- Кольчугинские ести вРост поселений в Ильмехотском стане, развитие бобрового промысла и образования уездов Вся территория бывшего Владимиро-Суздальского княжества была разделена на станы: Опольский, Боголюбский, Ильмехотский, Кадиев, Семеновский, Шуткин, Золотой, Сорогожин, Кузьмин, Мерьский. Наиболее обширную центральную часть территории бывшего княжества занимали станы: Опольский, Боголюбский и Ильмехотский, расположенные к северу от реки Клязьмы. Из писцовых книг XVI века и «Описания церквей и приходов Владимирской епархии» можно узнать, что наиболее древним и мало изученным был Ильмехотский стан. Он имел довольно большую территорию, простирающуюся с севера на юг по обе стороны течения реки Пекши. Северная часть стана граничила с переславскими землями – Мерским станом. Южная часть Ильмехотского стана простиралась до реки Клязьмы. Северо-восточная граница доходила почти до реки Колокши и граничила с Опольским станом, а западная граница доходила почти до реки Киржач и граничила с Кадиевым станом. С севера на юг Ильмехотский стан простирался на 90100 км, а с востока на запад примерно на 60 км. Длительное время почти вся территория была покрыта непроходимыми лесами. Еще в середине 19-го века на территории нашего района произрастали «мачтовые» леса. Вот как об этом написано в «Памятной книге Владимирской губернии» за 1862 год: «В пределах Юрьевской округи от реки Шерноги (Шерны) и до Пекши растут лучшие еловые леса. По берегам Ильмехты (Ильмехши, Ильмовки) в дачах помещика Бехтеева (село Дубки) растет удобный для мачт лес. Вообще о всех лесах должно заметить, что между ими редко попадаются деревья, имеющие в отрубе 8 вершков, кроме лесов мачтовых». Сегодняшняя территория Раздольевского поселения вобрала в себя всю центральную часть старинного Ильмехотского стана с бывшими центрами стана и старинным селом Дубки. В начале XVI века на территории бывшего Владимиро-Суздальского княжества сложились Александровский, Владимирский, Муромский, Переславский, Суздальский, Юрьевский и другие уезды Московского государства. В этот период отдельные волости и станы могли входить в один и тот же уезд. Некоторые из уездов были по территории обширнее, чем станы. Название территории «уезд» происходит от слова «езда», т.е. местность (территория), которую можно было в течение светлого дня объехать на лошади. Так, В.О. Ключевский считал, что «уездом» первоначально называлась территория, по которой князь ездил для сбора кормов и дани, а В.Н. Татищев обозначил этим термином обширные площади территории. Образование уездов в XVI веке было тесно связано с ранними земельными делениями. К ним можно отнести Юрьев-Польский, Суздальский,Владимирскийуезд. Территория нашей местности, на которой ныне расположен Кольчугинский район и город, в те далекие годы, когда зарождались первые поселения, образовывались волости, уезды станы, сплошь была покрыта непроходимыми лесами, с богатым зверьем, а в реках рыбой. В «Памятной книге Владимирской губернии» за 1862 год говорится: «...В упомянутых лесах (имеется ввиду по берегам р. Пекши и Ильмехты) водятся медведи, волки, лисицы, куницы и зайцы, ловлей коих занимаются охотники...» Славились наши реки и обилием бобров, мех которых по указанию Ивана Грозного шел только в казну. Уставная грамота Владимирского уезда Ильмехотского стана Бобровников 16 июня 1537 года указывала следующее: «Се князь Великой Иван Васильевич Всея Руси пожаловал есми Бобровников Володимирских во Володимирском уезде в Ильмехотском стану своими Великого князя деревнями бобровами...» Далее в грамоте перечисляются деревни, ловцы бобров и реки, в которых им ловить, в том числе реки Ворша, Колокша,Пекшаит.д.