rk000000305

~ 19 ~ а зимой на санках сарай перевезли. В двадцать девятом приняли в ком- сомол. В декабре следующего года меня послали по путевке комсомола на курсы узловых радиотехников во Владимир. В «Солдатской» учились – два года. Я еще и в Московском заочном радиотехническом обучался, а у себя дома, в Гороховце, работал на радиоузле. В тридцать пятом, вто- рого мая, был в Москве выпуск военной академии, в газете фотографию дали: Сталин среди выпускников. Тут подошёл ко мне товарищ, бухгал- тер. Я и говорю: смотри, Сталин какой-то чудной, никак пьяный. Потом на улице меня останавливает секретарь комсомольской организации: «Ев- граф, принеси комсомольский билет, тебе надо обменять». Обменивать не стали – просто забрали. А восьмого июля – и меня самого. Сижу… В Вязники два теплохода ходили – «Шторм» и «Робеспьер». Клязьма была глубокой: двадцать – восемнадцать метров. Надо уж от- правлять меня, а охранник упрямится: Гороховецкий район лимит по июлю выполнил. Вот из Никологор – пожалуйста, у них план не выпол- нен». Ну, двадцать девятого июля поплыл-таки я. В Вязниковской тюрьме приняли в счет августа, оттуда перевели во Владимирскую и по пригово- ру «тройки» отправили меня в Юрьевецкую инвалидную колонию. Насе- ление – кто безногие, кто безрукие. Плели сетки для игры в волейбол, гамаки. А я хоть и с хроническим остеомиелитом – разбил ногу-то игрой в футбол – все же специальность имею. […] Потом в Переборах, в двадца- ти километрах от Рыбинска, на плотине работал. Норма – тридцать кубов на десять часов. Не выполнил – получаешь сто граммов хлеба и ковш баланды. Никто не выполнял. Но делать что-то надо… Посылка приходит – приглашаем десятника или старшего по земляным работам, тоже зэк. Ну и сговариваемся. «Туфтой» это называлось. Так вот Рыбинское море и копали. Доработался – опять нога заболела. Положили в лазарет. Находилась больничка на комендантском участке, в местечке Юга. Был тут раньше монастырь, а теперь, видите ли, комендантский участок и Управление «Волгостроя». По заявлению в административный отдел Управления направили меня к начальнику узла связи, Свет, фамилия у него такая, разрабатывал радиотелефонную на УКВ, первую в СССР, Юга – Молога. Расспросил он меня и говорит: «Смонтируешь передатчик и поедешь на Плес, на участок». Передатчик я смонтировал, так тут и оставили. Еще пять сделал. В Переборах работал и архивариусом; не положено, мол, на узле связи с пятьдесят восьмой-то. В три часа дня восьмого июля сорокового года я освободился. Вернулся домой. Родите- ли уже старые. Ну что? – гляжу, все друзья от меня отвернулись. Вот в Вязниковскую тюрьму на пристани провожало меня много народа. А