Кольчугинские ести в МЫ И ИСТОРИЯ № 2 (656) 18 января 2012 г. 4 В прошлом номере «КВ» мы начали рассказывать об участии двух представителей школы №7 - куратора поискового направления клуба «Витязь» Ирины Алексеевны Викторовой и президента детского объединения «Республика «ШИК» Алины Ушановой в составе тамбовского отряда «Альтаир» в поисковых работах в Сухиничском районе Калужской области. Сегодня мы расскажем еще об одной поисковой экспедиции, в которой тоже приняла участие Ирина Викторова. Местом работы поисковиков стали небезызвестные аджимушкайские каменоломни, что расположены в районе города Керчь. Здесь в годы войны попали в окружение, погибли и пропали без вести около 17 тысяч воинов. Многие из них до сих пор не нашли покоя в родной земле... Ирина, не раздумывая, дала свое согласие на участие в этой экспедиции. Ей предстояло в числе женского отряда «снегурочек» (их называли так, потому что приходилось работать на огромной глубине и в холоде) разгребать тырсу (пыль, крошку) каменоломен в поисках личных вещей, останков, архива батальона, который сдерживал немцев, не давая им прорваться к Киеву. А поможет нам воссоздать реальную атмосферу работы поисковиков дневник одного из членов поискового отряда. Итак... Пишу в блокнотик Впечатления вдогонку, Когда состарюсь, Издам книжонку. Тырса и бут нам греют душу, А камни неподъемные Кувалдой я разрушу. 30 июля, суббота В 3 часа выезд Ага! Разбежались! Выехали часов в 5, загрузились, заехали в церковь (уж не как не меньше чем на полчаса), водичкой обрызгали нас и машинку поехали! Забрав по пути родственников водителя, завезли их в какую-то деревню с гусями (они там реально огромными стадами ходят), чуть подальше Карлана. В Воронежской области первый питстоп Поле с подсолнухами, шашлычница, краник с водой, мужик сытинкой выбирает себе арбуз из кучи, сваленной дальнобойщиками. Мыслинки - взять с собой пару ягодок - конечно же, проскочили в головах, но!... Выскакивать каждый час из «Форда» в полусогнутом состоянии, на бегу расстегивая штаны, уж это никаким боком не удовольствие (даже пиво не такое зло, как арбузы в этом плане). Едем в ночь. Автобус хорош. У нас раскладывающиеся кресла, DVD, люк и водитель все включено. 31 июля, воскресенье Ночь. Люк закрыт. Кресла разложены. За окном шумит дорога, поблескивая временами огнями недалеких сел и вывесками придорожных кафешек. В салоне «телевизор». Смотрим фильмы урывками. Кто-то пялит туда глаза всю ночь (по крайней мере, уверяет, что почти не спал). Фильм «Тихая застава». Через полчаса актеры стали себя плохо вести прыгать с места на место, заикаться (ну с кем не бывает). Включили кино про погранцов, неплохо поспал под выстрелы и разрывы гранат. Затем до утра гоняли фильмец про десант в тыл врага с целью наведения постоянной радиосвязи. 7:35. Вижу море! Издалека оно мутновато-зеленое, дорога словно упирается в него, пошли песчаные пляжи, обросшие кемпингами и мотельчиками. Доехали за 17 часов, останавливаясь по пути справить технологические и физиологические нужды. 9:30. Порт-Кавказ. Ожидание регистрации и парома на противоположный берег, сидение, где попало, шатание от ларька к ларьку, проход через границу; таможенники немного докопались до сурового 15-летнего Эдика в паспорте и «строительной» палатке с касками. 