«АчтодобудутбобровиимбобравезитивМоскве,имоей Великого князя казне шерстью». Упомянутая выше Уставная грамота бобровникам подтверждает, что первые переселенцы-охотники на бобров были как бы и дворцовыми крепостными в вотчине будущего царя Ивана Грозного. Но находились они на особом положении. МЫ И ИСТОРИЯ № 3 (606) 26 января 2011 г. Моей малой родины Материал подготовил В. РЕБРОВ Ни денежной, ни продуктовой подати в вотчину не платили, на барщине не работали. Вместо этого обязаны были ловить пушного зверя и в сохранности доставлять шкурки («шерстью») в государеву казну без вознаграждения за охотничий труд. «...А не добудут бобров и им давати за бобры оброком, с году на год, полтретья рубля деньги, - говорится в Уставной грамоте. - А дати им тот оброк впервые у моей казны моему казначею по Крещенье Христово тот же день лета семь тысяч четыредесять девятого...» Указав на обязанности и ответственность бобровников, великий вотчинник дает им значительные льготы. «...А с городскими людьмы и становыми – говорится далее в грамоте – тем моим бобровникам двора наместника не ставить, ни к дворским, ни к десятским, с тяглыми людьми не тянути, - ни в какие протиры, ни в разметы. А наместники мои Володимирские и их тиуны (привилигированные княжеские слуги), на тех моих бобровников кормов своих не емлют, ни всылают к нам ни почто, и приставов своих на них не дают, ни судят ни в чем, оприч душегубства. А приводчика и их доводчика на них поборов своих не берут, не въезжают к нам ни почто... А через ею грамоту кто что не бобровников возмет, и кто чем изобидит, быть им от меня Великого князя в казну...» Так, в результате активной охоты и занятий бобровым промыслом по берегам рек Пекши и Ильмовки (ранее имевшая название Ильмехша, Ильмехта) зарождались поселения, которые разрастались, носили затем разные названия: починки, займищи, хутора, деревни, села, сельцо, погосты т.д. Эти названия были связаны с количеством дворов и проживающих жителей, административным статусом, наличием дворянских усадеб, церквей и т.д. В первой половине 16-го века началось более активное заселение нашей местности разрастанием уже существующих сел и деревень: с. Дубки, с. Завалино, с. Беречино, с. Троица, с. Козлятьево, с. Снегирево и т.д., ныне входящие в Раздольевское поселение. Началось и возникновение новых. В 1538 году Великий князь Иван Васильевич своей Княжеской грамотой переселенцам даровал на 5 лет соответствующие льготы, и это также способствовало притоку новых переселенцев в поселения Ильмехотского стана. Из княжеской грамоты 1583 года: «...И те де у них села и деревни татарове казанские воевали и выжгли, а людей засекли и в полон поимали. И аз великий князь Иван Васильевич дал семи им на те на села и на деревни льготы на 5 лет от сентября лета 1536 г. до сентября лета 1541г. А велел есми в ту пять лет в тех селах и деревнях дворы ставати и пашны пахати и людей к себе звати добрых, не письменных и не тяглых, и не ябедников, и не татей, и не разбойников и которых из волостей и из городов не выбиты. И кого к себе на те села и деревни призовут людей жити и тем их людем не надо, бе моя великого князя дань, ни ямские деньги, ни городовое дело...» Образование уездов, закрепление земель. Налоги на земли В XVII веке более интенсивно начался процесс расширения территории Владимирской округи, уезда и его разделение на небольшие части. Во Владимирский уезд вошли 18 станов, 17 волостей, 4 дворцовых волости из семи, в том числе и Ильмехотского стана. Этот новый процесс административно-территориальных преобразований был обусловлен необходимостью не только подсчета населения для налогового обложения, но и тем, что на территориях начался постепенный процесс экономического развития, зарождение различных промыслов в деревнях и селах. После смерти Ивана Грозного (1534г.) многие дворцовые земли с деревнями Ильмехотского стана были приписаны к монастырско-церковным владениям или принадлежали помещикам. Монастырские крепостные крестьяне наряду с отбыванием барщины обрабатывали монастырскую землю, выполняли и другие сельхозработы и в то же время платили подати за свои скудные земельные подати. За единицу податного обложения бралась тягоспособность крестьянского двора: «...