66 ИСТОРИЧЕСКИЕ КЛАДБИЩА ВЛАДИМИРА Кладбище Успенского (Княгинина) женского монастыря В 1923 году был закрыт Княгинин монастырь, основанный женой князя Всеволода III в 1200 году и ставший усыпальницей великих княгинь. На его территории образовали ЖАКТ - жилищно-арендное кооперативное товарищество им. Воровского. Газета «Призыв» в сентябре того же года писала: «Бывший женский монастырь во Владимире начинает понемногу принимать, так сказать, светский вид. УИК (уездный исполнительный комитет) приступил к ликвидации бывшего там кладбища». В 1924 году отдел коммунального хозяйства снял и вывез с территории кладбища при монастыре все надгробия и ограды. От могил осталась «одна неровная поверхность выдававшихся из земли склепов», как писал председатель ЖАКТа, ходатайствуя о полной ликвидации кладбища: «Правление ЖАКГом имени тов. Воровского просит Вашего распоряжения разобрать склепы и сравнять все неровности с тем, чтобы это место можно было бы использовать под детскую спортивную площадку и провести древесные насаждения»146. После такого обращения началась переписка о судьбе кладбища, которое уже лишилось надгробий и оград. Юрисконсульт, к которому обратились по этому поводу, разъяснил, что указание Народного комиссариата здравоохранения от 1918 года говорит о том, что только через 45 лет после последнего захоронения кладбище может быть использовано под другие нужды. Однако ЖАКТ настаивал: «Площадь посёлка ограничена и оставление площади, занятой могилами, без изменений, тем более занятую перед окнами жилых домов, является неудобным и нерациональным»147. «При наличии же кладбища не может быть развёрнута культурная работа кооператива», - продолжал настаивать и кооператив. В дискуссию включился помощник прокурора. На запрос президиума горсовета от 20 августа 1926 года он ответил: «По делу уничтожения склепов и могил в посёлке Воровского (бывш. Девичий монастырь) г. Владимира сообщаю, что согласно ст. 11 санитарных правил наркомздрава бюллетень № 13-22 уничтожение и ликвидация кладбищ под другой вид может допускаться лишь по истечении 45 лет после последнего погребения. Относительно сломки и уничтожения намогильных памятников необходимо руководствоваться декретами ВЦИК и СНК <...>. Разрешения на разборку склепов и могил, не имея точных сведений о времени последнего захоронения, быть не может»148. Как видно из приведённых документов, ни о каких нравственных критериях при ликвидации кладбища речи не было. Но даже и санитарные нормы, несмотря на протесты прокурора, не были соблюдены. Могилы были срыты, кладбище перестало существовать. Когда в 1927 году, накануне празднования 146 ГАВО. Ф. Р-950. Оп. 1. Д. 183. Л. 32. 147 Там же. 148 Там же. Л. 36.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4