Кольчугинские ести в КЛУБ МНОГОДЕТНЫХ СЕМЕЙ № 5 (454) 6 февраля 2008 г. Все материалы взяты с сайта www.orthomama.ru «Страничка православной матери» из раздела Маковка Чадородие Многодетная семья. Домашний очаг 6 Источник: «Светилен» Каждый раз отец Борис отправлял свою беременную матушку в роддом с большой тревогой. Всего же в семье московского православного священника родились 16 детей. Муж, чья жена хотя бы раз сделала аборт, наверняка и сам испытал чувство, близкое к шоку: такими, полными отчаяния и укоризны глазами раненой лани самка смотрит на самца, когда лишается своего детеныша. Со временем чувство вины проходит. Остается только досада: если бы тогда родила, сейчас у меня их уже было бы... В семье, где я побывала, 16 детей. Сколько Бог дал, столько здесь и народилось. И ни одного аборта. В нашем, светском, понимании семья эта нетипичная, а для православного священника отца Бориса и его матушки Елены их семейная жизнь - христианская норма жизни. МАТУШКА ЕЛЕНА: Я никогда не планировала своих детей... - Замуж я вышла сразу после школы. Сама из семьи священника, так что искала подходящую кандидатуру. А батюшка как раз Академию духовную окончил, должен был жениться. Мне он сразу приглянулся. Положительный. Не пьет, не курит. И по складу характера приличный человек. Ему тогда 28 было. - А Вы, значит, молодая поповна с косой? - Да нет, со стрижкой и химиВ.И. ческой завивкой, как тогда модно было. - Чем же Вы батюшку за душу взяли? - Я, по-моему, до сих пор не взяла. Мне было 17, ему 28. Он - моя полная противоположность, все больше молчит. А у меня что на душе, то и на языке. Его и с другими девушками знакомили, он их насчет детишек пытал. Они: «Ах, это очень сложный вопрос». А я ему сразу: «Ой, детишки! Да я их так люблю!» - «А если будет много?» - «И ладно, сколько Бог пошлет». - И Вы никогда не говорили мужу: «Боря, хватит, пора остановиться»? - Для меня это самая большая радость - собираться в роддом, готовить пеленки. Сейчас мне 45, а нашему самому младшему - Славику - два года. Я уже бабушка, у меня пятеро внуков. - И не страшно было рожать в таком возрасте, да еще в шестнадцатый раз? - Мы этого ребенка хотели и ждали. Но случилась беда. Беременность меня никогда не тяготила, и к врачам без надобности я не обращалась. И так случилось, что к моменту родов не успела оформить обменную карту. Когда приехала в роддом № 8, уже начали отходить воды. А меня продержали в «предбаннике» до вечера, пока не отправили в 36-й роддом, куда принимают всех - и бомжей, и рыночников, хоть я сама москвичка и паспорт был при мне. Там я и родила. Но девочка не выжила - умерла за час до родов, не дождавшись помощи. Теперь я знаю: надо было в роддоме № 8 дать денег, и ребенок был бы жив. Но тогда мне это просто в голову не пришло. Так что шестнадцатым через два года стал Славик. Теперь он любимец старших детей. - Наверное, надо крепко любить мужа, чтобы родить ему 16 детей. - Любовь - это слишком высокое чувство. Ему надо учиться всю жизнь. Теперь говорят - секс. Но даже животное и то больше меры не берет. Все теперь для его удовольствия, даже таблетки от детей. - Как же предохраняться? - Это настолько тонкое Божье дело, что туда нельзя вмешиваться. Я своих детей никогда не планировала. - Но 16 родов - это же какая нагрузка для женщины! - У меня крепкого здоровья не было никогда. Зато беременность, роды всегда были делом приятным. Вспоминаем с мужем какое-нибудь событие: «Помнишь, это было в тот год, когда я с Ольгой ходила или когда Глеб родился?..» - Ссоры у вас бывали, отношения с батюшкой выясняли? - Он может дать мне по мозгам - крепко пошуметь. Я не связываюсь - батюшка у нас с характером. Я с ним советуюсь, даже когда в магазин иду. - Детей наказываете? - Батюшка может и выпороть или сказать самому маленькому: «Щас нашляпцаю». Он сразу как шелковый делается. ДЕТИ Алексей, Филипп, Анастасия, Мария, Ольга, Андрей, Глеб, Кирилл, Надежда, Кристина, Илья, Анна, Дмитрий, Галина, Георгий, Вячеслав. Старшему - Алексею - 26, Славику - 2. Все вместе за один стол усаживаются редко. Нет в доме такого большого стола. Колбасу и мясо едят только по большим праздникам. «Сникерсы» и «марсы» в доме не водятся. Любимый праздник - Пасха. К нему матушка готовится загодя. Наделает столько разных салатиков и в таком количестве, что не то что холодильника, даже балкона не хватит. ОТЕЦ БОРИС: И многодетность не добродетель, и бездетность не порок... - В нашей семье количество детей не обсуждалось. Как многодетность не является добродетелью, так и бездетность не порок. - Вы за матушку сильно переживали, когда