rk000000254

Одежда была после погибших - грязная, рваная, ботинки - 44 разме­ ра вместо 37-го. Я их часто теряла. Питание было скудное, хлеба давали по 400 граммов в день. По тревоге нас поднимали не менее трех раз за ночь. Однажды был об­ стрел, и осколок попал мне в правую руку. Но, к счастью, рана была незна­ чительной. За 900 блокадных дней бывала в разных местах, и в самом Ленингра­ де, и в пригороде. То, что мне довелось повидать в блокадные дни, даже детям своим не особенно рассказывала. Я видела рвы, заполненные трупами ленин ­ градцев, протянутые руки и раскрытые рты голодных детей. От своей фронтовой пайки хлеба я отщипывала кусочки и отдавала этим детям. Выживали, как могли... С особенным удовольствием вспоминает Надежда Михайловна счастливейшие дни, когда радистки наткну­ лись в пригороде на трех истощенных бесхозных коров. Из девчонок она одна была деревенская и сумела подоить животных. Много дней было у них молоко, и даже лепе­ шек напекли. Жаль, что такое счастье было коротким, в основном приходилось существовать на голодном пайке. Надежда Михайловна свои фронтовые «сто граммов» от­ давала мужчинам, хотя другие девчата сами пили, больше для того, чтобы заглушить голод и страх. Победу Н.М. Куприянова встретила в окрестностях Львова. До самого конца войны не расставалась она с ра­ цией и винтовкой. Демобилизовалась в апреле 1945 года. В послевоенное время работала сначала на хлебокомби­ нате, затем устроилась в цех товаров народного потребления завода имени С. Орджоникидзе, где проработала 12 лет. Н.М. Куприянова