Многие и сейчас задают вопрос: «Почему Фонд культуры прекратил свою деятельность?» Объяснение довольно простое. Фонд всегда сам зарабатывал деньги на своё существование, частично и на осуществление своих программ. В 1990-е годы это было несложно, надо было только приложить некоторые усилия. Не все учреждения культуры тогда работали на полную мощность: всегда можно было арендовать зал филармонии; активисты распространяли билеты, договаривались в Москве с артистами, театрами, которые приезжали, давали выступления, представления. Приезжал, например детский театр Натальи Бондарчук, Уголок зверей Дурова, солисты. От оплаты выступающим и от оплаты аренды помещения оставались некоторые средства Фонду культуры. Были и ещё разные способы «добывания» денег: устраивали, например, книжные лотереи, были небольшие пожертвования. На них можно было оплачивать коммунальные услуги и телефон, зарплату бухгалтеру, некоторые расходы, например, командировочные, когда Фонд посылал краеведов на Всероссийские конференции и т. д. Художники дарили свои картины для продажи их в пользу Фонда. Кстати, судьба одной из картин кисти Валерия Кокурина весьма примечательна. Слово «Фонд», по-видимому, не давало покоя налоговым органам, которые довольно часто, что всех нас очень удивляло, приходили с проверками. Что они искали в работе нашего практически нищего Фонда, всё богатство которого заключалось в заинтересованных людях, непонятно, хотя «кто ищет, тот всегда найдёт». И один молодой человек, сидевший над нашими документами несколько дней - нашёл. Он обнаружил «нецелевое использование денег». Мы искренне удивлялись: неужели мы не можем тратить деньги, которые заработали честно? Но он объяснил - мы их потратили на цели, не предусмотренные Уставом: во время гастролей какой-то детской группы из Москвы (кажется, это и был детский театр Натальи Бондарчук) перед отъездом юных артистов в Москву Ирина Григорьевна Порцевская выкупила талоны в одной из столовых, чтобы накормить детей обедом! В этом и состояло «преступление», за что налоговик грозил разными карами председателю Фонда культуры. Это было неприятно: не хотелось, чтобы имя Фонда и его председателя где-то в каких-то кругах упоминалось в негативном смысле, тем более, что «из мухи сделать слона» - совсем просто! Через некоторое время, порядком напугав, налоговик выбрал время, когда Ирина Григорьевна оказалась в кабинете одна, и сделал ей предложение: он, так и быть, не будет упоминать о её прегрешениях, если она отдаст ему картину Валерия Кокурина. Картина висела напротив стола, за которым он сидел и, видимо, привлекла его внимание. Не было предела нашему возмущению, Наш Владимир за веком век: люди, события, легенды, мнения 244
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4