МЫ И ИСТОРИЯ Кольчугинские ести в № 42 (389) 25 октября 2006 г. Ведущий рубрики Валерий Иванович РЕБРОВ, краевед Об учителях средней школы № 5 г. Кольчугино 1234567890123456789012345678901212345 Владимирской области 1234567890123456789012345678901212345 4 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 11 22 33 44 55 Ольга Михайловна 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 33 44 55 66 77 88 99 00 11 22 11 22 33 44 55 1234567890123456789012345678901212345 МОИСЕЕВА 1234567890123456789012345678901212345 Ольга Михайловна Моисеева родилась в 1925 году в селе Варварино Юрьев-Польского района. Окончание 8-й школы связано с началом войны. Ольга Михайловна вспоминает: «До сих пор в памяти лекция в школе о финской кампании сорокового года. И сразу вопрос: «Что это за война? Почему война?» Сплошной туман в голове. Грозный 1941 год застал меня с подругами в поле, за сельхозработами. В этот год я поступила учиться в Юрьев-Польское педагогическое училище на 2 курс. Окончила в 1943 году и была направлена работать в семилетнюю школу учителем математики и физики. При приёме на работу пришлось написать обязательство: «Обязуюсь в трехлетний срок закончить Учительский институт. Поступила в Ивановский институт. Тяга к учёбе была большая, но время было тяжелое, военное. Голод, денег нет, литературы нет». Но Ивановский пединститут Ольга Михайловна всё равно закончила, будучи уже в возрасте. Работала в родной Варваринской школе, вела математику в 5-х классах и химию в 7-х. Прошло два года, закончилась война. И она уехала поступать в Загорский государственный учительский институт. Впереди опять трудности, связанные с транспортом, приходилось ездить на подножках между вагонами и даже на крыше вагона, закрываясь от ветра одеялом. Закончив институт, она получила распределение на работу в школу Московской области. Но работать там не пришлось, так как ее пригласила Анна Ивановна Бычкова поехать в Кольчугино, которая уже работала в школе №1, а жила при школе №5. В ГОРОНО ее принял на работу Павел Иванович Данилов, который предложил ей вести уроки математики и физики. И так, с 23 августа 1947 года она работала в школе №5. Из воспоминаний Ольги Михайловны Моисеевой: «Директор школы А.Ф. Евстигнеев принял меня тепло. Я работала с учителем русского языка М.М. Майоровой и жила на частной квартире на улице Коллективной. Работали мы очень добросовестно. Много трудились по озеленению школы. Были посажены цветы при входе в школу, а также разработаны газоны перед школой, посажены белые флоксы. Черенкованием их занимался Павел Иосифович Лаврентьев. Во время цветения флоксов школа выглядела очень нарядной. Больничный сад был дополнен саженцами деревьев, которые были посажены нашими учителями и учениками. Я даже помню, какое дерево у больницы посадила моя ученица Михайлова. П.И. Лаврентьев отмечал, что мои ученики и без меня все поручения выполняют добросовестно и спокойно. С ребятами проводила много интересных дел: вечера отдыха, спортивные состязания, беседы, лекции. В школе работали учителя: Сергей Иосифович Пугачевский, учитель географии, который любил много путешествовать; Мария Петровна Пугачевская, учитель начальных классов; учитель-фронтовик Владимир Николаевич Перов, он вел военное дело и физкультуру; Серафима Николаевна Евстигнеева, учитель биологии и химии; Ольга Федоровна Горохова, учитель биологии; Леокадия Васильевна Курицына, учитель математики; Маргарита Васильевна Бубнова, учитель физики; Лидия Васильевна Глариозова, учитель русского языка и литературы; Николай Петрович Прохоров, учитель рисования; Мария Фёдоровна Филимонова, учитель начальных классов; Мария Фёдоровна Шагина, учитель начальных классов; Галина Павловна Иванова, учитель географии; Екатерина Сергеевна Базакина, учитель начальных классов; Алексей Никитович Дурняков, учитель географии; Клавдия Фёдоровна Дурнякова, учитель физкультуры. Она же проводила