Кольчугинские ести в ИСКУССТВО И ЖИЗНЬ Сергей Розанов в мастерской Продолжение. Начало в №№15-17 Кручина Чернцов в 1625-1632 работал в поместном Приказе, ведавшим всем российским землевладением и наследованием. Вот где простор оборотистому дьяку для возможного получения собственного поместья! В 1651 году этот же Курчина Чернцов служит в судном Приказе Владимирского стола, который ведает судебными делами на Владимирской земле. В поместном Приказе с 1648 служит подьячим, а затем дьяком Чернцов Иван, получивший прозвище по службе Честной. Иван Честной Чернцов это дед нашего владельца Иваньково Василия Чернцова. В начале 1649 года сразу несколько Чернцовых, в том числе и Иван Честной, были отправлены в Переяславль, где они около года описывают имения князя Ивана Юсупова, а затем переписывают юсюповские села и деревни на государя. В представлении всякого грамотного человека, читавшего Островского и Достоевского дьяк «чернильная душа» никак не связан с благородным дворянством. Но, оказывается, дьяки в высшие органы власти попадали из грамотных купцов и даже из дворян. Итак, Чернцовы связаны с Владимирским краем и по службе, и по землевладению уже с первой половины XVII века. Закрепившись в с. Большие Бремболы Чернцовы получают владения во Владимирском и Юрьевском уездах. Сын Ивана Честного Чернцова Карп Иванович Чернцов уже имел в наших краях деревню Скрябино, а принадлежавшую ему часть села Большие Бремболы по завещанию отца он передал на помин души в переславский Данилов монастырь. У Карпа было три сына, средний из них Василий и женился на внучке Дмитрия Колтовского, получив в приданое сельцо Иваньково на Дмитриевском погосте. Подпоручик пехотного полка Василий Чернцов женился будучи немолодым и службы по бедности своей бросить не мог. К 1705 году у него родилось два сына: Михайло и Степан, а сам он вскоре сложил голову, участвуя в Северной войне со шведами. Степан Васильевич Чернцов (Ченцов, как пишут в некоторых документах) был тоже 5 Впервые о художнике и писателе Сергее Ивановиче Розанове наша газета написала в ноябре 2005 года, в рамках рубрики «Литературное нечто». Ведущая рубрики, Людмила Семеновна Титаева как всегда тонко и пронзительно рассказала о книге Сергея Розанова «Возвращение нежелательно». Рождественский собор в Саввино-Сторожевском монастыре. Звенигород. 1997. Книга в основном состоит из рассказов о войне, о концлагерях, в которых автор находился практически всю войну. В 1941 году он закончил 10 классов средней школы №373 города Ленинграда и ушел защищать Родину. Но воевать почти не пришлось - в феврале 1942 года тяжело контуженным в полевом госпитале он был взят в плен. Самое страшное воспоминание - концлагерь Маутхаузен, где на его досье было написано: «Возвращение нежелательно». Людмила Семеновна, отметив документальность рассказов С. Розанова, строгую экономию художественно-изобразительных средств, параллельно восхитилась им как талантливым художником. Сергей Розанов, пройдя через ад концлагерей, создал графическую серию «Маутхаузен», состоящую из трех частей: «Страдания», «Вооруженные восстания» и «Оплакиваниежертвфашизма». Но при этом его кисти принадлежат простоизумительные,звонкие,ласкающие взгляд натюрморты и пейзажи. Л.С. Титаева писала: «Трудно поверить, что у пейзажей «Оттепель», № 18 (467) 7 мая 2008 г. «Вечереет», натюрмортов «Сирень», «Синие колокольчики» и серии «Маутхаузен» один и тот же автор». И вот, наконец, появилось издание, которое вобрало в себя всю палитру творчества живописца Сергея Розанова. Альбом-монография художника вышел под эгидой Всероссийской Творческой общественной организации «Союз художников России» в известной серии «Художники России» в Москве, в 2007 году. Роскошный альбом вышел небольшим тиражом в 1000 экземпляров, и открывается трогательным вступлением вдовы живописца Людмилы Александровны Розановой (Алихановой) «Слово о гражданине и художнике», переведенным на немецкий и английский языки. В альбоме собраны фотографии из личного архива художника, репродукции его картин, отзывы коллег и друзей С. Розанова о его творчестве, подробная информация об участии художника в выставках и основные вехи его биографии. Здесь же можно узнать, что произведения С.И. Розанова находятся и в Государственном музее керамики и «Усадьбе Кусково 18 века» (Москва), и в Центре изобразительного искусства Министерства культуры РФ (Москва), и в Центральном музее Великой Отечественной войны 19411945 гг. (Москва), и в Музее В.