Воспоминания му тайн уголку своего царства он уже не мог применить свою власть в полную силу: эксперименты с гальваническими процессами требовали, как-ни- как, серьезной научной базы. Отсюда - всегдашнее уважительное отношение Кащеева к специали- стам-гальваникам. Одного из таких специалистов гальваника заслужила так же, как посудное производство заслужило Кащеева. Появление в цехе этой женщины тоже было не случайным и символич- ным. Она, словно по воле невидимого сказочника, должна была непременно появиться в кащеевском царстве и стать одной из главных героинь этой по- лусказки-полубыли. Она, молоденька женщина, недавняя студентка, стала продолжением кащеевского духа, кащеевской одержимости, кащеевской вы- носливости. В ней было то же зерно, та же изюминка. Но, наверное, вряд ли кто сначала мог подозревать об этом: слишком противоположными они ка- зались окружающим. Он - пожилой грубоватый мужик, самоучка, отпугива- ющий своим поведением, и она - молоденькая интеллигентка, обаятельная, образованная и очень начитанная. Но подобно тому, как в любой сказке настоящий Волшебник без колеба- ния должен был поделиться своей силой с настоящим Героем, Кащеев, может быть, незаметно для себя самого, открыл ей секрет этой силы - жить и рабо- тать так, будто ты бессмертен. И не важно, что уже кто-то подкрадывался к спрятанному на кончике иглы кащеевскому бессмертию. Она, Галина Федоровна Громоткова, подхва- тит этот кащеевский секрет как факел, и долгие годы этот бессмертный огонь её преданности работе будет озарять путь и гальванического производства, и всего цеха, зажигая сердца всех тех, кто хоть немного был знаком с этой необыкновенной женщиной. Вот так однажды зажглось и моё сердце, и работа над книгой обрела для меня глубокий смысл. За это я очень благодарна Галине Федоровне. От первого лица Галина Федоровна Громоткова. Судьба, которую не выбирают В институте, когда мы получали распределение, нас с мужем вызвали чуть ли не первыми. Поскольку я этого не ожидала, я ела бутерброд. Причем бу- терброд из студенческого буфета, с сыром, такой сухой... И вот у меня во рту этот сухой комок, я ничего не могу сказать. Муж говорит: «Любой уральский завод». А заведующий кафедрой обработки замахал руками и говорит: «Да что вы. Какой тут уральский завод. Пишите им Кольчугино. Она же гальва41
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4