она рожала? - Каждый раз, как на смерть, ее отправлял. Врачи говорили: все, это последний твой ребенок, иначе помрешь. Все-таки специалисты знают уровень и меру, ный словарный запас. Немец оказался сообразительным, и вскоре наш разговор стал напоминать жонглеров, перебрасывающих друг другу мячики. Мячиками у нас были слова, немец быстро определил, какие слова я понимаю, и стал выкладывать свои мысли в этом диапазоне. Он поведал, что жил в известном городке, название которого не удержалось в моей памяти в виду нецелесообразности. По документам он ветеринарный фельдшер маленький человечек с маленькими звездочками на маленьких погонах. Никого не убивал, не стрелял, был без оружия. Дома семья. Убеждал меня, что Германия победит, что у Гитлера есть секретное оружие, противостоять которому невозможно. Говорил, что, мол, пройдет время, я, если останусь жив, буду в вашем концлагере, а вы вспомните мои предсказания, когда вас гдето застанет победа германского оружия. Ни мне, ни ему вспоминать этот разговор при немецкой победе не пришлось немецкая победа приказала долго жить. Так-то вот, ветеринарный стратег, ваша карта бита. Когда приходилось в походном движении переходить железнодорожную колею, я вставал на рельсы и на секунду представлял себе, что вот именно эти непрерывные рельсы уходят в Сибирь, до самого моего родного Томска. С ремонтом раций мне приходилось туго ночью мы шли пешком, а днем, когда почти все спали, мне приходилось возиться с радиостанциями и, чуть вздремнув, опять отправляться, практически без отдыха, в ночные походы. После одного из таких маршей прибыли мы на поляну, рассеченную ручьем, - вызывает меня начальник связи полка Конюший и говорит: «Вышло из строя пять раций. Надо обязательно их сделать пехоте необходим наш огонь. За выполнение задания представлю к награде». Взялся я за дело, ясно, что не ради награды, хотя кто говорит, что награда плохое дело? Рабочее место выглядело обычно так: стелешь плащ-накидку, на нее рацию, приборчики: вольтметр, микроамперметр тепловой для измерения отдачи передатчика в антенну; нехитрый инструмент пинцет, отвертка. Рядом маленький костерчик греть паяльник. Пришел на помощь Пантелеев, по моему указанию перезаделал микротелефонный шнур, кабель питания, которые вследствие частых перегибов имели отрывы. Пока делал пять принесли еще три. К исходу дня, к очередному походу и ночным боям батарей все восемь раций заработали. Конюший сдержал слово где-то в Литве мне вручили орден Красной Звезды, увесисто оттянувший мне гимнастерку на фронте ордена носили на себе. Думал я вот бы после войны живым приехать в Томск, да с этим внушительным орденом-то, а?! И опять после бессонного дня снова топать всю ночь На одном из привалов была организована даже «столовая» - две доски вкопали, две сверху прибили. Обедали обычно мы вместе с Малышевым Анатолием ПНШ по учету. Шутник, с виду нахмуренный, со сросшимися густыми бровями, он нарочно садился справа от меня и, шутя, чуть-чуть толкал меня во время разговора, в правый локоть, спрашивая: «Как ты думаешь? Слушай, а что это » Супчик в ложке, конечно, расплескивался, старался подвинуться, да ведь некуда стол короткий. Мы смеемся и все начинается снова. В один из таких походов я приотстал, чтобы повидать Мишу Трифонова его 716 полк шел за нами следом. Мы с ним шагали вместе, а потом он, видя, что я устал, посадил меня в недогруженную повозку как было хорошо прийти в себя, собраться с силами! Однако вскоре по колонне подобно порыву ветра прокатился шум, что с фланга немцы. Двигались мы по лесной дороге, и нам ничего не было видно. В такой ситуации я должен быть срочно не в «гостях», а «дома». Побежал я вперед, не зная обстановки и рискуя напороться на перестрелку с немцами. Обошлось все благополучно немцы удалились, мы тронулись дальше. А вот эта повесть, как у нас украли коня, печальна и поучительна. Дело получилось таким Макаром. На этот раз нам предстояло заночевать в несожженной деревне, которая находилась прямо по шоссе. Наше имущество было на парной бричке. Лошадей под окнами распрягли, задали им корму, а сами расположились в избе. В наряде Ленька Пантелеев. Поскольку он мне земляк и дружок, ему снисхождение. Я разрешил ему караулить «изнутри», то есть сидеть в избе и через окно сильно караулить. Ленька, видимо, слишком увлекся ночью караулом и не заметил, как слишком задремал. Когда мы все с его помощью проснулись одного коня уже не было, и ехать мы не могли. Послали нарочного доложить начальству, что выедем позже. На счастье, с нами ночевал лихой ординарец из кавказцев. Он сказал, что коня