Воспоминания много сложностей с американским оборудованием. У них лента - 2 тонны вес, а у нас - 200 килограммов, поэтому по нормам были конфликты. На ги- дроформах нормы были не освоены, т.к. отжиг на них шел ленточный, а у нас - в рулонах. Вот и получается, что в рулоне где-то жесткий металл, где-то мягкий. Двухсоткилограммовый рулон-то свернут был плотно, и он не мог равномерно обжечься. Я сначала сидела целую неделю, не могла на гидро- формах снять нормы. Рвет и все выбрасывает. Потом додумались: стали через колено гнуть металл. Поддается - значит, пускаем, не гнется - откладываем. Я только тогда сняла нормы. Вот мы садимся с рабочим и начинаем гнуть ме- талл через колено, наложим стопу, и тогда я снимаю нормы. Послала я нормы на вырубной двухсоттонный пресс на подтверждение в заводской ОНТИЗ, мне Иван Николаевич Фоломин звонит: «Анна Петровна, Альтман не под- писывает, почему-то там одна норма, а вы дали другую? По американским технологиям и паспортным данным там одна норма, а у вас здесь такая не получается». Я тогда ему говорю: «Иван Николаевич! Не витайте в облаках! Сядьте и сделайте расчет». Уже нервов не хватает. Звонил он мне раза три. И к каждой норме американской придирается! Но у нас рулон 200 килограммов, а там 2 тонны - разница есть? Сколько надо сделать заправок? Вырубка идет 3-4 минуты, а заправка-настройка - 10 минут. Да еще и лента у нас, можно сказать, не совсем стандартная, она порой и серповидная шла. А у американ- цев она должна быть только плавной. Поэтому нам часто приходилось обре- зать и снова налаживать. И вот сначала, видимо, Иван Николаевич обиделся на меня, а потом сделал расчет: «Анна Петровна, все правильно!» Я говорю: «Тогда идите и доложите Альтману, а то витаете на облаках, только на амери- канских нормах, а то, что у нас металл совсем другой, не учитываете». Мои нормы так и остались с тех пор на гидроформах и полировке. С полировкой тоже были проблемы. У них там на полировке обработка идет на шкурке, а у нас металл с язвами, и вывести эти язвы на шкурке невозможно. И вот когда я дала норму на выведение язв, Альтман на меня накричал. И я с ним сразилась. Говорю: «Абрам Яковлевич, вот вы кричите, а вы посмотрите - вот язва на заготовке. Вы ее выведете? Сколько надо времени? И вы додумались в наш атомный век работать на шкурке!» Это ведь можно шероховатость сделать гладкой, но язву зачистить! Потом Альтман приходит на второй день и говорит: «Ну, Анна, чего надо сделать-то?» А с ним Виктор Семенович пришел и тоже го- ворит: чего надо сделать? Я говорю: надо один станок поставить, чтоб круг был накатанный, и на этом накатанном кругу шлифовать заготовку, тогда пойдет. И они тогда один станок переделали, только тогда я дала другую норму. Альтман уже был доволен. А Виктор Семенович ко мне подошел и говорит: «Анна Пе- тровна, посмотрите, чего тут еще переделать надо!» Я смотрела и подсказывала. 97
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4