одна соха плюс один человек, одна лошадь». Со временем эксплуатация монастырских крестьян ожесточилась. Они не могли уходить как прежде от одного крепостника (хозяина) к другому: к тому времени был отменен «Юрьев день». Но вот в середине XVII века крепостная картина меняется, проводится частичная секуляризация монастырско-церковных земель. Она коснулась и Ильмехотского стана. Часть земель переходит в государственную казну, часть разделяется на вотчины и раздается помещикам за выкуп или дарится за заслуги перед государем великим. Если ознакомиться с переписной книгой 1709 года, можно понять, что вслед за секуляризацией крестьяне сел и деревень Ильмехотского стана стали подвергаться более усиленному притеснению. Посошное обложение было заменено подворной податью. Продолжая отбывать барщину, крестьяне выплачивали помещикам налог на землю. Указ Петра I о проведении переписи населения В 1718 году царь Петр I издал Указ, в котором ввел новую форму переписи населения, так называемые «Ревизские сказки», целью которых был переход от подворного обложения налогами к подушной подати. В Указе было сказано: «Взять сказки у всех, дать год сроку, чтобы правдиво принесли сколько у кого в которой деревни душ мужского пола». Ни количество крестьянских дворов в деревнях, ни их земельные наделы «Ревизскимисказками»неучитывались. Начавшаяся ревизия в 1719 году, согласно Указу царя, должна была закончиться в 1720 году, но положительных результатов за столь короткий срок она не дала и была продолжена до 1726 года, но и после этого не было получено точных данных. Последовал новый Указ провести вторично ревизию и в нем строгий спрос: «...всех без разбора укрывателей вплоть до губернаторов заковывать в железо и держать на цепи на весь период разбирательства». Указом царя также было запрещено дробление поместий по семьям и внукам. Вторая ревизия проходила в 17461748 гг. Она была организованной, и все же в некоторых поместьях Стана вскрыли утайки населения, подлежащегоподушномуобложению.Например, такие нарушения были у вотчинников Салтыковых в с. Снегирево. Полученные данные показали 4135290 душ мужского пола, это удовлетворило правительство и позволило определить величину подушной подати не более чем 1 руб. с душ мужского пола (74 копейки в год). Оброк вместо барщины и начало развития отхожих промыслов Начало XIX века показало помещикам, что барщина становится препятствием к развитию деревни, и принудительный труд барщины стал переходить к денежному оброку. Но чтобы добыть денег на оплату помещику оброка, крестьянин был должен где-то их найти, заработать. Что-то продавать из своего скудного хозяйства он не мог. Плохие суглинистые земли Ильмехотского стана даже не давали крестьянским хозяйствам сводить «концы с концами». Урожай основных зерновых культур, в основном, ржи был почти всегда низкий. Не хватало хлеба семьям даже на год. И шли крестьяне, в основном, мужчины на дополнительные побочные заработки, занимались разными дополнительными промыслами в своих поселениях и отхожими - на стороне. В поместьях Ильмехотского стана вопрос зарабатывания денег на стороне решался по-разному. К примеру, помещик Н.И. Салтыков с. Снегирево вынуждал мужиков из деревень своего поместья отправляться в г. Москву на различные стройки, т.