rk000000249

жеских снарядов. Стараясь сохранить самооб­ ладание, огляделся. Своих самолетов нигде не видно. А прямо над ним висят три вражеских истребителя Ме-109. Два пристраиваются с боков, а третий заходит в хвост. И все ведут ожесточенный огонь по его машине. Что же предпринять? Летчик начал бросать самолет из стороны в сторону, в пике, перешел на бреющий полет. В конце концов ему уда­ лось вырваться из-под обстрела. Но какой це­ ной! Самолет был сильно поврежден. Пули из­ решетили крылья, фюзеляж, разбили стабили­ затор, отбили хвостовое колесо. Из-за пробоин в винте заметно уменьшилась тяга, самолет те­ рял скорость и постепенно снижался. И все же израненный штурмовик пересек линию фронта, дотянул до своего аэродрома. Едва машина коснулась земли, отвалился ста­ билизатор. Со всех сторон бежали друзья. Александр с трудом выбрался из кабины. Кто- то стал считать пробоины в самолете. Их ока­ залось 350. На теле летчика не было ни единой царапины. Подошел командир полка Н. А. Шеламов. Выслушав доклад летчика, он тоже осмотрел самолет. Сердитое выражение на его лице сме­ нилось удивлением. Он снова оглядел летчика. Тот стоял, ожидая строгого взыскания за само­ вольные действия во время боевого полета. Но вместо «разноса» услышал: — Вот как они отделали твою машину, Бражников,— командир улыбнулся.— А ты, знать, в рубашке родился. Теперь долго бу­ дешь летать. Но в будущем...— Шеламов стро­ го погрозил пальцем. Это был полет, который наиболее ярко со-