молитву, он педантично заводил все часы, которые потом рассматривал. Вечером, когда рабочая команда возвращалась, он заканчивал работу. Его все глубоко уважали. НАШИ ПОКОЙНИКИ. Два раза в неделю, при необходимости чаще, покойников отвозили на захоронение на окраину леса. Их клали на запряженную лошадьми телегу. По выбоинам и камням, по траве и пыли дорога вела по ухабистой главной улице поселка. Каждый раз собирались уличные мальчишки и бежали вслед, крича: «Гитлер капут!» Солдат из похоронной бригады это сильно ожесточало, ведь они могли быть следующими. Цейлендорф добился, чтобы был изготовлен большой запирающийся ящик, в который помещалось до трех трупов. Захоронение было очень обыкновенным. Номерная табличка на низком деревянном колышке. Выцветшая на солнце и смываемая дождем, она становилась нечитаемой. Надеюсь, таблички не были сожжены соседним колхозом. Там росла трава и вереск, и сосны шептались над могилами»35. Немецкое кладбище, 1948 г. В северо-западном направлении от поселка (800 м от его окраины) и в 100 м западнее от грунтовой дороги, ведущей в Каменово и Машки, было создано кладбище для захоронения умерших военнопленных спецгоспиталя № 2989, а также лагерного отделения № 20-А лагеря № 190 МВД СССР. Захоронения производились с августа 1943г. по май 1948 г.. После этого захоронения были прекращены, и кладбище передано для дальнейшего надзора в ведение Ка- мешковского РОВД. Передача оформлена актом от 14 июля 1949 г. 398
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4