«Страницы ушедшего» 77 Догорало небо. Зеленел лес. Свежел воздух. Звонили ко всенощной в белом монастыре в бору. Далеко, на столбовой дороге к Гороховцу, звенел колокольчик - почта (от станции до города 11 верст, и почту возят ямщики). Вправо от нас на песчаной отмели играли, перелетая, кулики. На лугу кричала милая иволга. Наши белые с красным пояском посередине брюшка и гусиным пером наверху поплавки всех четырех удочек уже давно были неподвижны. Клев кончился. Иногда какая-нибудь ленивая рыбка перед сном, соблазнившись извивающимся червячком, тихо трогала его, но, раздумав глотать, уходила. Поплавок, нырнув один-два раза, успокаивался снова, едва колыхаясь на тихой ряби реки. Мне надоели поплавки, и я растянулся на лужайке. - Иван Петрович... расскажите что-нибудь... Следователь улыбнулся в усы. Он любил рассказывать мне, потому что я любил его слушать. - Чего там!.. Еще прозеваем рыбу... - притворился он. - Какая рыба? Клев кончился... - Ну, ладно. О чем рассказывать? - Что-нибудь из практики... Иван Петрович вынул старый рыжий кожаный портсигар, вытащил из него тонкую папиросу и перебросил портсигар мне. Я подлег ближе. Мы закурили, и следователь начал: - Видишь, там за поворотом - направо, на том берегу - стояла мельница. Было это лет двадцать назад. Там, дальше, был господский дом. Его тоже нет - продали купцу на слом. Хотя и тогда помещики туда только наезжали, а жила в нем старая и злая дева - экономка. Я и тогда часто охотился в этих местах. По службе бывать здесь не приходилось. Край тихий, никто не убивал, не крал. О разбойниках давно не вспоминали... И вот этот тихий край взволновался: в старой пустой мельнице над Клязьмой появилось... привидение! Его видели несколько человек рыбаков, возвращаясь ночью с проверки расставленных в затонах «морд», видел монах, собирающийся на Флорищеву Пустынь, видели и другие... Сначала заметили, что в двух окошках пустой мельницы стал появляться огонь. Подумали было, что бродяги ночуют - да где их взять?.. - бродяг давно не видали... Огонь зажигался все чаще. Потом в окнах на ветхой галерейке заметили белую фигуру... Потом стали говорить, что слышны крики и бычий рев... Вся округа всполошилась... Огни на мельнице видны были и с берега, из деревни. Дошло до урядника. Тот выпил у старосты для храбрости и поехал в полночь с понятыми в лодке на ту сторону. Огни все ближе, понятые
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4