И. Ленина (Франция, Париж), и в Мемориальных музеях «Маутхаузен» (Австрия), «Освенцим» (Польша), и в многочисленных частных коллекциях России, Франции, Германии, Испании, Люксембурга, Польши, Швейцарии, Югославии. Этот замечательный фолиант в редакцию принесла племянница художника В.И. Шестакова - тоже бесконечно творческий и интересный человек, музыкант. Листая страницы этой книги, только и остается, что удивляться, как человек, прошедший ужас концлагерей, мог не растерять в своей душе красоту и тягу к прекрасному. Он не таил и обиды на страну, в которой из-за клейма «бывший узник фашистских концлагерей» его не сразу приняли в Союз художников, и долго вызывали в «серый Герб рода Чернцовых военным человеком, дослужился до поручика и за свою долгую жизнь женился дважды. Его первая жена Авдотья Кузминична, урожденная Кислинская, была старше Степана на три года и уже была вдовой ко времени знакомства с Чернцовым, ее первый муж, дворянин Вяткин, оставил небольшое имение во Владимирском уезде. А Чернцову Авдотья Вяткина принесла в приданое часть Новоселки, теперь ее называют Литвиновской Новоселкой. ВладелецИваньковобыл,видимо,натурой романтической, женился вопреки воли матери вероятно, по любви! Мать с выбором невесты не смирилась, и Василий Чернцов пошел в «примаки» в Иваньково, в отцовском доме жила только старая барыня со своими дворовыми, а молодые завели себе двор в селе Забелино, т.к. жена Василия происходила из семьи Кислинских-Косаговых, владельцев Забелино. Сам Чернцов продолжал служить в Кинбургском полку, около 1750 года вышел в отставку поручиком и еще некоторое время жил после отставки в Забелино, видимо, до смерти своей строгой матери. Прожив почти 30 лет с Авдотьей, Чернцов оставался бездетным. Будучи уже немолодым человеком Чернцов влюбляется. Опять его подводит романтическая натура! Причиной сердечных волнений седого поручика стала дальняя родственница его матери, молодая девица Анна Семеновна Владыкина. Родители Анны Владыкин Семен Петрович, сержант в отставке, уже не молод, владеет частью с. Симизина, а мать Евдокия Гавриловна, урожденная Новокшенова, на два года моложе Чернцова. Некоторое время влюбленные живут в Юрьеве, где Чернцов недолго служит по судейскому ведомству, затем недолго живут в с. Исаково, что досталось Степану Васильевичу от бабушки. Затем во Владимире покупается дом, где они и живут. Видимо дела по имению заставляют Чернцова возвратиться в Иваньково, куда он привозит и свою возлюбленную, и свою новую тещу сержантскую вдову Евдокию Гавриловну. А первая супругаЧернцоватолипосвоейволе,толи гонимая мужем, отправляется жить в село Васильевское, где для нее покупается земельный надел у графа Гендрикова, строится дом, переводятся дворовые. Еще в 1773 году она была жива и проживала в с. Васильевском. Причина столь смелого изгнания законной жены была в том, что Анна родила ребенка Матрену, выданную впоследствии замуж за Зверева и получившую от отца часть с. Исаково. Старая жена после изгнания прожила недолго. Уже в 1775 года она в с. Васильевском не числится, а Анна Семеновна называется поручицей Чернцовой. Получается, что к 1775 году Чернцовы обвенчаны, при этом жениху почти 70 лет. Всего в этой семье родилось трое детей дочери Матрена, Агрофена, родившаяся в дом» КГБ. Своим творчеством художник стремился увековечить светлую память о миллионах погибших на фронтах войны, в немецко-фашистских концлагерях. Он чувствовал личную ответственность перед ними, сознавая трагизм, неповторимую историческую несправедливость в отношении их судеб. Вот почему я весь в тревоге, И каждой раннею весной Пишу неистово, в ознобе, Веду неравный, смертный бой. За то, чтоб Вас не позабыли, Чтоб пепел ваш не остывал В сердцах людей, в земле России Чтоб Вас никто не забывал. Остается только добавить, что, призывая помнить погибших и ужасы войны, Сергей Иванович Розанов до последнего дня жизни, до последнего мазка кисти напоминал людям, как красив и хрупок окружающий их мир. Мир, в котором никогда не должно быть войны. Церковь. Переход в Лицей. Пушкино, Царское село. 1992. Сергей Розанов «Сергей Розанов» вижу фолиант. Открыла и не в силах оторваться. Огромный и волнующий талант Заставил восхищенно удивляться. Пейзажи, натюрморты и цветы. Во всем пронзительная жизни правда. Во всем приметы русской красоты И оттого в душе моей отрада. Вот