rk000000264

Кожаную кепку-семиклинку повернул козырьком вперёд, и вид его, пусть и не слишком кардиналь- но, изменился. Однако Лихо не человек, его такой маскировкой не обманешь. II Теперь киллер (ужасное слово!) стал опять Ро- маном Раскольниковым и носил не кликуху, а из- вестнейшую в русской словесности, да и в ми- ровой литературе, фамилию. Тут уж ничего не попишешь: фамилии себе мы не выбираем, ими награждают нас родители. Чаще отцы. Расколь- ников был таковым по матери, поскольку отца не имелось в наличии. То есть он, конечно, когда-то существовал, наверное, ухаживал за матерью, ина- че не появился бы на свет младенец Ромочка, но потом смылся то ли в полярники, то ли в лётчи- ки-испытатели или даже в космонавты. И пропал без вести. Так бывает на войне. С фамилией лично у Ромы проблем не было. Он даже умудрился сдать выпускные экзамены по литературе, ни разу не заглянув в Преступление и наказание. Слышал только, что главный герой — его тёзка, а ещё там есть худосочная беленькая проститутка Соня. Раскольников в романе грох- нул какую-то старушенцию, а потом не выдержал, пошёл в полицию и настучал сам на себя. На этом его познания о произведении, да и о Достоевском в целом, намертво зависали, как легендарная де- вяносто пятая Винда. Кстати, отчества у двух Раскольниковых —жи- вого и литературного — тоже совпадали. После 12