11:30. Российский берег теперь нам только снится. Наши ноги на железном полу парома большой такой плот с П–образной палубной надстройкой, под нее заезжает порядка 20 машин. По бокам у бортов люди со скарбом, детишками и прочим барахлом, всем раздают иммиграционные карточки, воркочут моторы, свежий бриз треплет волосы и футболки с платьицами В сопровождении чаек мы причаливаем на украинском пирсе, минут через 20 после отплытия. Украинские таможенницы в юбках, темно-зеленых жакетах и беретках с национальным флагом без прикрас, им очень идет эта форма (еще бы, такие симпатичные личики и все остальное). Здесь спокойнее, чем в России, меньше суеты и шума. Небольшая передышка, перекуска и запивка. Меняем деньги. Кидаем рюкзаки в машину мужика, любезно согласившегося довести нас за сотню «с рыла» прямо туда, куда нам надо, 20 минут - и мы на месте. Дороги такие же ушатанные, как и в России, но ни одного мента не видно, зато машины с пометкой «Rus» примелькались (понаехали тут). В Аджимушкае музейный комплекс обелиск, прямо под ним вход в центральные (большие) каменоломни, точнее, в их музейную часть. Через дорогу пару домиков «музейных работников» с небольшим садиком и сараями для инструментов, рядом киоски продуктовый и сувенирный, в двух шагах от них небольшая экспозиция (стоит мотоцикл, пушечка, пулемет и еще какой-то шмурдяк), неподалеку остановка автобуса и стоянка для машин. С холмов видно море и Керченский порт. До лагеря добираемся минут 5 (нас встретили Владимир Владимирович Симонов и Женек Вискер, он же и повел нас до места нашего, последующего двухнедельного пребывания). Дотащили барахло, стали думать, где раскладывать и ставить палатку, разразилась дискуссия (пустословие в чистом виде), в ходе которой было принято решение (наконец-то) первую ночь провести в пещерах. Лагерь находится в районе «малых» каменоломен, которые больше «больших» раза в 2, а большими названы лишь потому, что во время войны большая часть народа, спустившегося под землю, обитала именно там. По тропинке, проходящей мимо двух скал ракушечника, поросших колючками и засохшей травой, мы вошли в каменоломни. Слева в небольшой пещерке расположились ростовчане, немного астраханцев и волгодонские. Направо вела полукруглая каменистая тропка (ну почти винтовая лестница), мы попали в кухню (наверное, все-таки, столовую). Каменный «стол», покрытый деревянными щитами, вдоль него камни с расстеленными на них сидушками, картонками и карематами, служащие стульями. Влево и чуть поодаль в пещере стоит еще палатка (она чуть позже уехала выше), там решили и поставить (как оказалось, на первое время). Едва мы разбили лагерь, нас пригласили в музей на экскурсию, ну мы пошли, чего делать-то, не сидеть ведь целый день, как болванчики (хотя и до моря дойти почти все были бы не прочь но это потом). Мемориал. Спускание вниз по бетонной лестнице Подвижная железная дверь. За ней еще один лестничный пролет, внизу темнота и холод, экскурсовод включает свет, отправляемся. Музейных комнат немного, все они детально и довольно реалистично сделаны и оформлены. Не буду описывать экспонаты и атмосферу, нужно просто тут побыть Данные противоречивы от 5 до 15 тысяч человек существовали здесь с мая по октябрь 1942 года, под конец осады осталось всего 7. Под постоянными бомбежками, обстрелами и газовыми атаками при нехватке воды, пищи, света и медикаментов они полгода давали отпор врагу, держа немцев в постоянном напряжении, оттягивали на себя силы противника Бойцы, держащие бетонный свод, позади. Идем в «дикие каменоломни». Постоянные экспедиции в Аджимушкай начались в 80-х годах (вообще, раскопки ведутся с 1972 года, местные «копать» начали и того раньше). С этого времени много находок, скрывающихся в беспросветных, сырых коридорах подземелий, найдено лопатами и руками поисковиков, и каждая находка таит в себе секрет, который по цепочке выводит к следующему открытию. Выходим из пещер в сумерках, полные впечатлений от показанных мест, где некогда обитали люди, и от нескольких историй, довольно пугающих, но правдивых (по теории вероятности будем считать, что хотя бы одна имела место быть), а еще от «мертвой тишины», которая бывает только в этих местах. Несколько десятков метров извилистых тропинок