rk000000304

~ 50 ~ двое знакомых Павла Булыгина по службе в армии адмирала Колчака в Сибири в 1922 году перебрались сюда. Т.С. Максимова предполагает, что именно эти старшие друзья Булыгина - Лейб-гвардии Его Император- ского Величества Уланского полка полковник А.Н. Фермор (1886 - 1931), Российского Императорского флота старший лейтенант А.И. Бенклевский (1880 - 1934) [9; 12; 13; 14] 1 - могли позвать младшего сотоварища по оружию и мировоззрениям в эту гостеприимную христианскую страну, в которой сами оказались после того, как Негус Эфиопии Хайле Селласие Первый тогда же пригласил в свою страну русских специалистов. Итак, предположительно «абиссинский период» П.П. Булыгина при- ходится на конец 1924 года, где провел без малого десять лет, о чем свидетельствуют выездные и въездные документы 2 . Обнаружить же хоть какие-нибудь другие официальные документы о пребывании Павла Петровича в Абиссинии не удалось. Их не оказалось ни в архивах МИД, ни в архиве Т.С. Максимовой. И еще одно замечание. Почти все периоды жизни Павла Булыгина, его перемещения подтверждаются документально или датированы через его публикации. А вот абиссинский фрагмент жизни буквально исчезает из фиксированных хроник. Восстановить историю этого периода помогли его публикации и… его жена: почти все, что известно о жизни Булыгина в Абиссинии в эти девять с небольшим лет, собрано, главным образом, из переписки Агаты Титовны Шишко-Булыгиной со своими польскими род- ственницами, а также из некрологов 3 . Но и здесь были некоторые труд- ности: до своего приезда в Эфиопию Павел Булыгин каждое стихотворе- ние, каждый рассказ помечал не только датой, но и местом написания. Эти пометки дали возможность проследить путь молодого офицера от гимназической скамьи до последних дней его пребывания в Европе. В Абиссинии же, (как позже и в Парагвае), по свидетельству Т.С. Максимо- вой, он практически перестал датировать свои произведения. В лучшем 1 У П.П. Булыгина есть несколько весьма живописных зарисовок из абиссинского периода жизни “старшего лейтенанта А.И. Бенклевского, по обязанности своей прошлой службы здесь - инспектора винной монополии, исколесившего всю страну и побывавшего в уголках, редко доступных глазу европейца”. Кроме того, есть стихотворения, посвященные А.И. Бенклевскому и А.Н. Фермору (в период, когда тот находился в Ледяном походе). 2 Сведений о точной дате его приезда в Эфиопию нет. Известно только, что он прожил в ней десять лет. И это неудивительно: информация о многих русских эмигрантах «первой волны», оказавшихся в Африке, за редким исключением, весьма скромная и обнаруживалась не сразу. В Абиссинии Булыгин прожил почти десять лет: с конца 1924г. до первых чисел 1934г. (паспорт на выезд из Абиссинии Булыгину был выписан во французском консульстве Харара 7.12.1933г. – въездная справка из Управления Национальной полиции Парагвая была при- слана Татьяне Сергеевне Максимовой из Асунсьона Люси Джовин, жительницей Асунсьона. Её мать – Елена Константиновна, урожденная Граматчикова – дочь доктора Граматчикова – того самого врача, который конста- тировал смерть Павла Петровича Булыгина. Люси, по утверждению Т.С. Максимовой, уже давно собирает ма- териалы по русской диаспоре Парагвая и сейчас готовит к изданию книгу). 3 В общей сложности писем, где в том или ином аспекте говорится об Африке, и о совместных годах жизни в Эфиопии семьи Булыгиных (Павел Петрович женился на Агате Титовне в 1928-ом году) не меньше тридцати в личном архиве Т.С. Максимовой. «Африканские» вкрапления и зарисовки встречаются еще в десятке писем, адресованных подруге и сестрам Павла Петровича Булыгина, присланных Агатой Титовной из Америки.