к. Москва после нашествия Наполеона и ее разорения нуждалась в мужских рабочих руках. Постепенно крестьяне-отходники освоили профессии плотников, столяров, каменщиков и др. Вотчинники от этого явно выигрывали в том, что раньше их нужно было, порой и силой, принуждать отрабатывать барщину, теперь крестьяне уже добровольно уходили на промысел, зарабатывали деньги для семьи и расплачивались с помещиками за оброк. Из деревень уходили мужики, а женщины и их дети-подростки оставались в деревнях обрабатывать землю, вести хозяйство. Обрабатывали землю, сеяли, собирали урожаи, ухаживали за скотом, заготавливали корма. Осенью обрабатывали лен, а в зимне-осенние дни пряли из него нити, ткали холсты, дерюги, шили одежду. В лесу собирали ягоды, грибы и заготавливали липовое лыко, плели из него лапти, заготавливали на зиму топливо – дрова. Шел век развития в селениях натурального хозяйства, и все, что нужно было для жизни крестьянской семьи, для содержания дома, не приобреталось на рынке, а изготавливалось в самом крестьянском хозяйстве. Возвращались мужчины с отхожих промыслов и спешили расплатиться с помещиками и оставить средства для своей семьи. Порой денег хватило только, чтобы расплатиться, и не оставалось для семьи. К примеру, помещик Салтыков собирал оброк 1862-1864 года в следующем исчислении с сельской общины одной из своих деревень: март, апрель, май – по 89 руб. 68 коп.; июнь – 173 руб. 36 коп.; июль – 269 руб. 04 коп.; сентябрь, октябрь по 358 руб. 72 коп.; ноябрь – 448 руб.; декабрь – 598 руб. За весь год община деревни выплачивала оброк в количестве – 2255 руб. Это в среднем за год на каждый двор деревни по 142 рубля. По ценам того времени на ярмарках и базарах пуд ржи (16 кг) стоил – 50 коп., а пуд овса – 52 коп. Земельные крестьянские наделы, как правило, не давали возможность расплачиваться с налогами, т.к. урожаи были низкие, и большинству семей своего хлеба и фуража на целый год не хватало. Выручал крестьянские семьи дополнительный отхожий промысел и развитие индивидуального дополнительного ремесла на дому или коллективного в деревенской общине. Владельцы Малых Дубков, с. Дубки и устроители храмов В средней южной части Ильмехотского стана многие села были дворцовыми: Ставрово, Черкутино, Спасское, Святково, Дубки, Троица. Старинное дворцовое село Дубки было расположено на выгодном пути, идущем с северной части Ильмехотского стана в южную и соединившем впоследствии Стромынский тракт с «Владимиркой». Это позволило ему вырасти в большое торговое село и стать впоследствии как бы центром Ильмехотского стана. В 1897 году под редакцией В. Добронравова во Владимире была выпущена из печати в 5-ти томах книга, из которой можно было почерпнуть довольно интересные сведения об истории наших сел и церковных приходов. Исторические сведения о селе Дубки и Дубковском приходе можно найти в 4-ом томе этого издания. На страницах 441-445 читаем, что село Дубки входило в Дубковский приход Покровского уезда. В этот же приход входили еще с. Троица и д. Алексеево, Копаново, Лавренево, Скородумка, Скуманово... Село Дубки, получившее свое название от бывшей вблизи дубовой рощи, находится в 55 верстах от губернского и в 38 верстах от уездного города. В селе в 1896 году существовало три каменные церкви: Успенская, Борисоглебская, Троицкая. Древнейшей из этих церквей являлась церковь во имя благоверных князей Бориса и Глеба. Эта церковь (1647г.) записана в патриаршие окладные книги, дани с нее в то время положено было 1 рубль. Но и раньше этого времени в Дубковском приходе была церковь, но она нахо6 дилась в селе под названием Малые Дубки, ранее существовавшем под другим названием – деревня Троица (существует до настоящего времени на берегу р. Пекши). В половине XVIII столетия вместо деревянной церкви местным вотчинником генерал-поручиком Чернцовым построен каменный храм во имя тех же благоверных князей Бориса и Глеба. В этом храме были похоронены местные вотчинники Бехтеевы и граф Чернцов (этим вотчинником был