в сопровождении стрекота кузнечиков, и мы опять в лагере. Ужин. Подведение итогов. Нас около 40 человек Астраханский, Мордовский, Ростовский, Тамбовский отряды, конечно же, местные поисковики. Уверен - эта экспедиция многим (имеется в виду насыщенность событиями, а не количеством людей) запомнится, и не только объемом тырсы и камней, перекиданных за 2 недели (экскаваторы, рабочие на рудниках и солдаты стройбата отдыхают). Здесь не те вахты, к которым мы привыкли. В Аджимушкае нет цели найти останки, и захоронений при параде здесь не будет, и командиры отрядов здесь не командиры вовсе (хотя для командования им оставили нерабочее время). Основная ответственность на старших участков, а основная цель военно-археологической экспедиции (читай, несравненно круче, чем вахта памяти) - восстановление полной картины событий, произошедших в каменоломнях в 1942 году, посредством установления основных мест жизнеобеспечения и командных пунктов для поддержания деятельности людей под землей и обороны укрепленных укрытий. 1 августа, понедельник Начало конца лета. В Тамбове вода день ото дня будет становиться все холодней, а у нас море, тут по фигу, только кажется мне, что сегодня туда мы не попадем, палатку придется переносить наверх из-за возмущений женской половины сыро, мол, темно, страшно и холодно Дамочки, вы не на курорт приехали ну да ладно, притворимся дамскими угодниками, море никуда не убежит, а вот женщины запросто психанут, ищи их потом по каменоломням (заблудших собачек, мертвых школьников и белых старушек там по ночам можно встретить немало). Начинается рабочая страда. Раскопки в каменоломнях 30 человек! Два шага вперед (благо на всех сегодня наряд прислали)! Понямкали макаронков, выдвигаемся. Сперва к музею, инструменты и командование там. Сегодня (как потом оказалось, и всю экспедицию) работаем в предполагаемом районе нахождения штаба 2-го батальона. Место работы этакое каньонистое ущелье, того и гляди - выскочат индейцы со стрелами, но выскакивает Стас и кричит, чтобы все спускались (к началу экспедиции склон был довольно пологий). Рабочий день фиксированный - с 9 до 17, в час перерыв на обед. Разбираем завалы. В ход идут ведра, лопаты и кирка (кайло) с кувалдой, соседи через завал пилят камни ножовкой (не-а, они не сумасшедшие, там реально крутые ножовки, если какому-нибудь дереву показать такую ножовку, оно сломается без вопросов), Леха возит тачку, груженую камнями, по коридорчику к бытовке (где-то умудрился за одно утро отхватить права и доверенность). Каждый час 10 минутный перекур. Порода, которую мы долбим, обрушиваем и таскаем, называется ракушечник миллионы мелких раковин умерших моллюсков скапливались на дне, образуя толщу породы (с триасового по юрский период на месте Крыма плескался океан). Находок немного деревянные остатки дверей и ящиков, гильзы, патроны, раскиданные вперемешку останки людей и лошадей, пара гранат. У команды «снегурочек» (работают совсем не в жарких местах) дела обстоят примерно так же. Идем на море? Ни фига себе! Идем, идем, вниз минут 40, опля! Выходим прямо к Керченскому порту. Красавец! Галька? Песок? Да хренота какая-то непонятная. Купаются одни старушки (а, ну да, про нас забыл), остальной народ сидит за столиками (довольно-таки основательными) прямо на «пляже», который отгорожен от проезжей части кованой оградкой. Около каждого столика мангал (по ходу основания ножек забетонированы и врыты в землю), «пляж» даже больше похож просто на рощицу у берега моря, бабульки с пирожками по 3 гривны (капуста, абрикосы и творог), все неторопливо и ненавязчиво, мусора почти нет (ясен пень, урны через каждый шаг). Вода довольно прозрачная и теплая, как, впрочем, и ожидалось. Купаемся. Проплыл метров 50 Нырнуть, что ли, дно нащупать? Набрал