занятия по лечебной физкультуре в госпитале при школе; Евдокия Андреевна Петухова, завуч старших классов; Надежда Павловна Солодухина, завуч начальной школы; Павел Иванович Данилов, директор школы; Ольга Петровна Жукова, учитель начальных классов; Анна Евгеньевна Киселева, учитель начальных классов; Анна Васильевна Обезъянина, учитель начальных классов; Анастасия Ивановна Цапалова, учитель начальных классов». При оформлении использован рисунок В. Богатеева из села Ильинское Земля Она всегда была основным богатством человека, необходимым материальным условием его существования. Крестьяне с большой любовью, с самыми сокровенными чувствами относились к источнику жизни к матушке-земле. Все их лучшие думы и чаяния, самые теплые мысли и поступки всегда связывались с нею. Земля это хлеб и жизнь, и не только радость наслаждения, но и тяжкий труд, порой без выходных и полный световой день, особенно в период уборочных кампаний. «Не трудиться, так и хлеба не добиться», «Не забывай одной науки хлеба родят земля и руки», «Что посеешь то и пожнешь»,- так говорят русские пословицы. Всегда крестьянин стремился удобрять землю, чтобы она не истощалась, вносить органические удобрения, а когда стали возникать большие коллективные хозяйства - колхозы и государственные совхозы, и значительно увеличились посевные площади, стали активно вносить различные минеральные удобрения. В послевоенное время в стране началась химизация сельского хозяйства. Изучением различных химических удобрений, их применением в сельском хозяйстве занималась всесоюзная академия ВАСХНИЛ. О великом ученом, выходце из нашего края, активном разработчике минеральных удобрений, который всю свою жизнь посвятил повышению плодородия полей, об академике ВАСХНИЛ Павле Александровиче БАРАНОВЕ и пойдет мой рассказ. В 1899 году в селе Ильинское Юрьевского уезда (ныне Кольчугинский район) в крестьянской семье родился Павел Александрович Баранов. С детства Павла тянуло к земле, и он сразу после революции поступил в Иваново-Вознесенский институт на агронома, успешно закончив его в 1924 году. Решив углубить свои знания в химии, он через год поступил в Ивановский химико-технологический институт, который также с успехом заканчил в 1930 году. Получив второй диплом специалиста по производству минеральных удобрений, он до 1931 года работал агрономом, а затем поступил в Тимирязевскую академию, где работал на кафедре сельскохозяйственного анализа. С 1932 года он уже работал во Всесоюзном институте удобрений и агропочвоведения имени Д.Н. Прянишникова. Павел Александрович Баранов был одним из первых инициаторов применения минеральных удобрений под технические культуры на Украине в 1925 году и в Средней Азии в 1933 году. Одним из первых он приступил к исследованию физико-химических свойств применяемых в сельском хозяйстве удобрений. Его работы в этом направлении послужили базой для решения проПродолжение. Начало в № 45, 47, 48, 49, 50 (2005 год), № 2-41 (2006 год) ловская и Виктор Беззубкин, молодые и симпатичные сидят рядом под ветвями вишни. Значительно позже они поженились, родили дочку, вернулись в Кольчугино после того, как Виктор закончил морскую службу в чине капитана второго ранга, и счаЛев ЮРКОВ Весь наш отряд ходил на эти вечерницы и тоже танцевал. По случаю приезда городских людей на танцы заглядывали и более пожилые люди, рассаживались на лавочки и с удовольствием наблюдали за молодёжью. Гармонист в селе был довольно приличный и вёл мелодии хорошо. Я поднаторевший в танцах за время учёбы, танцевал всё подряд. Иногда гармонист играл «Русского или Семёновну», и мы эти танцы уже плясали. У меня в то время вес был 70 килограмм при росте 180 сантиметров, поэтому я довольно бойко плясал вприсядку. Однажды мне захотелось удружить кому-нибудь из немолодых женщин, и я пригласил на танец даму, которая сидела каждый день на передней лавочке, но не танцевала. Я лихо подошёл к ней и