было трудное время. Враг, заняв огромную территорию нашей страны, продвигался всё дальше и дальше на восток. Он рвался к Сталинграду. Группа лётчиков, ведущим которой был старший лейтенант Максимов, получила задание произвести воздушную разведку во вражеском тылу. Пять самолётов пересекли линию фронта. Через минуту-другую увидели внизу извивающуюся серпантином шоссейную дорогу, а по ней, как букашки, двигались в сторону фронта машины, повозки, военная техника. - Внимание! Атакуем! - услышали ведомые лётчики в шлемофонах голос своего командира. Первым бросил свою машину в пике Максимов, за ним последовали остальные. Удар был неожиданным, стремительным и дерзким. Лётчики видели, как разбегались в разные стороны ядовито-зелёные фигурки. На дороге пылало несколько костров, образовалась пробка. Дальнейший курс - на запад. Задание было выполнено: путем наблюдения и фотографирования были добыты ценные данные о противнике, об узлах его сосредоточения, о движущихся к фронту резервах, оборонительных рубежах. Возвращались на свой аэродром. Вот и линия фронта. Вокруг самолётов появились маленькие дымовые облачка. «Значит, обстреливают зенитки», - заключил Максимов. Прибавили газу. Вдруг в наушниках прозвучало: «Слева в воздухе противник». Взглянув в ту сторону, Максимов увидел стаю вражеских бомбардировщиков, их было не менее двух десятков. Они держали курс на восток. «Не выйдет!» —прокричал сам себе старший лейтенант. Движением крыльев показав ведомым, что идёт в атаку, он ринулся в боевой порядок «юнкерсов». Рассыпаясь, его примеру последовали остальные. Строй бомбардировщиков был нарушен. Вскоре один из них задымил и рухнул на землю. Первой же пулемётной очередью Александр Максимов повредил мотор другого самолёта, из него повалил дым. Но тот продолжал держаться в воздухе. Нажал на гашетку ещё, но на этот раз пулемёт молчал. «Значит, кончились патроны», - заключил он. И вот Максимов уже пристраивается в хвост отставшего «юнкерса». Тот всё ближе и ближе. Уже отчётливо видно лицо растерянного стрелка-радиста, который вёл по «ястребку» беспорядочный огонь - пулемётные трассы проходили мимо. «Ага, растерялся, дрожат руки!» - торжествовал старший лейтенант. Остаётся метр, полметра до хвостового оперения бомбардировщика. Рывок - и фюзеляж отделился от корпуса самолёта. Это был первый таран Максимова. В это самое время машина командира дёрнулась и как будто наткнулась на какую-то стену. Понял: подбит. Самолёт стремительно шёл к земле. Максимов пытался выровнять его, но самолёт не повиновался. Когда до земли оставалось совсем немного и уже не было никакой возможности спасти самолёт, пилот решил выброситься на парашюте. Александр открыл фонарь кабины и попытался вывалиться за борт. И снова удар... Потемнело в глазах, лицо залила кровь... Очнулся в санчасти. Товарищи рассказали, что истребитель в плоском штопоре ударился о землю, подскочил вверх, ещё раз ударился о край оврага и разва-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4