1917-1929 гибшие в мясорубке последующих лет. Таким был Александр Николаевич Асаткин. Но именно ему, секретарю владимирского губернского комитета партии большевиков, мы обязаны тем, что имеем ту самую «Окружку», книгу воспоминаний, которая, кстати, была «репрессирована» вместе с ним и надолго исчезла с библиотечных полок. Был Николай Петрович Растопчин, тоже пострадавший от репрессий. Были некоторые другие, ставшие участниками строительства новой жизни после победы революции 1917 года. Но в основном участниками социал-демократической работы во Владимире в начале XX века были молодые, иногда совсем юные люди, которые свои лучшие годы отдали захватившей их идее равенства, братства, социальной справедливости. Однако в советские годы они оказались довольно далеки от государственной и общественной деятельности. Их сменили совсем другие люди. К участию в социал-демократической работе в период революционного подъёма 1905 - 1907 гг. их подтолкнула действительность. Они жили в своём времени, и лучше, чем мы из своего «далёка», могли судить о нём. Они видели жизнь Владимира в её многообразии: и недоступные многим пышные балы в Дворянском собрании, и откровенную нищету городских окраин. Не вдаваясь в подробные описания бедности, приведём один пример: четвёртая часть территории городского Князь-Вла- димирского кладбища была предназначена для захоронений бедняков, у которых не было средств заплатить за похороны: в этой части кладбища хоронили бесплатно. Изменить жизнь, сделать её лучше для большинства людей было целью, которую ставили перед собой эти люди. Они были молоды. Читая воспоминания, видишь, что, несмотря на серьёзность поставленной цели, многое для этой молодёжи было своего рода игрой, бравадой в отношениях с официальной властью. Разве не об этом говорит, например, их затея напечатать список выборщиков от социал-демократов на красной бумаге, чтобы подразнить власть? Передавали друг другу, как разозлён был этим губернатор. И как замечательно было, проглотив отпечатанные на папиросной бумаге адреса явок, встретить пришедших с обыском жандармов со стаканом воды, которой Надежда Сергеевна Перфильева запивала проглоченные бумажки! И, несмотря на риск, как было в душе не посмеяться над шпиками (если они были рядом), передавая груз нелегальной литературы со словами: «Не разбейте банки с вареньем!» А, принимая тот же груз на своей квартире, Екатерина Григорьевна Смышляева громко объясняла, что наконец-то принесли бельё из прачечной. А как изобретательно передавали друг другу записки! Одна старейшая сотрудница Госархива передавала рассказ своей матери, тогда молоденькой девушки с роскошными косами, о том, как кто-нибудь из знакомых девушек, восхищаясь её волосами, расплетал косу, а потом просил зайти в другой дом. 179
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4