как заправский танцор промолвил: «Можно пригласить Вас на танец». Несколько секунд стояла тишина, а затем раздался гомерический хохот. Я стоял рядом со своей избранницей и растерянно смотрел на людей. Наконец, одна местная девушка подошла ко мне и сообщила: «Она не может танцевать, она хромая, не обижайтесь». Я тоже стал натужно смеяться, но на душе было невесело. Скоро танцулька закончилась, и мы пошли в свой сарай. По дороге, один из наших парнишек сообщил, что видел колхозный сад совсем недалеко, там полно яблок и есть предложение пойти туда и немножко попастись. Весь отряд с удовольствием согласился, и парень повёл нас к саду. Было темно, луна была еле-елишной, но яблоки мы рассмотрели. Когда начали их рвать, чтобы определить, какие из них мягкие и не очень кислые, раздался лай собаки, и истошный голос сторожа сообщил, что ружьё у него заряжено солью, убить не убьёт, но сидеть будет трудно, и мы узнаем, как воровать колхозные яблоки. Ни слова не говоря, мы бросились бежать к своему сараю. Все были так возбуждены, что забыли тонкости расположения нашего туалета, поэтому, как стадо протопали по обеим сторонам дороги. Когда мы вошли в сарай, от нас был такой запах, что хохот стоял уже в нашем сарае. Обувь была снята, выставлена на улицу подальше от входа, и начались обсуждения итогов несчастливого дня. А наутро мы отскребли щепочками свою обувь, вытерли её мокрой от росы травой, у колодца умылись и вымыли ещё раз многострадальную обувь и отправились завтракать, и работать. Работа у нас была не особенно трудная. В основном, она заключалась в прополке колхозных полей, где были посажены овощи, а также в сушке сена и складировании его в копушки. Мы были молодыми и достаточно сильными ребятами, и работа внаклонку по прополке не была в тягость, а уж сушка и складирование сена были аристократическими трудами. Дружно и весело работали, с удовольствием подчинялись графику, установленному нашей руководительницей и не лодырничали и не халтурили, после наших трудов на овощное поле было приятно посмотреть, что частенько делал председатель, приезжая на смирной лошадке. Выходных при этой работе не было, в субботу и воскресенье работали так же, как и в будни. Кормили нас вполне сносно, в общем, было не хуже, чем дома. Конечно, еда была несравнимой с пионерским лагерем, но мы понимали, что нас послали помогать колхозу, и мы должны быть благодарными за эту пищу. Пробыв четыре недели в Зиновьеве, вернулись по домам. Председатель колхоза выдал нам благодарность с печатью, чему наша учительница была несказанно довольна. Следует сказать, что на фотографии зиновьевского отряда Эля Судзистливо живут в родном городе. Смею надеяться, что наша зиновьевская эпопея явилась прелюдией к их судьбе. Дома меня ждали обычные дела, уборка коровы, прополка и полив огорода, окучивание картошки. За время моего отсутствия мама измучилась, так как обычные мои обязанности легли на неё, но ей был ещё только 41 год, и она справилась, и всё уладилось. Мы с Мишей Швецовым натаскали грибов, засолили и насушили их, насобирали ягод. Так как сахар на карточки не выдавали, мы сушили чернику, малину и готовились к следующей зиме. Мама насадила в огороде много свёклы, в том числе и сахарной. Глубокой осенью мы резали её на маленькие кусочки и сушили, она заменяла нам конфеты. Пришло 1 сентября, и нас всем классом отправили в подсобное хозяйство завода в Марьино. С тех пор это Марьино было для меня тяжёлой ношей. Во-первых, надо было ранним утром идти туда на работу, от нашего дома этот путь длиной километров 12, особенно в плохую погоду, совсем не был радостной прогулкой. Работали мы часов по 6-7. Слава богу, что этой осенью никто не чинил препятствий при уборке картошки в разведении костров и запекании клубней. Испечь картошку в костре хорошо - искусство. После того, как образовались угли в костре, нужно, отодвинув их, выкопать ямку с плоским дном, уложить