rk000000302

~ 32 ~ «Харакс». Капитан Булыгин был старшим в нашем Харакском отряде...». Но вскоре, по личному распоряжению Вдовствующей императрицы, Булыгин и выбранный им в сопровождающие из охраны дворца Собственного ЕИВ Конвоя есаул А.А. Грамотин отправляются в Сибирь - через Черное море, Турцию, Грецию, Францию, Англию, Красное море, Индийский океан, Японию, Владивосток - в ставку адмирала А.В. Колчака «для выяснения истинного положения Царской семьи». На Юге России и на Западе, в Европе, никто не мог даже предположить, что Государь с семьей могут быть расстреляны. В это никто не верил. Не хотели верить. Просто отказывались верить. К этому времени, в штабе Верховного Главнокомандующего в Омске уже точно знали, что Царская семья вместе со всеми оставшимися при ней приближенными расстреляна, и начатое «Дело № 20 об убийстве Царской семьи» ведет следователь по особо важным делам Н.А. Соколов. Приказом адмирала А.В. Колчака капитан Булыгин и есаул Грамотин поступили в распоряжение генерала М.К. Дитерихса и были прикомандированы к следователю Соколову, став его помощниками и «телохранителями». Конец 1919 г. и начало-середина 1920 г., проведенные Булыгиным в Сибири, похожи на хорошо скроенный современный триллер. Здесь было все: интриги, погони, предательства, стрельба, попытки ареста и «счастливый исход» из родной страны под чужим именем. Все это П. Булыгин описал в книге «Убийство Романовых. Достоверный отчет», посвященной им своему старшему другу и начальнику Н.А. Соколову, перед кончиной которого Павел Петрович покинул Европу и выехал в Абиссинию (Эфиопию). Причем практически все упомянутые авантюрные приключения находят документальные подтверждения в наших российских спецхранах. Затем путь Павла Булыгина лежал в Данию, где в это время уже обосновалась Вдовствующая императрица Мария Федоровна. Ее Императорское Величество отправляла Булыгина в Сибирь, и теперь последний обязан был перед ней отчитаться, вручив доклад следователя Н.А. Соколова о результатах расследования. Судя по всему, Мария Федоровна приняла от Павла Булыгина скорбный доклад, однако принять самого Соколова у несчастной матери просто уже не хватало мужества.