rk000000287

76 Краеведческий а льм а н а х великое семя знания и семя это взойдёт и полу­ чатся хорошие плоды, которые с благодарностью вспомнят о тех, кто их положил, и будут говорить всем, идите учиться для того, чтобы после учить самим и сеять великое семя знания!»12 Нет, разумеется, хорошо, что добросовест­ но выполняли свой долг, занимались , пытались хоть как-то образовать, хотя бы в какой-то сте­ пени облагородить. Вот только нашему обще­ ству потребовалось 100 лет, чтобы понять, что «можно вывести девушку из деревни, а вот де­ ревню из девушки никогда». И Бог бы с ней, с этой «девушкой», если бы советская власть не потворствовала таким , как Виноградов, неучам, давая им широкую дорогу куда угодно, в том числе в науку и литературу, и не строила бы пре­ поны действительно талантливым , хорошо вла­ девшим словом, но не имевшим пролетарского происхождения. Самостоятельные сборники стихов Сергей Виноградов не издал, но был соавтором двух по­ этических сборников: в сборнике «Пролетарская помощь» (Владимир, 1921) опубликовано его стихотворение «На помощь», в сборнике «Гудки» (Владимир, 1923) - стихотворения «В кузнице», Сергей Виноградов (слева) и Дмитрий Васильев. Владимир, 1922 г. «Завод», «Котельщик», «Помнишь». Здесь он со- авторствовал с Василием Аловым (В. А. Никити­ ным) и Дмитрием Рабочим (Д. М. Васильевым), по названию стихотворения которого «Гудки» и получил название весь сборник13. Кстати, ещё в 1922 году Дмитрий Рабочий обрушился с жёсткой критикой сборника сти­ хов «Астры» (стихи поэтов, входивших во вла­ димирскую поэтическую группу «Стрежень»)14. В 1923 году журнал «Молодой кузнец» (издание литературной секции совпартшколы и рабфака) в рецензии на те же «Астры» противопоставлял их авторов рабочим поэтам, таким, как Дмитрий Рабочий и Сергей Виноградов: «Довольно! Вот, с одной стороны, поэты-интеллигенты, которые убивают у человека последние надежды на луч­ шее будущее. Всё пропало ... “Быть бледными ландышами и любоваться восходом и шумом ру­ чейка” - это их идеалы, это люди, уже отжившие и их поэзия умрёт вместе с ними. Гнилью пахнет от ни х ...»15 Да, Дмитрий Рабочий, Сергей Виноградов и многие другие были людьми нового мира, но это вовсе не означало, что им следовало позициони­ ровать себя как поэтов. Так, в 1923 году в рецен ­ зии как раз на сборник «Гудки» Яков Коробов писал: «В одном из произведений Тургенева действу­ ющее лицо говорит, что ничего нет легче сделать­ ся украинским поэтом, для этого надо сесть у сто­ ла, подпереть голову рукой и начинать: “Сидыт Налывайко на кургани”. Вот вам и украинская поэзия. Нечто подобное повторяется и с проле­ тарской поэзией. Чтобы стать пролетарским по ­ этом, для этого нужно только чаще повторять: кузнец, молот, привой, шкивы, вот вам и проле­ тарская поэзия»16. Это обо всех авторах в целом. Дмитрию Ра­ бочему, кстати, досталось меньше всех. Проци ­ тировав его стихи, Яков Коробов признал, что «его пожалуй действительно можно причислить к лику пролетарских поэтов, он взял да и нари­ совал картину из детских воспоминаний, но уж зато доподлинно пролетарскую». А вот то, что писал Сергей Виноградов, про ­ летарской подлинностью не отличалось: «Сле­ дующее стихотворение в сборнике принадлежит С. Виноградову, в котором он описывает какую- то необыкновенную кузницу, где кузнецы, подни­ мая кувалды тяжёлые, умудряются одновременно подпевать “песни весёлые”. Нет уж, извините, мо­ лодой человек, здесь что-то не так. Притом какая же должна быть кузница, в которой - куются “Оси стальные и балки тяжёлые”. Для таких без­ делушек завод стале-литейный будет более под­ ходящим местом. Потом ещё маленькое несоответствие: нари­ совав трудовую картину, где кузнецы с весёлым припевом ворочают тяжеленные кувалды, автор безжалостно их ещё подускивает: “Эй - кузнецы! Запевай весёлые, (ему всё мало - мучителю) Песни победные, грозные, сильные”. СТЬ?$За