в неё клубни средней величины, присыпать их землёй, потом золой, сверху уложить угли, а выше их новый костёр. При приобретении известного опыта через 30-40 минут вы получите печёную картошку в мундире с лёгкой корочкой сверху. Если стукнуть по картофелине кулаком, она распадается на несколько частей. При удаче в каждом осколке должен иметься кусочек корочки. Вы жуёте запеченную блем улучшения качества удобрений. В результате изучения гранулированных удобрений им были раскрыты природа и механизм взаимодействия гранулированных водно-растворимых фосфатов с почвой и растениями. А когда начали применять в качестве удобрения аммиак, он поставил вопрос о гранулировании аммиачной селитры. Он внес самый большой вклад в осуществление химизации сельского хозяйства нашей страны. В 1940 году он стал доктором сельскохозяйственных наук, в 1945 году - профессором, а в 1948 году - академиком ВАСХНИЛ. Был награжден двумя орденами Красного знамени, орденом «Знак Почета» и многими медалями. Был лауреатом премии имени Д.Н. Прянишникова в 1973 году. Для справки: Дмитрий Николаевич Прянишников (1865-1948 гг.) - видный советский ученый, основатель агрохимической школы, академик АН СССР (1929 г.), академик ВАСХНИЛ (1935 г.), Герой Социалистического труда (1945 г.). Разработал теорию питания растений. Ему были присуждены премии им. В.И. Ленина в 1926 году и Государственная премия СССР в 1941году. картошку, очищая кожуру и оставляя корочку напоследок, как самую вкусную часть клубня. Кожуру с корочки не нужно снимать, да и сделать это сложно, так как кожура и корочка спекаются в очень вкусный конгломерат, который завершает пиршество. Если клубней запекли много, созывается народ, закреплённый за определённым костром, и все до отвала наедаются. Таких приготовлений картошки за рабочий день может быть 34, все сыты, не надо заботиться об обеде, горячая картошка хорошо поддерживает тонус работников даже в ненастный день. В восьмидесятых годах я не раз был в командировках в США. Однажды, мы с американскими коллегами пришли обедать в изысканный ресторан. Читая меню, я наткнулся на блюдо «Картофель по-индейски». Обычно мы ели на обед мясо или рыбу, а тут такое необычное блюдо. Я спросил американского коллегу, пробовал ли он такую еду. Он ответил, что не пробовал и мне не советует, так как индейцы никогда не были хорошими кулинарами. Вот, если бы предлагали картофель по-французски, он бы посоветовал попробовать и даже составил бы мне компанию, а по-индейски - категорическое нет. Я всё-таки решил, что если ресторан рекламирует это блюдо, в нём должно быть что-то необычное и заказал его. Минут через 40 мне принесли на тарелке 3 крупных клубня в мундире с корочкой, образовавшейся при запекании. Я бы не сказал, что они сильно отличались от тех, которые получаются в костре, только золы на них не было. И не мудрено, ведь индейцы Америки готовили картофель на костре, пока европейцы не завоевали этот континент, и он получался у них таким же ароматным и вкусным, как и наш картофель, приготовленный таким же образом. Правда, в ресторане его готовили не на костре, а в специальной жаровне, которая имитирует условия костра. К моим трём картофелинам мне принесли кучу инструментов и приправ. Я спросил официанта, как применить их для съедения простой картошки в мундире, и он показал, как использовать вспомогательный инвентарь для красивого поглощения картошки по-индейски. Оказывается, надо взять специальный нож с закруглённым лезвием и зубчиками и разрезать картофелину пополам. Затем, надо взять другой нож и сделать насечку на разрезанной части клубня, не касаясь кожуры, потом наложить на насечку майонеза и добавить острого соуса. После этого, первой из выданных ложечек соскрести образовавшуюся массу и отправить в рот. Затем - новая насечка и повторение операций, но уже с другой ложечкой. Продолжение следует
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4