rk000000249

дым. Поцелуй их за меня... 31 июля 1942 года». Везло ему совсем недолго. Как ненасытная черная пасть страшного зверя, война пожира­ ла людей. Через 12 дней после этого письма К. И. Клипов не вернулся из полета. Вместе с ним погибли еще четверо из шестерых, ушед­ ших в тот день на задание. Долго не мог пове­ рить в гибель своего лучшего друга И. М. Д ья ­ ченко. Все надеялся: а вдруг попал к партиза­ нам и воюет? Он писал сестре погибшего товарища и его родителям: «Ваш Костик был мне самым ближайшим другом. Когда мы прибыли на фронт, наша авиация еще была бедна самолетами: их было меньше, нежели летчиков. Нам с Костиком д а ­ ли один самолет на двоих, летали мы с ним по­ переменно, поэтому я, естественно, не мог быть в том бою. Правда, уже через неделю после гибели Кости самолетов стало больше, чем лет­ чиков. Из группы, в которой летал Костик, вернул­ ся один лейтенант, Иван Корнеевич Блоха. На аэродром бойцы привезли его на телеге, пока­ леченного, истекающего кровью. Я стоял возле него и пытался узнать о судьбе Костика и дру­ гих. Но он редко приходил в себя, не узнавал окружающих. Перед посадкой в самолет ему сделали укол. Он пришел в себя, узнал меня и заплакал — то ли от обиды, то ли от бесси­ лия, то ли по погибшим товарищам. Сказал не­ много: «Их было больше тридцати. Меня сбили последним. Все погибли». После этого его унесли в самолет и отправили в Москву. Мне не верилось, что Костик погиб. Я ждал, что он вот-вот где-нибудь объявится, потому что та ­ ких случаев было много. Я сам был сбит при