приложен к церкви колокол в 1779г.) В Борисоглебской церкви находится древняя икона св. Бориса и Глеба в серебряной вызолоченной ризе, эта икона особо чтима прихожанами. Другая церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы в первый раз упоминается в патриарших окладных книгах в 1704 году, в этом году был выдан антиминс в новопоставленную Успенскую церковь в селе Дубки. В 1720 году она сгорела, а в 1725 году на погорелом месте была построена новая деревянная церковь в честь того же праздника. В 1726 году «от запаления молнии» эта церковь тоже сгорела, церковное же имущество – иконы, сосуды и ризница были сохранены от пожара, тогда вотчинница Екатерина Чернцова (вдова) построила каменный храм, постройка была завершена в 1768 году. Храм имел одну главу, крест осьмиконечный с короной вверху и полумесяцем внизу, под крестом – греческая буква «сигма», первая буква слова «Ставрос» - крест. Иконостас в храме также сохранял свой первоначальный вид, он пятиярусный, украшен изящной резьбой. В 1891 году был опален молнией, но в 1896 году перезолочен и все повреждения исправлены. Церковь была богато украшена, много использовано было позолоты, серебряных украшений, иконы, ризницы, утварь и т.д. И все это благодаря вкладу Чернцовых, Бехтеевых. Третья церковь была на кладбище во имя Пресвятой Троицы, (эта церковь была построена помещицей Бехтеевой в 1841 году в память о прежде находившейся церкви в селе Троица на р. Пекше). В патриарших окладных книгах (1628г.) была отмечена церковь Живоначальной Троицы в дворцовом сельце Троица (селе Дубки, но под этим селом нужно разуметь Малые Дубки, которые после назывались приселком Троицким). В селе Малые Дубки было тогда 7 дворов крестьянских, в деревнях Мельниково – 10 дворов и Сукманово – 10 дворов. Все они в приходе в церкви Св. Бориса и Глеба, что в Дубках. На месте церкви была построена деревянная часовня. Из документов московского ЦГАДА можно узнать, что село Дубки находилось во владении дворцового ведомства. В «Поместном приказе» по переписи 1646 тогда значилось, что в селе Дубки и на погосте Троицком было 46 крестьянских дворов, 4 двора бобыльских, а всего в близлежащих селах было 487 крестьянских дворов, в которых проживали 832 человека. Это, по-видимому, можно считать как центр Ильмехотского стана, с упразднением которого в 18 веке и образовалась Дубковская волость. Из этих же документов ЦГАДА за 1746 год и по данным 2-ой ревизии по Ильмехотскому стану можно уже было узнать, что село Дубки с деревнями Лавреново, Мельниково, Сукманово с пустошью принадлежали Екатерине Ивановне Чернцовой и А.Т. Раевскому. Есть предположение, что село Дубки с близлежащими селами перестали быть дворцовыми и в период образования губернии были переданы своим военачальникам графу В.И. Чернцову и генерал-поручику А.Т. Раевскому самим Петром I за участие в Северной войне (1700-1721 гг.) или за победу под Полтавой 27 июня в 1709 году. В этом же Московском архиве древних актов есть документ за 1770 год, в котором записано, что в 38 верстах от г. Покрова есть село Дубки Покровского уезда Владимирской губернии с деревнями Лавренево, Мельниково, Сукманово и с пустошьями Екатерины Ивановны Чернцовой и Анны Григорьевны Раевской. (По всей видимости, А.Т. Раевского и В.И. Чернцовой уже не было в живых). Им и принадлежало 90 дворов, в которых проживали 1071 человек, из которых 571 мужчина и 500 женщин. Их владения охватили земли в 3913 десятин. На этих землях было четыре пруда, две церкви – одна Успенская Пресвятой Богородицы, а вторая в честь Святых мучеников Бориса и Глеба. Хлеба и поля были посредственные. В 1646 году по переписи дворцовых владений царей Романовых Дубки уже значились с погостом Троицким и вместе имели 54 двора.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4