мирных тонах. Оказывается, старик ругает молодежь вообще, «хронтови- ков» в частности, а «инохородних-бунтовщиков» в особенности. Недоволен он революцией, жалеет прошлое и наконец сурово заявляет: «Ты ещё щенок будешь, а я уже гроб себе стругаю, так слушай, что старик говорит: вы энти ваши леворции бросьте, потому одна глупость и малодушество, до добра не доведет, а помните, что как дом без Хозяина быть не может, так и Россия без Царя не проживет... Так то вот... А то ваши...» Но он не доканчивает, так как я, оглянувшись и увидав, что близко нет никого, быстро обнимаю его за шею, целую в мерзлые жесткие усы и торопливо ухожу. Оглядываюсь: старик поправляет сдвинувшуюся шапку, вытирает рукавом губы и тупо смотрит вслед... В вагоне рассказываю о происшедшем. Смеемся. Отправляется еще несколько человек целоваться со стариком, но его уже не застают на скамейке: видно пошел домой рассказывать старухе о «сбрендившем хлопце». Стоим уже несколько дней. Мамонтов и К.-К. уехали в станицу Ниж- нее-Чирскую на какое-то совещание. Еду к ним с докладом и за инструкциями. Со мной едет поручик Г., нашли тройку бойких лошаденок и возок и трогаемся. Кто-то окликает: «Эй, хлопцы, подвезите!» На дороге стоит высокий донской офицер с большим мешком на плечах. Садится к нам, разговариваемся... Он вернулся с фронта и едет в свою родную станицу Нижнее-Чирскую, где не был уже два года. Лицо его мне понравилось с первого взгляда: румяный, черноусый, с голубыми детскими глазами, лет ему около 30 - 32. Видно, очень уж рад, что возвращается домой, так как не может не говорить об этом и улыбается: «Эх, братцы, ведь родина!.. Здесь я каждый куст знаю... Вон река, где я с поповичем, бывало, мальчишками раков ловили... А вы кто будете?» «Мы? Так... сторонние». «Вижу, что не казаки, а все же из каких?» «Так, погостить сюда приехали - уж очень, слышно, хороши места то у вас здесь для охоты...», - перевожу разговор. «Да... места... А вы куда едете то?» «В Нижнее-Чирскую», - неосторожно говорит поручик Г. «К нам? А кого вы там знаете? К кому едете то?», - не унимается казак. «К Осипу Ивановичу Исаеву, что новый дом поставил, - говорю я первое пришедшее на память имя моего подпрапорщика в полку. «Не слыхал что-то... так... вы, значит, из тех... из большевиков будете? Так-с - товарищи... - прищуривает он один глаз, - Понимаем-с!... 20 Рассказы Павла Булыгина
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4