rk000000217

о ней и на официальных встречах, и при негромких беседах со студентами и с курсантами школы армии. Мне довелось в местном музее пересмотреть массу альбомов о встречах киржачан с ветеранами 36-ой гвардейской стрелковой дивизии, перечитать сотни воспоминаний воинов, в том числе и выступления председателя совета ветеранов дивизии А.И. Попова. Невольно обратил внимание на одну характерную черту речей А.И. Попова - они нацелены не на прошлое, а на будущее, в каждой из них коренится мысль, что нам надо всеми мерами оберегать и развивать родниковую связь армии и на­ рода. Пусть сегодня нет прямой военной угрозы, но, чтобы никогда не было войны на родных просторах, следует неустанно проявлять искрен­ нюю заботу об истоках нашей воинской силы. В воспоминаниях Александра Ивановича масса примеров прояв­ ления мужества иотваги, но .. .своих однополчан, и нигде о себе. Однако, хоть о них не упоминается в воспоминаниях, можно предположить, что такими эпизодами изобиловали фронтовые будни А.И. Попова, потому что в дни и ночи Сталинградской битвы он исполнял обязанности замес­ тителя командира батальона, а на Курской дуге и при форсировании Днепра был начальником разведки 108 полка. Только в одной публикации - в кировоградской газете, которая хранится в одном из альбомов о 36-ой гвардейской стрелковой дивизии, - я нашел рассказ Александра Ивановича о себе. Все воспоминание пронизано отношением к воинскому подвигу как к одному из проявле­ ний неустанного ратного труда. Не ради своей неповторимости, удали и ухарства воевали, а ради жизни на земле, за свободу своего народа. А это значит, ценил он выше всего неустанную работу, готовность рыть зем­ лю до изнеможения, волочить тяжеленнейшие орудия и боеприпасы, бежать и идти до кровавых мозолей. Фронтовой рассказ назван "Ия заплакал...". Было это во время тяжелых боев на р. Ингулец в конце октября 1943 года. "Я в этот момент, - рассказывает А.И. Попов, исполнял обязанности начальника разведки 108-го полка и целыми сутками на­ ходился на переднем крае, мотаясь с фланга на фланг под сильным ог­ нем фашистов. Чтобы легче перебегать, мы, разведчики, носили облег­ ченные бушлаты или фуфайки. К началу ноября сильно похолодало. Но мне было жарко и от фашистов, и от своего начальства, все время требовавшего новых данных о противнике, и потому я часто сбрасывал свой бушлат. И вот в один из таких дней меня, разгоряченного, фашисты огнем прижали к земле и заставили несколько часов пролежать на сырой земле. Добравшись вечером в окопы, я почувствовал жар. А к утру поднялась