rk000000218

старик. Мы что с тобой полве­ ка прожили не душа в душу?» Вступились дети - дочь Гали­ на и сын Евгений. «Мама! Ты не права, - сказала Галина. - Я прожила с мужем 30 лет и раз­ велась, но на то были причины. А наш отец, насколько я знаю, всегда был тебе верным мужем. То, что случилось в его юности - это его беда, а не вина. Надо все оценивать реально!» Сын Евгений тоже поддержал: «А чего плохого, что у нас в Герма­ нии есть родственники?!» По­ сле таких бесед Вера Ивановна несколько смягчилась: пусть переписывается с дочерью и внуками, а с Эрной ни в коем случае не встречается! Первая встреча отца с до­ черью состоялась 15 сентября 1997 года. Лед настороженно­ сти и отчужденности быстро растаял. Достойно с Розой Ма­ рией поздоровалась Вера Ива­ новна, а с Галиной уже через час Роза Мария разговаривала как с хорошей знакомой. Потом за праздничным столом, когда Генри Николаевич произносил свой излюбленный тост: «Пусть слезы появляются на глазах у женщин только от радости и счастья!», Роза Мария распла­ калась: «Мне еще никогда не доводилось быть в столь теп­ лой родственной обстановке. Я очень рада, что у меня благород­ ной души отец, у моих детей и внуков теперь есть прекрасный дедушка и прадедушка. У моей семьи появилось много отзыв­ чивых, чутких родственников!» Узнав о встрече и контактах между родственниками, немец­ кий журналист Конрад Шауфер прислал приглашение Копте- вым: «Дорогой Генри! Дорогая семья Коптевых! Я очень рад, что помог раскрыть прекрас­ ную человеческую историю. Я поздравляю Вас всех! Дорогой Генри, если ты поедешь в Герма­ нию, то я желаю, чтобы ты меня навестил в Кельне». Несколько лет в Балашиху, где теперь живут Коптевы, из Германии приходили письма и поздравительные открытки, которые обычно начинались со слов «Либер Фатер! (любимый отец!)». После смерти Генри Николаевича переписку и теле­ фонные контакты продолжают его русские и немецкие внуки.