rk000000297

- 38 - VIII Булыгинские литературно-краеведческие чтения казачкам , али к нам , старикам , на Кубань , мы бы тебя , сердешный , господам - то не выдали , грудью бы встали !». - Добер он был , добер , - рассуждает народ о царе . В « Страницах ушедшего » есть совершенно уникальный рассказ – открытие , возможно неизвестный ни светским биографам царя Николая II, ни составителям жития царственного мученика . Этот рассказ – записанное П . Булыгиным свидетельство Курского губернатора князя Л . И . Дундукова – Изъединова о том , как государь тайно подал милостыню , 20 тысяч рублей , бедствующей вдове , накопив нужную сумму за несколько месяцев из собственных средств . С губернатора он взял обещание никому не говорить об этом . Уже в эмиграции , потрясенный известием о казни царя , князь рассказал о царской милостыне своему родственнику Павлу Булыгину : « Когда его нет в живых , я свободен от запрещения ». Трагизм , ужас гражданской войны ярко отображены в произведениях русских писателей , больших мастеров слова , но и Павел Петрович Булыгин всего лишь несколькими своими рассказами вписал в эту горестную летопись свои бесценные страницы . Его свидетельства – и хроника страшных событий , и плач о России , о жертвах войны , это и тяжелое раздумье о том , почему Белая армия потерпела поражение . Да потому , что изверившийся народ не встал на ее сторону . По свидетельству Павла Булыгина , участника Ледяного похода , казаки в занимаемых корниловцами станицах не понимали , кто и за что здесь воюет . - А как ваш Корнилов ? - спрашивает казак . - За царя он ? Слышно , что нет , а , может , скрывает ? Это тоже не ладно : чего народ - то в сумнении держать ? За какое такое учредительное собрание ? Нечто я за него пойду али сына пошлю ? Нет , врешь … А то что , за купецкую Думу что ли воевать ? Нет , накося ! Ну , народ и мутится . И супротивничает , какой такой Корнилов ? А видать енерал сурьезный – четырех у нас комиссаров повесил , туточки , недалеко висят , иногородние …» Нет у казаков сочувствия к красным , нет доверия к белым . А завершается рассказ размышлениями белогвардейца П . Булыгина , проходящего мимо виселицы с трупами комиссаров : « Эх вы , земляки , костромские , ярославские , иногородние , - думал я , - зачем вы супротивились Корнилову ? За что вы шли ? За третий интернационал ? Или так просто , по дурости , как говорит мой старик ?». Великодушен Павел Петрович , нет в его рассказах ярости , злобы , жажды мести . Зато есть жалость к повешенным комиссарам , погибшим друзьям и великая жалость к гонимым , рассеянным по свету , лишенным Родины русским эмигрантам . Сочувствие к ним – тема нескольких сильных рассказов