. Хотелось бы напомнить, что есть возможность прохождения бесплатной диспансеризации за определенный период времени. Почему-то кольчугинцы и особенно пенсионеры мало используют эту возможность. А ведь болезнь легче поддается лечению, если ее определить на ранней стадии заболевания. Да и профилактические меры не помешают, если какой-то орган ослаблен и анализы показывают отклонения от нормы. - Ваш любимый вид отдыха? - Я люблю природу, уединенный отдых, где можно восстановиться после чрезмерного и утомительного общения с людьми. Я никогда не ездила в санатории. Процедур и врачебных назначений мне хватало на ðàáîòå...… - Какие планы на пенсию? - Я хотела бы больше времени уделять моим близким людям, внуку. Он пока посещает садик. Но впереди школа, и я бы хотела помочь ему легче войти в школьную жизнь. - Вы бы хотели, чтобы он был врачом? - Это его жизнь и его выбор. Я хочу, чтобы он был в согласии с собой, выбрал профессию по душе. Это главное. - Что бы Вы хотели пожелать кольчугинцам и Вашим пациентам? - Конечно же, крепкого здоровья! И того же, что и внуку – быть в согласии с ñîáîé…... облздравотдела передать мне, чтобы я готовился к аттестации на высшую категорию. А через неделю добавил, что главный хирург употребил для этого «обязательно». Был год очередной переаттестации. Я задумался. Повышение аттестации всегда начинается с ходатайства об этом главного врача больницы. У меня были нормальные отношения с В.Е. Хреновым. Но уже тогда мне нравились слова автора романа «Мастер и Маргарита»: «Никогда к ним не ходите и ничего у них не просите!» Я жил по этому правилу. И все же в роли просителя я - в кабинете главврача. Только заикнулся об информации, полученной мной от С.В. Савельева, как Владимир Егорович меня перебивает: «А он мне и сказал это при сдаче годового отчета». И при мне пишет ходатайство. Аттестационная комиссия для врачей области проводит заседания только дважды в год. В сборе вся коллегия облздравотдела, в коридоре – взволнованные соискатели категорий. Длинный стол с членами коллегии, наделенными правами задавать любые вопросы соискателю. На одном торце стола – председатель комиссии, на другом сажусь я. Зачитываю мою анкету. Тут мне бояться нечего: у меня за жизнь последипломная подготовка – это 38 месяцев учебы с выездом на базы усовершенствования. После этой процедуры сразу встает главный хирург облздравотдела Виктор Викторович Лазарев и произносит только одну эту фразу: «Я много лет знаю Смирнова как хирурга и как человека и вношу предложение не задавать ему больше вопросов!» Члены коллегии согласились. Я вышел. В коридоре один общий для всех вопрос: «Что спрашивали?» Отвечаю: «Ничего». Не верят. Но все было именно так. Через 5 лет была переаттестация. Новый главный хирург, которого увидел впервые в жизни и не запомнил его фамилии, были и âîïðîñû… Высшая категория мне подтверждена. Это был уже 2003 год, ровно за год моего прощания с хирургией, коллегами. А. СМИРНОВ Июнь 2015 г.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4