rk000000278

нравился, и они даже брали пример, подражая ему. Другая часть —к таким методам работы относилась отрицательно. Я тоже относился к их числу. Наверное, по этой причине наши взаимоотношения с ним носили сложный и напряженный характер. Это проявилось особенно в период моего выполнения обязанностей председателя поселкового Совета. По закону я должен был утверждать протоколы совместных решений администрации и профкома завода о распределении квартир в построенных домах. К сожалению, в списках нарушался принцип очередности, а превалировало правило внеочередного представления жилья пребывающим специалистам на завод по гарантийным письмам дирекции завода. Что же, приходилось входить в положение и нарушать закон, несмотря на недовольство очередников. Здесь главное было найти компромисс и не перегнуть, как говориться, «палку». А руководство завода как гнуло, так и продолжало гнуть свою линию. В сданном накануне нового 1987 года доме почти треть квартир получили гарантийщики, и только несколько квартир досталось очередникам. Ущемленные этим очередники стали обращаться с жалобами в поссовет. Помню, пришел на прием молодой рабочий из местных жителей Владимир Соловьев, очень обиженный тем, что его семью уже не первый раз обходят при выделении жилья. «Н у чем я хуже их, приезжих, или они лучше меня работают?» - возмущался он. Я сразу же позвонил председателю профкома завода Валерию Корягину и попросил при распределении квартир в следующем доме, чтобы не накалять обстановку, выделить по возможности как можно больше квартир очередникам, в том числе и В. Соловьеву. Он согласился, что все это не нормально и пообещал исправить положение. Однако, в дальнейшем все произошло совершенно наоборот. В начале весны приходит ко мне мать В. Соловьева - Светлана Николаевна вся в слезах и говорит: «Было распределение квартир в новом доме и сыну опять не дали квартиру, а у него скоро родится второй ребенок. Где же справедливость, где советская власть?» Я опять обращаюсь к В. Корягину: «Как же так, ведь обещал?» «Я обещал, а Большаков решил по своему» - ответил председатель профкома. Действительно через неделю принесли на утверждение решение о распределении квартир в доме, а в нем не только нет фамилии Соловьева, а вообще на общую очередь не выделено ни одной квартиры: больше половины ушло гарантийщикам, остальные получали льготники. В ответ я направляю директору завода письмо, что решение возвращается без утверждения, т.к. оно незаконно и ссылаюсь на нормы жилищного законодательства, которые нарушены. Вместо того, что бы пойти на компромисс и изменить решение, Юрий Федорович, посылает ко мне 166