rk000000284

В ладимир в л и ц а х 95 к вокзалу принять от проводника авоську с апель­ синами. В том же 1960-м году Капитолина Леонидовна поехала в Москву на совещание Министерства культуры РСФСР. Его собрали, чтобы обругать вышедшую в Дальневосточном издательстве книгу о Фадееве. Там рассказывалось, как его заставляли переписывать «Молодую гвардию» и что он не умер от болезни сердца (как значилось в официальном сообщении), а застрелился через подушку (как и было на самом деле). И вдруг во­ шедший в раж министр культуры Алексей Попов перенёсся, будто на космической ракете, из Влади­ востока во Владимир: какое-то козявочное изда­ тельство издаёт какого-то там Вознесенского. Что это за бесконечные «я» - «Я парень с Калужской, я явно не промах...», что это за «пельмени слип­ шихся век»? Какая такая беременная там сидит, да ещё и бледная? У Капы потекли по щекам слёзы, но она, как позже напишет Андрей Вознесенский, встала и заступилась за поэзию и поэтические об­ разы. После этого совещания жизнь у неё пошла тяжёлая: избалованную доверием и уважением Капу постоянно вызывали в обком, где она долж­ на была объяснять не только каждую фамилию в своих планах, но и каждую строчку в подписан­ ной ею к печати книжке. Нервы были на преде­ ле, её свекровь потом признается ей, что ходила за ней буквально по пятам, боялась, как бы Капа дурного, по её выражению, с собой не сотворила. Не выдержав напряжения, она попросилась в об­ ластную типографию, её поставили начальником производственного отдела. Потом Капитолина Леонидовна трудилась в издательском отделе По­ литехнического института. Но к ней продолжали идти рукописи как от совершенно незнакомых людей, так и от изда­ тельств - с просьбой написать рецензию. И она, не считаясь со временем, этим занималась. А её имя по-прежнему звучало как пароль в творческой среде, не случайно же к ней обратился будущий директор Русского ПЕН-центра и поэт Александр Ткаченко. Андрей Вознесенский о Капе тоже не забы­ вал, приглашал её на спектакль по своим стихам «Антимиры» в Театр на Таганке, на московские выступления... В 1974 году во Владимирской фи­ лармонии игралась музыкально-поэтическая ком­ позиция «Поэтория», музыку к стихам Вознесен­ ского написал Родион Щедрин. Был хор, оркестр, пела - сама! - Людмила Зыкина. И был Вознесен­ ский, читающий стихи. Капа пришла их навестить в гостиницу «Заря» незадолго до концерта. Всей компанией - Вознесенский, Зоя Богуславская, Щедрин - они отправились через дорогу к фи­ лармонии, где уже стояли милицейские кордоны, и дальше Капа повела их к служебному входу. Он оказался заперт, пошли через буфет. Когда туда постучали, в приоткрытую щель высунулась во­ лосатая рука и со всей мочи толкнула Щедрина так, что он упал на грудь шедшей за ним Богус­ лавской. «К чёрту эту святую Русь, - разозлился Щедрин, - я уезжаю». Но потом остыл. А Зоя Бо­ гуславская запомнилась Капе тем, что она прямо в фойе красила ногти. «Может, это у неё такая примета была, - пожала плечами Капа. - Они же с Вознесенским очень суеверные. Он, например, никогда не говорил “Я еду в Париж”. Всегда толь­ ко - “Я уезжаю”. Между ним и Богуславской такой контакт был... Я сижу рядом с ней - и чувствую их обмен энергией». Тогда, в филармонии, Вознесенский артистич­ но сбежал со сцены в зал, подошёл к Капе, коро­ левой расположившейся в почётном одиннадца­ том ряду, и поцеловал ей руку. После этого к Капе стали подходить с приветствиями обкомовские начальники, до того делавшие вид, будто её не ви­ дят. В большинстве это были те же персоны, что мешали её работе с поэтами. В своей повести «О» Андрей Вознесенский назвал Капу святой. Там же он вспоминает и про вечер, когда во Владимире игралась «Поэтория»: «Её (Капы - Т.Ф.) золотой венчик, сплетённый как ручка от корзинки, поблёскивая, возвышался над креслами. Когда Зыкина под колокола пела “Ма­ терь Владимирская единственная...” она покло­ нилась Капе». - На самом-то деле, - уточнит верная себе Капа, - Зыкина уронила листочки с текстом и на­ клонилась их поднимать. Тогда же Вознесенский сказал со сцены, что у Капы много детей, поэтому он прочитает ещё К.Л. Афанасьева у себя дома. Июль 1997 г.