rk000000217

строек, молодежь стремилась вводить в повседневную жизнь новое: в деревнях юноши и девушки строили избы-читальни, собирали кружки по ликвидации неграмотности; в Федоровском, в Финееве, в Илейкине пробовали своими руками возвести плотины, чтобы устроить богатые рыбой водоемы. Завод "Красный Октябрь" на глазах усилиями прежде всего молодых превращался из кустарного заводика по выделке само­ варов, медно-латунной посуды и утвари во флагман отечественного автомобилестроения. Своими руками юноши и девушки на окраинах поселка и деревень расчищали футбольные поля, площадки для волей­ бола, сооружали гимнастические городки, чтобы, как тогда пелось, "тело и душа были молоды". Систематически проводили субботники и воск­ ресники, в которых, надо полагать, принимал участие и Николай Смолин, после которых всегда пели песни такие, как "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью". Многих активистов, подающих надежды своей пытли­ востью и трудолюбием, комсомольская организация рекомендовала на учебу в высшие и средние специальные учебные заведения, в военные училища. Николаю Смолину, учитывая его желание, дали комсомольскую путевку в Харьковское военное училище пограничных войск, которое он окончил в 1934 году. Музейные материалы содержат сведения, что око­ ло 5 лет он служил на погранзаставах в Читинской области, где в то время с территорий Монголии и Китая чуть ли не ежедневно японские захватчики устраивали вооруженные провокации. В начале 1939 года Н.И. Смолин вернулся, повидимому, по состоянию здоровья, на родной завод. Работал технологом на сборке фар и фонарей, трудился стара­ тельно и добросовестно, активно участвовал в общественной жизни кол­ лектива. Как только поступило сообщение о начале войны с фашистами, он, будучи в душе человеком военным, сразу понял, что дело принимает очень серьезный оборот, и сразу же пошел в райвоенкомат. На 10-й день войны он добровольцем был направлен в действующую армию. К сожалению, мне не удалось в деталях восстановить его боевой путь, но совершенно очевидно, что он был не краток и не легок. Командовал взводом, ротой, батальоном, стойко держал оборону и не раз поднимал подчиненных в атаку. Пули и осколки долгое время его всерьез не за­ девали. А вот при освобождении Витебщины, где летом 1944 года развернулись ожесточенные бои за каждую безымянную высоту, за каждую деревушку, случилось непоправимое: в бою он был убит... Коллективная память чрезвычайно избирательна и капризна. Наслоения лет порой плотно и наглухо закрывают многое, что хотелось бы выведать позднейшим исследователям, и ярко высвечивают, казалось бы, вто­ ростепенные детали. Мне не удалось встретить ни одного ветерана,