25 вручную. Вот когда фронт продвигался вперед – все эти сооружения нужно было ломать и строить снова, на другом месте, ближе к фронту. А в промежутке передислокации Паха приходилось ехать в продскалд фронта и получать сухари – кормить ими личный состав части. С одной стороны это мне было выгодно – я заполнял ими свою недостачу хлеба, а недостача хлеба была потому, что получаешь хлеб горячим, а когда привезешь его, становится в холодном виде уже меньше, но зато сухари, пролежав в сырой землянке трое суток, уже прибавляются в весе. Но с другой стороны личный состав части недоволен – сухари все же не хлеб. Когда я еще не был назначен начпродом, в карауле я познакомился с честнейшим человеком, который стал мне товарищем – Иваном Пановым. Он в гражданке был механиком-наладчиком текстильной фабрики где-то около Ростова Ярославского. Он меня замещал, когда я был в штабе фронта с продовольственным отчетом, а также в Пахе или Продскладе фронта. Нас обоих вызвал командир части и предупредил: «Не делайте недостачи, ибо я рискую тогда остаться без денежного довольствия – у меня заберут денежный аттестат и моя семья останется без средств существования, а вы рискуете своей жизнью. В случае недостачи вас отдадут в штрафную роту, а из штрафной роты после боя остается в живых только один процент – остальные трупы! Не думайте, что я вас туда отправляю – при штабе фронта имеется особый отдел, вот он вас и отправит в штрафную роту. Так что, ребята, будьте аккуратнее. Подчиняетесь в части только мне, я предупрежу всех командиров в отношении Панова, в отношении тебя – Юницкий, они давно знают». Из ОСГ фронта к нам прислали для прохождения службы старшину, но у нас был старшина. Присланный молодой, стройный парень был лишний и «болтался» ничего почти не делая, он часто отлучался по разрешению командира части. И выполнял незначительные поручения – как, например, отвезти отчет по горюче-смазочному в ОСГ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4