Воспоминания бидные проделки улучшали настроение в коллективе, шутнику часто прощалось многое. Вот такой была и Татьяна Михайловна Гадалова. Про ее распра- ву со вшами, обнаруженными у одного из рабочих, мы уже писали. Причем, Кащеев потом, с приближением колхозного сезона, спрашивал у Татьяны: «Девка, ты в колхоз поедешь?», она отвечала: «Нет, Иван Алексеевич», а он: «Что это ты не поедешь? Говорят, если она не поедет, и мы не поедем - некому чудить будет». Вот однажды, когда начальником стал уже П.Я. Беззубов, Татьяна Михай- ловна решила подшутить над одной из работниц, Аней Николаевой из Зай- кова. Справедливости ради стоит отметить, что Аня была, что называется, «с простинкой», и на этой почве очень любила начальников. Привязалась Аня к Татьяне, мол, найди мне жениха, а та пообещала - познакомлю тебя со своим братом. Естественно, брата никакого и не было. Надела Татьяна тельняшку, ко- стюм, шляпу, засунула в рот сигаретку и попалась на глаза работницам, выхо- дившим из цеха, среди которых была и Аня. Понравился Ане «брат», пошли они гулять по городу. А на следующий день коллеги Аню подначивали, мол, никакой это не брат был, а Таня Сапожкова. Но та не верила: «Что я - Таню Са- пожкову не узнаю?!». А Таня стала во время обеденного перерыва переодевать- ся и с Аней прогуливаться. Однажды Беззубов эту «пару» увидел и пригрозил потом Татьяне: «Сапожкова, я тебя в уборщицы переведу!». Но в конце концов Анина «простинка» стала прогрессировать, в цехе ей выхлопотали инвалид- ность, а заявление на увольнение та писать не хочет. Как ее уволить? Подошел Беззубов к Татьяне Михайловне и говорит: «Уж раз ты ее любовник, уговори ее написать заявление, чтоб его в отдел кадров направить». Придумали историю с отъездом на юг и правдами-неправдами разрешили щекотливую ситуацию. Но такие шутки не все одобряли. «Галина Федоровна Громоткова очень меня за это ругала, - рассказывает Татьяна Михайловна, - а отец мой вообще тогда испугался: «Ты что, дура?! Судить будут за это!» А сейчас, наверное, за такое точно бы уволили...» Впрочем, именно эту историю или новогодних ряженых в исполнении Та- тьяны Гадаловой и Шуры Горшковой потом долго вспоминали рабочие цеха. Уже будучи пенсионерами, встречаясь на улице, они признавались, что каж- дый Новый год вспоминают, как в цехе раньше чудили. «А еще, - вспоминает Н.И. Белянина, - во время ночной смены, в полови- не четвертого девчонки поедят в пятом цехе и кто где - кто в туалете, кто в сушилке, где круги полировальные сушили, - как куры уснут. Ну, дашь им чуть-чуть прикорнуть, а в шесть часов утра Татьяна Михайловна Сапожкова запевала гимн. Тут уж при всем желании не уснешь, а ведь самое время было тяжелое - глаза сами закрывались...» 67
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4