rk000000217

нета. Порой, придя, я заставал Чехова за работой, спешил проститься, но Чехов неизменно говорил: - Сядьте. Я скоро кончу. Потолкуем". . . . "То, что я учитель семинарии, - писал впоследствии А .С . Лазарев- Грузинский, - на него, Чехова, никакого впечатления не произвело... Он дал мне несколько дельных и умных советов относительно писания, взял с меня обещание приходить еще". Порядки в семинарии, где работал А .С . Лазарев, были установле­ ны чрезвычайно строгие, не одобряющие никакого вольнодумия, поэтому Александр Семенович свой псевдоним не раскрывал и о своем знакомстве с московскими литераторами, по-видимому, если говорил, то только близким преподавателям и особо доверенным семинаристам. Судя по воспоминаниям учившихся в это же время в семинарии И.М. Губкина и В.И. Чернышева, прогрессивно настроенные преподаватели тайно давали семинаристам почитать свежие московские журналы, указывая на статьи, которые наиболее ярко выражали дух времени, были своеобразными ма­ нифестами демократической общественности. В Москву Александр Семенович наезжал в зимние и летние кани­ кулы, встречался с редакторами московских газет и журналов, и непре­ менно - с Чеховым. Связь с А.П. Чеховым А .С . Лазарев поддерживал и письмами. Влитературных архивах сохранилось более 60 писемЛазарева к Чехову и 33 письма Чехова, адресованных А .С . Лазареву-Грузинскому. В чеховских письмах рассыпаны сверкающие изумруды его глубоких и метких наблюдений за литературным мастерством, они полны душевного тепла и жизнерадостного юмора. "В первые годы писательства, - пишет в "Воспоминаниях" А .С . Ла­ зарев-Грузинский, - я работал только в юмористических журналах, а журналы эти не особо щедро оплачивали литературный материал, щедрее других был Лейкин, который, кроме того, желая привязать меня к "Ос­ колкам", печатал мои статьи с таким расчетом, чтобы в месяц мне набе­ гало не менее 35-40 рублей. Это была моя "осколочная" рента. Нодругие редакторы юмористических журналов совершенно моих интересов не блюли, и то я застал уже лучшие времена, когда гонорар выплачивался везде без задержки. С худшими познакомился при начале своей лите­ ратурной карьеры Чехов: "Осколков" еще не существовало, а в Москве аккуратно платили гонорар далеко не везде и не всегда. Разговор о моих скудных заработках оборвался, но Чехов его не забыл; через два-три месяца он решил бросить работу в "Петербургской газете", где около трех лет аккуратно печатал беллетристические наброски по понедельникам; в это время Чехов уже закончил "Степь" и "Петер­ бургская газета" не представляла для него интереса. И вот, в результате