rk000000284

42 Краеведческий а льм ан а х ягоды, стреляли из лука голубей. Мама из марш­ рута приносила пучки дикого лука. Запомнилось, как у нас украли недельный запас хлеба, получен­ ный по карточкам на всю геологическую партию. ВМоскву мы вернулись в конце 1944 года, ког­ да большая часть территории нашей страны уже была освобождена от фашистских захватчиков. Хорошо запомнилось, как мы на поезде ехали в Москву. Основную часть пассажиров составляли раненые и контуженые солдаты и офицеры, воз­ вращавшиеся из госпиталей. Все боялись начала войны с Японией. А навстречу нам с запада шли разбомбленные составы. У многих вагонов со­ хранился только пробитый во многих местах пол и колёса. Мы вернулись в Москву в свои комнаты в коммунальной квартире, которая за время во­ йны заметно обветшала. В 1946 году Николай Павлович перешёл на ра­ боту в Геологический институт АН СССР по при­ глашению директора института Н. С. Шатского. С академиком Н. С. Шатским Николая Павловича связывала многолетняя дружба, он считал себя его учеником. В этом институте до конца своих дней он занимался разработкой различных про­ блем геологии. А теперь я стараюсь продолжить его дело. В 1946 году я пошла в школу, и папа занялся моим развитием и образованием, весьма запу­ щенным из-за войны и отсутствия книг. Он часто читал мне вслух перед сном классиков русской и западной литературы. Читал он очень выра­ зительно, приятным баритоном и весело, зараз­ ительно смеялся в смешных местах. Это чтение вслух любила не только я, часто приходили слу­ шать мама и соседи по квартире. Так мы прочли всего Н. В. Гоголя, А. С. Пушкина, Н. А. Некрасова и др. Когда я позднее перечитывала эти произве­ дения сама, то без его голоса и смеха они казались менее интересными и более пресными. Последние два десятилетия, наряду с другими исследованиями, Николай Павлович постоянно занимался составлением тектонических карт. Он участвовал в коллективной работе по составлению широко известных тектонических карт СССР, из­ данных в 1952 и 1956 годах. Эти работы он сочетал с полевыми исследованиями на Урале, в том числе в полярной его части. Несмотря на занятость, он много внимания уделял мне и моему брату. Брат в это время уже учился на геологическом факультете, поэтому в дом часто приходили его друзья, отец часто читал им целые лекции и об­ суждал с ними проблемы геологии. Много гово­ рили о поэтах серебряного века. Часто приходили друзья Николая Павловича, сотрудники институ­ та, его аспиранты и ученики. Было весело, шумно и дымно. Вот как описывает в своих воспомина­ ниях свой визит в наш дом один из учеников Ни­ колая Павловича - А. Б. Дергунов [3]: «В общении Николай Павлович привлекал собеседника внима­ тельным добрым взглядом и неизменной, как бы скрытой улыбкой. Строго научный разговор он часто пересыпал остроумными, шутливыми за­ мечаниями и сам первый начинал заразительно смеяться, как-то по-особому, вроде бы заикаясь. Однако подобная разрядка быстро сменялась про­ должением серьёзного разговора. Один раз мне удалось побывать у Херасковых дома и после де­ лового разговора меня позвали к чайному столу. Вероятно, я немного смущался и, заметив это, его жена Валентина Николаевна с улыбкой произнес­ ла: “Угощайтесь смелее - всё, что нам жалко, мы спрятали”. Первым засмеялся Николай Павлович, а я почувствовал особое семейное тепло в этом доме». Когда я стала учиться в школе, папа предло­ жил собирать вместе с ним открытки и репродук­ ции картин великих художников. Полагаю, что эта коллекция была ему не очень нужна, хотя мы с большим энтузиазмом её собирали. Но он стре­ мился таким ненавязчивым способом расширить мой кругозор, научить понимать и ценить искус­ ство. Надо сказать, что ему это удалось, и я с тех пор люблю посещать художественные выставки и картинные галереи. На прогулках он показывал мне различные растения и учил их узнавать по форме листьев, характеру жилкования, строению цветка. Он знал их поразительно много. А в его книгах и записных книжках постоянно встреча­ ются засушенные растения. Он учил меня поль­ зоваться определителями растений, атласами бабочек и жуков. Полученными в то время зна­ ниями я пользуюсь до сих пор. Я так увлеклась всем этим, что одно время собиралась поступать на биологический факультет МГУ Но он мне отсо­ ветовал, сказав, что природой лучше любоваться, а заниматься интересней геологией. Таким обра­ зом он определил мой дальнейший путь. В 1953 году умер И. В. Сталин. Началась поли­ тическая оттепель. Появилось много информации, бывшей под запретом ранее, масса интересных литературных произведений и воспоминаний. Все увлекались чтением журналов «Новый мир» и «Иностранная литература». Папа их выписы­ вал. Вся семья и частые гости обсуждали про­ читанное, а также события недавнего прошлого. Он предложил мне прочитать «Один день Ивана Денисовича» А. И. Солженицына, сказав, что это очень важно. Тогда я узнала, что мой дед - отец матери - был репрессирован. Из-за этого выгнали из Текстильного института сестру моей матери. А моих родителей геологи не выдали, а поскорей отправили на полевые работы, чтобы они исчезли из Москвы, пока всё не успокоится. Отец всегда помнил об этом и очень ценил. Впоследние годы своей напряжённой, но такой недолгой жизни, Николай Павлович готовился -СРолйца