rk000000192

явная нелѣпость. Катастрофа, постигшая японцевъ, не была неожиданна для насъ, она была подго- товлена, она ожидалась именно днемъ, такъ какъ только днемъ и показывались большіе японскіе корабли передъ Портъ-Артуромъ, и потому, въ ожиданіи удачи нашего плана, неизмѣнно слѣдо- вало имѣть въ готовности къ выходу не только миноносцы, но и большіе корабли, подъ прикры- тіемъ которыхъ только и могутъ дѣйствовать миноносцы днемъ. День 2 мая вообще былъ фатальнымъ для японцевъ—въ густомъ туманѣ столкнулись крей- серъ ,,Кассуга“ съ крейсеромъ ,,Іошино“ и послѣдній погибъ съ большею частью своей команды. Владивостокскій отрядъ крейсеровъ, въ коман- дованіе которымъ вступилъ теперь адмиралъ Іес- сенъ *), послѣ неудачнаго своего выхода въ море въ первые дни войны, больше трехъ мѣсяцевъ провелъ въ полномъ бездѣйствіи и не трогался съ мѣста. Только 12 апрѣля этотъ отрядъ появился пе- редъ Гензаномъ и выслалъ туда два миноносца, которые уничтожили тамъ небольшой пароходъ, и еще два японскихъ парохода были уничтожены отрядомъ въ морѣ. Первый пароходъ былъ ни- чтожной величины, а второй — „Кинчіо-Мару“ оказался хорошимъ призомъ. Это былъ транс- портъ для перевозки войскъ, вооруженный 4-мя скорострѣльными пушками. Онъ везъ пѣхоту при 17 офицерахъ и значительный грузъ риса. Рѣше- ніе начальника отряда контръ-адмирала Іессена уничтожить и этотъ пароходъ нельзя признать цѣлесообразнымъ. Посланному на пароходъ на- шему офицеру было заявлено, что на немъ нѣтъ никакихъ войскъ. Когда же онъ обходилъ каюты, то въ одной изъ нихъ нашелъ японскихъ пѣхот- ныхъ офицеровъ, которые безпрекословно сда- лись. Трюмъ же оказался переполненнымъ ниж- *) Это ужъ былъ третій начальникъ отряда послѣ начала войны. Первый баронъ Штакельбергъ заболѣлъ и уѣхалъ въ европейскую Россію, второй—Рейцентштейнъ—былъ отозванъ въ Портъ-Артуръ. ,І ними чинами. Офицеръ, имѣвшій въ своемъ рас- і поряженіи всего нѣсколько человѣкъ, сигналами далъ знать объ этомъ на флагманскій крейсеръ, откуда, вмѣсто присылки подкрѣпленія, прика- зано было нашему офицеру немедленно оставить пароходъ. Тогда японскіе солдаты высыпали изъ трюма на палубу и, по одной изъ версій, начали стрѣлять изъ ружей въ флагманскій крейсеръ. Тогда пароходъ былъ утопленъ миной. По другой версіи, мина была пущена раньше, чѣмъ японцы открыли огонь, и слѣдовательно японскіе солдаты стрѣляли, придя въ отчаяніе отъ непонятной для нихъ жестокости русскихъ. Во всякомъ случаѣ нѣсколько выстрѣловъ изъ орудій по солдатамъ на открытой палубѣ показало бы имъ безуміе дальнѣйшаго сопротивленія, и тогда пароходъ могъ бы быть приведенъ во Владивостокъ. Од- нимъ изъ объясненій такого образа дѣйствій на- чальника отряда служило опасеніе привлечь вы- стрѣлами японскую эскадру, находившуюся, по его мнѣнію, гдѣ-то близко, такъ какъ на аппара- I тахъ безпроволочнаго телеграфа нашихъ крей- серовъ получались японскіе знаки. Дѣйствительно, 15 и 16 апрѣля въ виду Влади- востока показался японскій отрядъ изъ 10 боль- шихъ судовъ и нѣсколькихъ миноносцевъ, и, вѣ- роятно, встрѣчи съ этимъ отрядомъ счастливо избѣгли наши крейсеры. Японскія большія суда близко къ Владивостоку не подходили и огня не открывали, но за то ихъ миноносцы подошли почти вплотную къ острову Скрыплеву и, вѣроятно, поставили тамъ мины, такъ какъ впослѣдствіи на этомъ мѣстѣ таковыя оказались. Эти миноносцы были замѣчены полевой батареей, сгоявшей на ближайшемъ мысу на островѣ Русскихъ, но сухопутные офицеры приняли эти миноносцы за свои и огня по нимъ не открыли. И хотя на слѣдующій день было выяснено, что миноносцы эти были японскіе, контръ-адми- ралъ Іессенъ не нашелъ нужнымъ протралить то ^ мѣсто, гдѣ были замѣчены миноносцы. Впослѣд- ^ ствіи на этихъ минахъ взорвался германскій паро- ходъ, пришедшій во Владивостокъ съ углемъ, и одинъи зънашихъ миноносцевъ, послѣ чего только начали тралить это мѣсто и выловили нѣсколько японскихъ минъ. Надо считать, что за такую небрежность мы заплатили очень дешево — мы рисковали потерять одинъ изъ большихъ крей- серовъ. 4-го мая выскочилъ на камни въ окрестностяхъ Владивостока (при входѣ въ бухту Славянка) крейсеръ „Богатырь". Вину за это приходится возложить на контръ-адмирала Іессена. Ему нужно было сдѣлать небольшой переходъ изъ Влади- востока въ бухту Посьетъ, для осмотра тамъ рас- положенія миннаго загражденія сухопутнаго вѣдом- ства, очень неудачно поставленнаго. Переходъ этотъ свободно можно было сдѣ- лать на миноносцѣ, но, несмотря на густой туманъ, контръ-адмиралъ Іессенъ пошелъ, съ рискомъ его посадить, на самомъ исправномъ и быстроходномъ нашемъ крейсерѣ, несмотря на энергичный про- тестъ командира. Такой рискъ имѣлъ бы полное оправданіе, если бы онъ вызывался военной не- обходимостью. При данныхъ-же обстоятельствахъ это явилось легкомысліемъ положительно недопу- стимымъ на войнѣ на такомъ посту, который за- нималъ адмиралъ Іессенъ. Къ сожаленію этотъ фактъ не имѣлъ для него никакихъ послѣдствій и онъ продолжалъ оставаться начальникомъ отряда. Уже его крейсерство къ Гензану и случай съ напрасно потопленнымъ „Кинчіо-Мару“ достаточно охарактеризовали этого начальника. Ходить къ Гензану было совершенно безполезно, такъ какъ вся перевозка японскихъ войскъ и припасовъ для японской арміи направлялась въ Желтое море, и чтобы достигнуть хоть какихъ-нибудь резуль- татовъ, отряду крейсеровъ надо было идти по крайней мѣрѣ въ Корейскій проливъ. Пред- принятое-же крейсерство, при томъ-же рискѣ встрѣчи съ японскимъ отрядомъ крейсеровъ, было безплодно по самому своему замыслу. Между тѣмъ на театръ военныхъ дѣйствій