rk000000284

В ладим ирский именослов 127 Егорова (1970 г.), Комиссарова (1972 г.), Безыменско­ го (с 1983 г.). В последующие годы на карте города продол­ жали появляться имена известных руководителей крестьянских восстаний, полководцев, писателей, учёных, композиторов, художников, чьи имена ре­ комендовалось увековечивать Постановлениями первых лет советской власти... НЕСКОЛЬКО КОММЕНТАРИЕВ К ИЗЛОЖЕННЫМ ФАКТАМ В какой-то мере можно понять энтузиазм пер­ вых послереволюционных лет. Рождение новых топонимов - проявление максимализма эпохи, когда в новых названиях звучит «некий романтизм молодого мира», как писал один из известных то- понимистов М. В. Горбаневский. Они пополняли уже накопленный фонд исторических названий. К сожалению, вместо наречения новых объектов в те годы развилась практика переименований, что нанесло непоправимый удар по топонимике горо­ да. Идеологизированность, пренебрежение литера­ турными нормами русского языка при невысокой грамотности тех, кто занимался переименовани­ ями и наименованиями, привели к разрушению сложившихся норм и топонимических принципов. Называние городских улиц и площадей именами людей, попытка увековечить память о них - своего рода постановка памятников этим людям. Поспеш­ ность, с которой это часто происходит, приводит и привела к печальному результату: мало кто из жителей города сознательно произносит названия своих улиц, часто остаётся имя, а сам человек давно забыт. Надо отметить, что Октябрьская революция многое заимствовала у Великой Французской ре­ волюции, в частности, в вопросе увековечивания памяти своих героев. При этом полностью игно­ рировалась особенность русского языка. В том же французском языке нет такого богатства развет­ влённой системы словообразования, в том числе и в топонимике. От фамильных имён французский язык не образует прилагательные со значением принадлежности, ему это и не нужно. В русском языке другой алгоритм словообразования, у нас множество суффиксов, флексий. Название улицы, площади, переулка от личного имени легко образо­ вать в виде прилагательного с помощью суффикса: улица Георгиевская, улица Никитская и т.д. В со­ временной топонимической системе стала преоб­ ладать другая модель - улица имени такого-то (на­ пример, улица имени Батурина). Но в результате известного принципа экономии речевых усилий происходит превращение этой двусложной моде­ ли в односложную: улица такого-то (улица Ба­ турина). Так возникла в топонимии генитивная модель, нарушающая принципы русского языка: родительный падеж всегда выражал значение принадлежности, указывал на принадлежность данного объекта его владельцу. В современной мо­ дели топонимия не имеет этого значения: улица не может принадлежать Батурину. Мемориальной моделью она может стать только при восстановле­ нии двусловности: улица имени Батурина. А это, как мы можем постоянно наблюдать, русскому язы­ ку не свойственно, и первая часть выпадает. Ещё сложнее с увековечиванием памяти людей, чьи фа­ милии имеют окончание на -ский: Луначарский, Безыменский, Белоконская. Горожане произносят: улица Луначарка, улица Безыменская, улица Бело­ конская (чаще Белоконная). Язык сопротивляется навязыванию ему моделей, противоречащих его собственным закономерностям. В 1991 году 14-й сессией городского Совета народных депутатов была принята Программа топонимической реставрации Владимира - воз­ вращение утраченных исторических названий. Город в границах начала XX века был обозначен «территорией с особым статусом охранной топо­ нимической зоны». Это означало, что акты о пере­ именовании улиц и площадей исторического ядра в период с 1917 по 1990 годы являются юридиче­ ски несостоятельными. В 1995 году была создана топонимическая комиссия при администрации города Владимира, и было принято Положение 0 порядке наименования и переименования топо­ нимических объектов, а также Положение о крите­ риях и принципах установления и нормализации топонимических объектов. Началось возвращение исторических названий центральных улиц города. К сожалению, этот процесс в последние годы идёт очень медленно. «Географические названия <...> являются сво­ его рода историческими памятниками <...>. Если объекты переименовываются, это создаёт иллю­ зию, будто они вновь возникли на пустом месте, будто это новостройки, поскольку вместе с изме­ нением названия зачёркивается и вся сконцентри­ рованная в нём информация, связанная с преды­ дущей историей объекта, а языковые формы, ти­ пичные для эпохи его создания, заменяются более новыми. Каждое название исторично, а топонимию можно назвать зеркалом истории». Хорошо, если бы эти слова известного топонимиста А. В. Супе- ранской помнили люди, которые часто из лучших побуждений хотят увековечить имена известных людей на топонимической карте нашего города и сопротивляются возвращению исторических названий.1 1Иван Фёдорович Наживин о революционных днях во Владими­ ре / / Старая столица: краевед, альманах. Владимир, 2006. Вып. 1. 2Там же. 3ГАВО. Ф. 19. Оп. 1. Д. 136. Л. 49-52. 4 Коноплёва Р. Г. К истории административного центра города Владимира. Середина XX в . 1 1 Старая столица: краевед, альма­ нах. Владимир, 2006. Вып. 1. 5 Улицам Николо-Галейской, 1-й Никольской, Нижегородской, Никитской, Спасской, Девической возвращены прежние назва­ ния в 1990-е годы.