избрали партийным вожаком цеха выработки полированного стекла. Вот уже полгода прошло с момента реконструкции конвейера, а результаты пока неутешительные. Значит, парторганизации следует глубже разобраться во всем, обнаружить причины недостатков в работе. В прозрачной синеве весеннего неба отчетливо виднелись корпуса, особенно среди них выделялся тот, что увенчан двумя высоченными башнями. Это его цех, где работает тысячный коллектив. При подходе к парадной двери Бочков не услышал привычного гула моторов. «Опять останов конвейера, — мелькнуло в голове. Не раз он задумывался над вопросом, как избавиться от проклятых остановов. В проходном коридоре с ним повстречался Н. В. Кабенкин, начальник смены. А недавно он был секретарем парторганизации. Сейчас Николай Васильевич — член партбюро. — До каких пор будем хромать? — проговорил Бочков, здороваясь с Кабенкиным. С ним Степан Андреевич всегда был на «ты». Ведь в возрасте между ними не было разницы, к тому же Кабенкин сам в недалеком прошлом ходил в рабочих. Потом первым на заводе заочно закончил институт и стал инженером. Между этими людьми быстро находился деловой контакт, на основе общественных интересов. — Значит, в среду собираем партбюро и решаем на нем, как быть дальше, — проговорил Бочков. — Я приглашу коммунистов смены, — в знак согласия ответил Кабенкин. Бюро длилось около четырех часов. Мнение выступающих совпало: Б. С. Панченко, начальник цеха, ослабил техническое руководство, не проявляет принципиальности в отношении подчиненных ему механиков, сменных мастеров. После бюро состоялись собрания партгрупп смен, участков. А затем вопрос о работе конвейера внесли на обсуждение цехового партсобрания. Примерно через месяц появились первые успехи. Цех меньше стало лихорадить, прекратились непредвиденные остановы механизмов. Степан Андреевич Бочков и сейчас руководит цеховой парторганизацией. Прошло много лет с того памятного собрания, а люди не забыли этот день. А околь128
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4