rk000000294

Сборник краеведческих работ. Выпуск 4 - 11 - Курута ( гебернатор – прим . автора ), я всегда свободен и спокоен , когда подписывал их Кожин , я действовал осторожно . На одного я надеялся крепко , а на другую нет : сам подпишет , а я кругом виноват 12 . У Павла Сергеевича было трое детей , сын Петр Павлович , о котором говорилось выше и две дочери , Мария Павловна (18.3.1835-3.1885), по мужу Назимова , гороховецкая помещица , проживавшая в Федоркове и Екатерина Павловна (20.2.1828), по мужу Казначеева , фрейлина императорского двора , носившая на левом плече бриллиантовый шифр , тоже гороховецкая помещица , проживавшая в сельце Кузяеве . Несколько слов о прямых предках Павла Сергеевича . Отсчет поведен от VIII колена тверских Кожиных . Представитель этого колена Иван Андреевич Кожин , помещик Кашинского уезда , известен тем , что при царе Михаиле Федоровиче был воеводой в Вятке и Ефремове и первый из тверских Кожиных получивший московское дворянство , которое и распространилось на всех его потомков . Умер в 1646 году . Его сын , стольник Василий Иванович , принимал участие в составлении « Уложения » царя Алексея Михайловича . Умер в 1679 году . Следующим за ним в X колене , Иван Васильевич , стольник царя Федора Алексеевича , присутствовавший при его кончине 6 мая 1682 года . Затем следует прадед Павла Сергеевича Никита Иванович Кожин (1705- после 1760), служивший в русском флоте и бывший дважды женат , первым браком на Александре Михайловне Абрамовой , а вторым на Анастасии Борисовне Глазатовой , от которой имел двух сыновей и четырех дочерей . От первой жены он имел семь сыновей . Среди его сыновей был Алексей Никитич (1737 - после 1807), дед Павла Сергеевича , тайный советник и сенатор , ничем себя особенно не проявивший , но вошедший в историю благодаря свойствам , присущим его жене Марии Дмитриевне Философовой . Вот , что написал об этой женщине журналист Д . Подольский в очерке « Шишковский », помещенном в 3 номере журнала « Новое слово » за 1903 год . «… Таким путем Екатерина поручала , например , « вразумить » не в меру болтливых дам . Генерал майорша Мария Дмитриевна Кожина навлекла на себя гнев императрицы легкомысленной болтовней в обществе . Государыня приказала Шешковскому : « Она всякое воскресенье бывает в публичном маскараде … Поезжайте сами и , взяв ее оттуда в тайную экспедицию , слегка телесно накажите и обратно туда же доставьте со всею благопристойностью …» Для выполнения подобных поручений у начальника тайной экспедиции Степана Ивановича Шишковского было сконструировано и изготовлено специальное кресло , которое в его кабинете стояло против того , в котором он сам сидел . Он любезно приглашал присесть ничего не подозревающего в это кресло и заводил с ним разговор . В это мгновение слуги Шешковского быстро пристегивали руки обреченного на порку к подлокотникам , а Шешковский нажимал специальный рычаг , и кресло