74 Краеведческий альманах вежливо и сказали, что осуждённая Дубова жива, но в настоящее время её отправили в длительную «командировку» в какое-то лагерное отделение сопровождать воловью упряжку с грузом. Это известие обрадовало старушку. Не зря она, всё-таки, старалась и поехала в такую даль. Вместо одесской, Ройд стал учиться в Златоустовской школе. «Там, - вспоминал он, - в день моего прихода <...> уже знали, что я сын “врагов народа”. Примерно в это время Сталин выступил по радио и сказал, что “сын за отца не отвечает”. Но всё равно, проявлять мягкость к таким детям было опасно. Те из них, кто был постарше, чувствовали это при приёме на работу, учёбу, продвижении по службе. Видел и я, как некоторые учительницы остерегались проявлять свою симпатию ко мне. Но никогда я не мог пожаловаться на придирки <...>. Классная руководительница на родительских собраниях всегда хвалила меня за высокую успеваемость и ругала за низкую дисциплинированность». Да, мир не без добрых и порядочных людей. Началась война. Мужчин призывали в армию. Их место на заводах занимали женщины и подростки. В Златоусте объявили набор молодёжи в ремесленные училища. Направили в училище и Ройда. Но его не приняли по состоянию здоровья и вскоре он стал учиться, кроме школы, заочно в техникуме, «выпускники которого, - по словам Ройда, - были нужны стране не менее, чем рабочие». К окончанию войны жизненный горизонт семьи начал светлеть. Анну Марковну после пяти лагерных лет выслали в г. Чкалов (ныне г. Оренбург). Свекрови и сыну разрешили встретиться с ней. Мать, вспоминал Ройд Ильич, «работала учётчиком зарплаты в мастерской меховых изделий <...>. Жила она с двумя подругами по несчастью; могла уже переписываться с нами». Умерли дедушка и бабушка. Но Ройд к этому времени окреп и возмужал, стал самостоятельнее. Анну Марковну переселили из Чкалова в село Илек. Кончилась война, и матери разрешили навестить сына: «Она неожиданно появилась в техникуме и меня отпустили с занятий. Вскоре её освободили “без права проживания в столичных городах”». На этом выстраданном мажоре Ройд Ильич закончил свои воспоминания. 3 Окончание войны, освобождение матери, завершение Ройдом учёбы заставило задуматься о будущем: где жить, что делать? Остаться на Урале в Златоусте? Нет. Надо ехать на родину в родной для обоих Киев, хоть и пострадавший за годы войны. Там были родственники, родные стены, пусть и обгорелые. Бедность? Её можно перетерпеть: дома и солома едома. И они в 1946 г. уехали. Как им удалось устроиться в Киеве - неизвестно. Ведь Анне Марковне запрещено было жить в столичных городах. Удалось как-то. Позже в «Автобиографии», написанной в 1955 г. при поступлении в аспирантуру Ленинградского горного института, Ройд Ильич иначе изложил историю семьи: «В связи с болезнью матери в то время (в 1937 г. - В.Ф.) я в раннем детстве был увезён к родителям отца в гор. Златоуст <...>, где остался на воспитании, т.к. отец умер. Там я закончил школу десятилетку. После смерти родителей отца и окончания Великой Отечественной войны я вместе с матерью <...> приехал в Киев, где мать стала работать в средней школе, а я поступил на первый курс Киевского университета»5. Неправда, написанная в «Автобиографии», была оправданной даже в 1955 году. Ложь во спасение не ложь, а кошка скребёт на свой хребёт - говорят в таких случаях. Для жилья Дубовы сняли комнатку в коммунальной квартире. Ройд поступил на геофизическое отделение геологического факультета. Хотел поступить на физико-математический факультет. Но мать отговорила. При приёме на физико-математический факультет тщательнее проверяли документы. Вэто время кафедру геофизики возглавлял выпускник Свердловского горного института (СГИ) Василий Николаевич Головцын, заведовавший до этого кафедрой геофизики в СГИ. В.Е. Каплана и меня в разное время в СГИ учили ученики Василия Николаевича. РИ. Дубов. Киев, 1949 г.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4