христианских храмов чистота И древних колоколен строгость линий, И святость золоченого креста, И времени на них осевший иней. Прозрачность воздуха в пейзажах разлита. Его вдыхаю, глядя на картину. И отступает буден суета, И побеждает нудную рутину. Цветов осенних терпкий аромат Присутствует в букетах ощутимо. Вот тут листок рукой небрежно смят, А там репей цветет неукротимо. И с желтизною «золотых шаров» Соперничает солнце в поднебесье. О времени прекраснейших даров Слагают натюрморты чудо-песни. В великолепье, тонкости работ Живет искусство миропониманья. И творчество его, как зрелый плод, К себе влечет и требует вниманья. Художник очень не простой судьбы, Отведавший худого полной мерой, Не прекращал за светлый мир борьбы, Творил и жил в Россию крепкой верой. Бесценный дар чудеснейших работ Оставил он грядущим поколеньям. В трудах своих он долго проживет Таланты вдохновляющим явленьем. Т.И. АНИСИМОВА МИНУВШЕЕ ЗЕМЛИ РОДНОЙ 1774 или 1775 году, и Ольга. Степан Васильевич прожил 83 года и умер в августе 1788 года. И умер не от старости, а от простуды. Его молодая вдова замуж больше не вышла. Она наследовала от мужа в Юрьевском уезде 102 души мужского пола, дом во Владимире, усадьбу в Юрьеве, да от родителей имение в Покровском уезде. Вторую свою дочь Агрофену Анна Семеновна выдала замуж в конце 1797 года за небогатого юрьевского помещика майора Дмитрия Васильевича Лялина. Свадьба была в имении жениха с. Рябинине. А в августе 1800 года на погосте праздновали свадьбу младшей дочери Ольги, которую выдали за приезжего дворянина, казанского помещика коллежского асессора Николая Ивановича Камышева. После свадьбы Камышевы покинули Иваньково и никогда здесь не жили. Кажется, они жили за пределами Владимирской губернии. Здесь можно было бы и поставить точку на деятельности дворян Чернцовых на Дмитриевском погосте. Ведь их род по мужской линии пресекся! Но мне удалось найти герб рода Чернцовых с описанием гербовой символики и указанием, что в московском дворянском собрании существует родословная Чернцовых. Вряд ли это сохранилось! Ведь герб был напечатан в книге, вышедшей в 1893 году. Наличие герба говорит само по себе, что в этой семье ктото взлетел высоко! А вот он и герой семьи: генерал-поручик лейб-гвардии Измайловского полка Дмитрий Григорьевич Чернцов, двоюродный брат Степана Васильевича, владельца Иваньково, генерал тоже владимирский помещик. Генерал Дмитрий сделал карьеру при Бироне, оказал ему немало услуг, отличался приМатериал подготовила Н. ДУБРОВИНА дворной ловкостью, за что и был назначен Анной Иоанновной от имени военной коллегии участвовать в специальной комиссии, вынесшей смертный приговор непокорному Артемию Волынскому в 1740 году, помещику с. Васильевское. Чернцов проголосовал на заседании комиссии за казнь, за что и был повышен в звании, удачно сам женился, получив в приданое среди других селений и соседнее с Иваньково село Дубки, пристроил в высшем свете детей. Получил имений столько, что их перечень занимает целый лист архивного документа. Но со смертью генерала в 1752 году его дети и внук промотали наследство, а на внуке Григории эта линия семьи Чернцовых закончилась. Правда, Чернцовы во Владимирской губернии еще жили и в конце XIX века, но это были другие веточки рода, в том числе, происходившие от родного брата Степана Васильевича Михаила. В завершении рассказа о Чернцовых остается воздать должное Анне Семеновне, второй жене Степана Чернцова. Она определенно была женщиной волевой и энергичной. Зимой жила то в Юрьеве, то во Владимире, подолгу жила в Иваньково, т.к. сохранились хозяйственные распоряжения, сделанные ее рукой. А главное остались ее дела, требовавшие постоянного присутствия хозяйки в имении. Известно, что она построила на свои средства современный каменный храм на погосте. Давайте задумаемся каково это построить то, чего здесь никогда не было! Сколько понадобилось потратить средств, сил, энергии. Вспомним, что деревянный храм, сгоревший в 1652 году, назывался церковью во имя великомученика Димитрия. Так храм назывался еще и в 1755. Но в 1793 храм на погосте уже называется церковь во имя Успения Божией матери. Вероятно, в период с 1755 по 1793 С.В. Чернцов либо поставил новый храм, либо достроил второй придел в память об Успенской церкви в исчезнувшем с. Литвинцове. Это моя гипотеза, которая пока ничем не подтверждена.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4