достанет, и исчез. В конце периода наших переживаний он привел упитанную лошадь, которая совсем не видела по неизвестной нам причине. Сказал, что обменял. Мы поехали, позже эту лошадь тоже обменяли на зрячую. Догнали своих с трудом войск масса,никто не говорит, какая часть вообще молчат, поскольку называть часть или ее командира было запрещено. Наконец, уткнулись в своих, узнали визуальноинтуитивно. Вздох облегчения и «выволочка» от Конюшего. Одно впечатление тех дней врезалось в память. Дорога пыльная шла по местности с группами кустарников. На небольшой развилке дорог, у куста, невдалеке от воронки лежал обрывок немца: осталась голова совсем юнца, плечи и руки, часть френча с погонами, пуговицами и клапредел организма, на который он способен. - В рясе матушку из роддома забирали? - Нет, цивильное надевал, чтобы внимание особо не привлекать. Помню, Кристину ожидали, она у нас самая шебутная получилась. Я сижу, волнуюсь. Рядом санитарка пол протирает: «Папаша, это первый у вас или второй будет?» А я ей: десятый. Так она шваброй об пол как грохнет: «Да по мне хоть двадцатый!» Думала, я надсмехаюсь. А когда увидела наше семейство в полном составе - извинилась. - Священник с таким количеством детей, наверное, больше доверия вызывает? - Над нашей квартирой жил многодетный еврей, кандидат наук. Колоритный такой, с бородкой, так нас с ним часто путали. У нас в школу только матушка ходит, а сосед, наоборот, все родительские собрания посещал. Ему на нашего сына учителя и жаловались: «Ваш Филипп такой-сякой, обратите, батюшка, внимание...» А сосед и не отрицал. Но и нам ничего не передавал, не хотел расстраивать. Гальчук Продолжение. Начало в № 18, 19, 20, 22-51 за 2007 год, № 1-3 за 2008 год Белорусское наступление Он меня поругал: «Кто же так «выключает» рацию, кабелем разрывая цепь тока? Надо выключать тумблером, как положено, тогда искра не успевает образоваться переключение мгновенно, а колодку пока вытянешь, она и искрит в этом вся и загвоздка». Стоял я как оплеванный, понимая свою оплошность поддался панике радистов и попал в глупое положение сам. Побежали пристыженные радисты к своему командиру дивизиона, хотя и опытные они были, да спешка подвела их, нервная, ответственная обстановка. В спокойной обстановке-то мы все уверенно знаем, что паниковать-то не надо. И покатилось, полилось Белорусское наступление на запад. Начали бои, походы, днями отдых. Шли мы значительную часть по Минскому шоссе, узкой полосой асфальта, с обгрызенными краями от танков, тракторов-тягачей тяжелых орудий. В отдельные дни приходилось прямо-таки догонять немцев, походы были на много десятков километров, даже порой бензину не хватало для машин. В один из дней такого вынужденного сидения на месте из-за отсутствия бензина, наши штабные ребята обнаружили в соседних кустах фрица, которого привели к нам. Поскольку когда-то в школе у меня были лады с немецким, я стал с ним разговаривать. Поначалу я плохо понимал его он говорил быстро, произвольно употребляя свой необъятпанами карманов. Больше ничего. Остальное разлетелось в куски. Остаток немца лежал так, что голова была прямо, чуть, как бы с грустью, наклонена вперед, руки раскинуты в стороны, припорошен желтоватой пылью. Двигаясь с боями на запад, мы прошли Починок. Подходя к нему, мы прошли мимо рощи, пересекли совсем небольшую речушку и, перейдя холм, спустились в городок. Здесь мы впервые увидели целыми дома, навстречу вышли люди, девушки даже принарядились в летние платья и радостно махали нам руками. На улицах даже стояли еще не сбитые немцами фанерные щиты с рекламными изображениями и надписями, которые должны были прославлять Вермахт. При подходе к Шклову непосредственно на его окраине была редковатая березовая роща, у которой немцы разместили кладбище своих погибших вояк. Площадь с футбольное поле была «застроена» ровными рядами небольших символических могил, над которыми строго стояли деревянные кресты, покрытые сверху касками. К перекрестью крестов были прибиты овальные спилы берез с ободком из коры. На этих деревянных «лепешках» значились фамилия и ранг «завоевателя». Городок Борисов. Расположен на невысоком плоском берегу реки Березина, а подъезд к нему с востока идет по дугообразной насыпи, обсаженной деревьямидорогаимеетживописныйвид. Березину мы форсировали южнее Борисова. На восточном берегу немцы побросали огромное количество своей техники многочисленные разнообразные грузовики, тягачи, повозки, амуниция, боеприпасы, «летучки» - передвижные ремонтные мастерские. Продолжение следует
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4