Часть 3-я. Город губернский. XIX век в истории Владимира служил в Рязани секретарём Губернского статистического комитета. Участвовал в археологических раскопках Старой Рязани, был членом Рязанской и Владимирской учёных архивных комиссий. В 1911-1914 годах служил вице-губернатором в Пскове. Время его губернаторства во Владимире пришлось на едва ли не самые тяжёлые годы в связи с начавшейся Первой мировой войной и нараставшим революционным движением. В обстановке усиливавшихся бедствий, нехватки продовольствия Крейтон пытался сдерживать растущее недовольство массы населения, но это было уже не в его силах. Судьба последнего владимирского губернатора была решена: вместе со своей семьёй он был арестован в ночь с 3 на 4 марта 1917 года и отправлен в Москву. О его дальнейшей судьбе ничего не известно. Во время Отечественной войны 1812 года в губернаторском доме поселился со всей своей свитой и канцелярией Фёдор Васильевич Ростопчин, генерал-губернатор Москвы, где он стал известен своими афишами, которые разносили по домам москвичей, печатались в газетах. Написанные простым, доступным для широкой публики языком, они были призваны вызвать патриотические чувства, предотвратить панические настроения в связи с приближением к столице наполеоновских войск и т. д. Ростопчин призывал встретить неприятеля на подступах к Москве, а когда выяснилось, что Москва будет сдана, 2 сентября выехал во Владимир и пробыл здесь до начала октября. Во Владимире им было написано несколько афиш, в которых он писал о бесчинствах французов, призывая крестьян к партизанской войне: «Уж им один конец: съедят всё, как саранча, и станут тенью, мертвецами непотребными; куда ни придут, тут и вали их живых и мёртвых в могилу глубокую. Солдаты русские помогут вам; который побежит, того казаки добьют; а вы не робейте, братцы удалые, дружина московская, и где удастся поблизости, истребляйте сволочь мерзкую, нечистую гадину!» Встречался в этом доме Ростопчин с Михаилом Богдановичем Барклаем-де-Толли, который из-за болезни был отстранён от командования Западной армией и ехал на лечение на родину, в Лифляндию. Из-за обострившейся болезни он задержался во Владимире на три недели. Это было в сентябре-октябре 1812 года. И Ростопчин, и Барклай-де-Толли тяжело переживали сдачу Москвы, говорили о судьбе страны, о своих близких: один из сыновей Ростопчина служил у Барклая-де Толли адъютантом. Во Владимире М.Б. Барклаем-де-Толли было написано несколько писем, в том числе «Объяснение генерала от инфантерии Барклая-де- Толли о действиях Первой и Второй Западных армий в продолжающейся кампании 1812 года», в котором он оправдывал стратегию отступления русской армии, ту стратегию, которая в конечном счёте и спасла Россию. 143
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4