воздуха в грудь на фига спрашивается? Воды по горло. Накупались кое-как, но море оно и есть море, это вам не лягушатник у «Титаника», несмотря на близость порта, не пойми какое дно и куча говнистых водорослей, купаться здесь несравненно приятнее. Надо успеть к ужину. Назад дорога в гору, справа идут трубы отопления, слева дома, местами растет шелковица, алыча и грецкие орехи (жаль, только в сентябре созревают), переходим две узкоколейки, сотню метров по поселку, забираем вправо от остановки, затем вверх до обелисков, пять минут по тропинке, ставим палатку (место корявое и бугристое, но куда нам, подневольным и без паспортов, деваться), спускаемся поесть при свечах, немного разговоров и спать. Ночь - лучшее время. 2 августа, вторник День ВДВ. Наверное, единственный военный праздник, который без балды знает и 90% не ВДВшников (спросите про тот же день ВМФ, вам, в лучшем случае, промычат что-нибудь невразумительное). День обещает быть солнечным. Проснулись, позавтракали за ВДВ! Погнали на работу, камешки в ущелье ждут-не дождутся звуков пилы и кувалды. В лагере остался наш добрый наряд Эдик и Елена Геннадьевна заслуженные работники пищезаготовительного труда. Работаем, работаем, работаем за ВДВ (а что еще написать про однообразную работу?)! Борщеца пару чашек за ВДВ (а как иначе: по одной будете за связистов и пехоту есть?)! Работаем, работаем, работаем! До полшестого за ВДВ! Надыбали откуда-то два резиновых рюкзака по 20 литров, каждый (если их можно вообще назвать рюкзаками, больше похожи на клизмы для лошадей) налили, доперли до лагеря за ВДВ! Время 7 часов, до моря 45 минут ходьбы, сгоняли искупаться на 15 минут, пришли прямо к ужину (молодцы! не иначе), и как вы догадались заВДВ! Десанту вручили пиво «Десант» (начало отсчета морального разложения отряда в этой экспедиции) и искупали в «фонтане» из кружки за ВДВ! Отбой!!! Желторотые птенцы! Играем в 3 скрипа! 3 августа, среда Вяло. Вяло проснулись. Вяло пошли (не быстрее, чем стреляные утки). Работаем тоже вяло. Темный день какой-то (даже загорать не полез). Как и предыдущие два дня, занимались разбором завалов. Мишаня, Дизель, Олег, Николай Андреевич, Макс, Антон, Санек это наша группа; Стас, Леха, Дока, Эдик, Серега «красный», Генджибай, двое Вовчиков и Михаил взяли себе второй фронт. После обеда (знатной гороховой кашесупа куча аплодисментов и все такое) приехала знакомая личность (тезка, между прочим), партийное прозвище «Дядя», с ним еще пара киевлян и две дочки. Работаем чуть меньше обычного. Едем на море Азовское, местечко Юркино 20 минут езды и нехилый спуск с холма (третий раз жалею, что не взял велосипед). Песчано-каменистый берег вперемешку с ракушками и мусором, НАСТОЯЩИЕ МОРСКИЕ ВОЛНЫ! На якорях качаются рыбацкие кораблики, стоят сети, на них сторожевые бакланы (даже когда подплываешь совсем близко, они не думают улетать, хоть за ноги хватай), около пляжа кружатся чайки и прочие морские вяколки. Добрая девочка сперла нам три мороженых (в наказание за высокие цены, Робин Гуд тоже так делал), купили семян, печенюшек, кукурузки, напитков, организовали «полянку», собрав все стулья в пивнушке к одному столу. Обратно в лагерь вернулись пораньше. Дядя, сославшись на то, что мы не купаемся, вежливо попросил собрать вещи. Не удалось у моря мячик покидать, не беда, играем в «картошку» прямо около музея на полянке (она хороша, если не обращать внимания на розы (а это уж никак не получается, когда мяч улетает прямо в них, с отнюдь не беззащитными шипами), до первых капель дождя. В палатке сыровато, но сносно, да и дожди на юге всегда хороши (не путать со штормами и ливнями в дождливые месяца, сутками напролет). Спим. Завтра будет солнечное утро (на юге всегда так).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4