rk000000192

нами, причемъ приборъ на вспомогательномъ крейсерѣ „Уралъ“ далеко превосходилъ своей силой всѣ аппараты, имѣвшіеся у японцевъ. Прибывши въ Танжеръ, эскадра раздѣлилась. 5 современныхъ броненосцевъ и два броненос- ныхъ крейсера пошли кругомъ Африки, а осталь- ные направились черезъ Суецкій каналъ. По пути въ Судѣ къ нимъ присоединился отрядъ паро- ходовъ Добровольнаго флота изъ Чернаго моря, которые должны были служить для храненія непри- косновеннаго до послѣдняго момента запаса угля. 27 декабря вся эскадра соединилась въ Носси- Бей на Мадагаскарѣ и здѣсь же было получено извѣстіе о паденіи Портъ-Артура и объ уничто- женіи японцами всей первой эскадры. Очевидно дальнѣйшее упорство въ продолженіи пути эскад- рой являлось чистымъ безуміемъ, тѣмъ болѣе что только что начавшіяся готовиться подкрѣпленія (7 декабря), въ видѣ такъ называемой 3-й эска- дры, изъ-за пренебреженія приведеніемъ въ бое- вую готовность всѣхъ пригодныхъ для боя судовъ гораздо раньше, были слишкомъ слабы, чтобы серьезно видоизмѣнить положеніе. Но все-таки 2-я эскадра пошла, а потому про- должала путь и вышедшая изъ Либавы въ началѣ февраля третья эскадра. Она присоединилась къ адмиралу Рожественскому только 25 апрѣля у береговъ Аннама и черезъ нѣсколько дней вся эскадра двинулась къ сѣверу. Подгрузившись углемъ въ Китайскомъ морѣ, она направилась къ Корейскому проливу. Переходъ русской эскадры изъ Балтійскаго моря кругомъ всей Африки и Азіи повергъ моря- ковъ всего міра въ полное изумленіе. Никто не ожидалъ ничего подобнаго, не только отъ русскаго, но вообще отъ какого бы то ни было флота. Пройти такое огромное пространство безъ возможности гдѣ-либо произвести исправленіе или войти въ докъ, производить погрузки угля не только на открытыхъ рейдахъ, но даже въ от- крытомъ морѣ и при этомъ не оставить сзади ни одного поврежденнаго корабля— это чудо, ко- торому бы никто не повѣрилъ, если бы оно не совершилось передъ нашими глазами. Въ этомъ случаѣ адмиралъ Рожественскій и Небогатовъ и весь личный составъ эскадры выказали высокое искусство. Въ особенности надо отдать справед- ливость нашимъ механикамъ, которые съумѣли предохранить машины, и притомъ далеко не всѣ лучшаго качества, отъ поломокъ. Такимъ обра- зомъ русскіе военные моряки, какъ моряки, вы- казали себя съ наилучшей стороны. Но тотъ-же личный составъ таилъ въ себѣ такіе недостатки, которыероковымъ образомъвели къ пораженію, внѣ зависимости отъ того, что по матеріальной своей силѣ русская эскадра по крайней мѣрѣ въ два раза была слабѣе японской. Еще когда въ Кронштадтѣ формировали лич- ный составъ, не было обращено достаточно вни- манія на подборъ нижнихъ чиновъ, въ особен- ности комендоровъ (наводчиковъ). Перебравши учебно-артиллерійскіе отряды, и всѣ корабли Балтійскагои Черноморскагофлотовъ, можно было подобрать превосходныхъ наводчи- ковъ и совсѣмъ не брать запасныхъ, которыхъ вообще на эскадрѣ пошло большое количество. Было много желающихъ идти, осаждавшихъ Штабъ Кронштадтскаго порта своими просьбами, а было также не мало и такихъ, въ особенности семей- ныхъ, которые просили ихъ не брать. Просьбы какъ тѣхъ, такъи другихъ не были уважены, даже не изъ принципа, а просто изъ-за нежеланія брать на себя лишнія хлопоты и входить въ детали. Офицеры въ большинствѣ шли съ полной охотой и всѣ были готивы къ перенесенію все- возможныхъ лишеній и неутомимой работѣ. Много офицеровъ обладали выдающимися по- знаніями и опытностьюпосвоимъ спеціальностямъ. Можно сказать, что на этой эскадрѣ шли лучшіе офицеры русскаго флота. Но вмѣстѣ съ тѣмъ экипажи были только что сформированы, недоставало еще общей духовной связи и на отдѣльныхъ корабляхъ и между раз- личными кораблями. Все это предстояло сдѣлать въ пути. Это и должно было быть задачей начальника эскадры. Но вотъ именно на это и не былъ способенъ адмиралъ Рожественскій. Къ хорошимъ его ка- чествамъ надо отнести желѣзную волю, огромную энергію, недюжинный умъ и сердечность и про- стоту въ обращеніи внѣ сферы служебныхъ дѣлъ. Многіе испытали на себѣ его доброту и отзыв- чивость въ случаѣ какой-либо нагрянувшей на нихъ бѣды. Но къ сожалѣнію всѣ эти качества уживались въ этомъ „дикомъ“, какъ его называли, характерѣ съ весьма крупными недостатками. По- знаніями и морской опытностью онъ далеко не отличался, и командованія его кораблями про- шли далеко не благополучно. Онъ выдѣлился только въ роли начальника артиллерійскаго класса, да и то не столько правильной его организаціей, сколько энергіей, съ которой онъ поддерживалъ порядокъ и заставлялъ заниматься, какъ офице- ровъ, такъ и нижнихъ чиновъ. При этомъ онъ требовалъ сверхчеловѣческихъ усилій, не призна- валъ никакого отдыха, загромождалъ программы, и тѣмъ много отнималъ прочности и плодотвор- ности въ получаемыхъ нашими артиллеристами знаніяхъ. Въ такомъ-же направленіи онъ поста- вилъ и практику стрѣльбы въ нашемъ флотѣ. Онъ приводилъ обучавшихся людей къ тому, что тѣ, не зная отдыха ни днемъ ни ночью, подвергаясь за малѣйшее невниманіе самымъ тяжкимъ карамъ, ненавидѣли изучаемое ими дѣло. Суровость и запальчивость адмирала на службѣ не знали границъ. Самонадѣянный и гордый, этотъ человѣкъ не признавалъ ничьего мнѣнія, и всякій, пробовавшій подать ему совѣтъ, чувствовалъ въ его отвѣтѣ, всегда отрицательномъ, презрительную ноту. Всѣ эти дурныя стороны его характера отозва- лись самымъ вреднымъ образомъ на личномъ со- ставѣ эскадры. Онъ совершенно не считалъ нуж- нымъпосѣщатькораблисвоей эскадры, почти никто никогда не слыхалъотънего благодарности, ободри- тельнаго слова, строгіе же выговоры, оскорбитель-