rk000000264

А коли, не дай Бог, он открыл бы запретную дверь этого режимного отдела и увидел самонажимаю- щиеся клавиши, самобьющие рычаги, его бы, вер- но, хватил кондратий. Какой-то невидимка рабо- тал до утра. Но никто никогда не поднимался на второй, а на первом — перед стаканом остывше- го чая на покрытом ватманом столе,— подложив руки под голову, мирно посапывала во сне баба Зоя, сторожиха. — Между прочим,— проскрипел в тот раз Ундервуд ,— мы начались с аппарата для нанесе- ния номеров на банкноты. Умный человек поду- мал: если можно цифирь, то почему нельзя буквы? И вот пожалуйста: мы завоевали весь мир. — А я скажу вот что,— Ромашка заговорила таким поучительным тоном, что, если б у неё имел- ся указательный палец, она бы его сейчас высоко подняла,— как и во всех делах, в нашем случае не обошлось без любви. Подруга итальянского изо- бретателя Терри Пеллегрино — графиня Кароли- на Фантони де Фивизоно, бедненькая, была слепа. И вот в 1808 году он изобрёл для неё пишущую ма- шинку, чтобы она могла общаться со своими дру- зьями и близкими. И она очень быстро освоила аппарат, печатая почти без ошибок. Знаете, у сле- пых ведь очень развито чутьё. Если они, не глядя, играют на рояле, то освоить пишущую машинку им ничего не стоит. Конечно, по ночам в первом отделе Эрика ску- чала не всегда. Некоторые машинки делились ин- тересными сведениями. На Любаве, например, на днях перепечатали статью, и она рассказала.