68 Рассказы Павла Булыгина Вспоминая всё это, я молча смотрел в море кукурузных стебли, уходящее до медно-красного занавеса заката. Шагах в ста стебли дрогнули, и на крови неба закачалась мягкая мерзкая голова. - Абачанака! - указал я носком сапога. Он взглянул: - Зайду! Пойдёмте домой другой дорогой. Уже поздно, и вам пора пить ром... Я твердо решил разрушить разбойный притон удава. Я выписал из Аддис-Абебы мешок пороху и приготовился к военным действиям. Население недоверчиво встретило мои начинания, и никто не пошёл со мной к замку Зайду. Только Тассо, веривший в мои способности белого - отпетая голова, «катанасоу» (столичный человек), по мнению жителей плантации и Абачанака, по причинам мне неизвестным. Хотя старик был любопытен. Выяснив разведкой, что почтенные супруги удавы в отсутствии, мы заложили мину в ходовую щель их жилища, глухо завалив её камнями и провели крепко пропитанный керосином и салом шнур. Я зажёг его и спрятался с ашкерами за широкой спиной баобаба. Взрыв был сильный и великолепный, гулко повторенный всеми камнями ущелья. Мы спустились к реке. Вход в логово удава был совершенно разворочен и открыл большую глубокую каменную пещеру, полную костей, черепов и рогов всевозможных животных. В углу лежал раздавленный маленький череп человека, и в груде поломанных и грязных костей блестело смятое медное ожерелье. Здесь кончила свои дни бедная Шинко, чёрная жена обезьяны.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4