rk000000264

деньги, не было видно, а слабостью к французским духам страдали все машинистки. Тут Эврика не отличалась оригинальностью. Эрика тоже заме- тила парижский налёт в манерах девушки, в уме- нии держать себя и незаметно гордилась хозяйкой. Над письменным столом, прямо над Эрикой, висел старый, вечно открытый на июле француз- ский календарь с фотографией бескрайних полей, заросших цветущей лавандой, которая рассекала землю Прованса на ровные широкие розовато-ли- ловые, кое-где фиолетово-сиреневые ряды, скры- вавшиеся за горизонтом. Это и естественно: какие же духй без лаванды! Девушки, опираясь о стол, нависая над Эрикой, подолгу разглядывали удивительный, казавший- ся фантастическим, даже марсианским пейзаж и о чём-то грустно вздыхали. Но давно просро- ченный, пожилой календарь уже не пах даже ти- пографской краской, не то что душистой лавандой. Итак, Рафаил заскочил в машбюро, кажется, под надуманным предлогом. Эврика бросала на него такие влюблённые взгляды, что бесцеремон- ные обычно машинистки со смущением прятали глаза. Казалось, машинки тоже стеснялись смо- треть на взволнованную девушку и слушать её вос- торженный лепет. Рафаил называл подружку Ри- кой. С тех пор все стали именовать её именно так. Для краткости. И чтоб не путать с Эрикой. Скоро машинка буквально влюбилась в новую хозяйку и по мере сил старалась угождать ей. Пре- дыдущая владелица —грубоватая и «неотёсанная», как отзывалась о ней Нинка,— просто по-хамски